19 июня Вторник

20 июня Среда

21 июня Четверг

День кинолога

22 июня Пятница

День памяти и скорби — день начала Великой Отечественной войны (1941 год). Мы скорбим по всем, кто погиб, защищая Отечество.

23 июня Суббота

Сегодня 22 июня 2018 года: День памяти и скорби — день начала Великой Отечественной войны (1941 год). Мы скорбим по всем, кто погиб, защищая Отечество.

О взбаламученном болоте литературных амбиций «Убить Бобрыкина» А. Николаенко , лауреат Букера 2017.

О взбаламученном болоте литературных амбиций «Убить Бобрыкина» А. Николаенко , лауреат Букера 2017.

Счастлива та книга, на которую нет единого мнения. И в рецензиях, на которую критики «ломают перья» или яростно стучат клавишами компьютеров – активно ищут многоплановые откровения, подспудные течения мысли, аллегории и пересечения.
К сожалению, время такой «смыслоискательской критики» миновало.
За последние четверть века мы получили «трендовых критиков». Критиков ядовитой усмешки. Критиков, оберегающих завоевания своего уютного тренда.
Жонглеров пустых заумных слов, которыми они обволакивают и прикрывают заведомую ненужность и ничтожество шедевров, насильно впихиваемых в умы.
Я не встретил НИ ОДНОЙ умной разгромной рецензии на книгу Александры. Потому что их нет – умных.
Зато в избытке ядовитые усмешки ( Юзефович) «и похуже книги были», и «как это можно читать..» И много всего. Лавина. Грязевой поток. Сель…
Все наше трендовое либеральное крыло встало в позу рака, размахивающего клешнями, перед кастрюлей с кипящей водой для варки.
«Это незаслуженно.. это невыносимо для хрупкой ранимой Александры Николаенко « - расстраивается критик Ирина Горюнова. – «вы не поняли, не осознали, не вчитались..»
Увы, Ирина , слишком хорошо они поняли ВСЁ – эти плюющиеся ядом «трендовые критики».
И намного лучше , чем все остальные. Пробилась ТА талантливая литература, которой они создавали препоны. И потирая руки, уже всерьез думали, что ее похоронили.
Вместо неосмысленного примитива поступков в фанерной плоскости Николаенко вдруг выдает роскошь ПСИХОЛОГИЗМА мятущейся души маленького ,лишнего всем в этом мире, человека. Ребенка, подростка. юноши.
Это, несомненно, диалог с великолепной книгой Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом». Скорее даже, не диалог, а развитие. Но не развитие души, а угасание. В судорогах и метаниях.
У Санаева более плоскостный взгляд на своего героя – мальчик принимает неизбежность своего мучения полусумасшедшей бабкой. Он понимает правила игры. Но у него есть свет в конце туннеля . к которому со всем пылом детской измученной души он робко стремится – МАМА. Целый мир любви. Океан.
У Шишина – героя книги Николаенко -есть тоже свой свет. Ручеек чистой воды. Таня. Его любовь к ней. Надежда на ее любовь. Солнечный лучик, за который он цеплялся все детство. Он был окутан коконом любви, который его спасал от уничижения и родной , недалекой, фанатично-религиозной матери, и от всего мира, которому не нужны второсортные образцы мятущейся человеческой особи.
Миру нужны Бобрыкины – победители.
Но не это ломает Шишина, ведет его к безумию – не ревность к Бобрыкину, которая заставляет думать о его убийстве, не тяжесть диктата и свинцовой кондовости матери.
«…Мать тоже камерой велосипедной можно задушить», – в след матери подумал он, и руки земляничным мылом мыть пошел, перед обедом. «Задушу ее, чтоб письма мне Танюшины читать давала», – думал, смывая земляничный запах с рук, и снова мылил, мылил и смывал…
Ломает его – поиск Бога в этой жизни. Да, вот такая достоевщина классическая. И не богоборчество, а богоискательство.
Вся книга построена на этом. Практически каждая глава. Мать читает Евангелие, рассказывает о великомучениках. И все это фанатично, через дремучие предрассудки вялого злобного ума.
Истово крестится и его крестит.
«…Живого места нет на теле от креста», – подумал он, и, низко натянув собачью шапку, вышел.
«На Рождество еловой веткой пахло. На Вход Господин вербой, яблоками – в Спас. На Троицу – березовым листом и летом и дождем прошедшим. Но был еще и страшный запах: снизу, подпола, гнилого дерева, земли и камня ледяного, мертвеца в гробу…»
И вот этот страшный запах преследует растерянного Шишина везде – запах подпола, гнилого дерева, мертвеца в гробу. Ощущение склепа.
Ему страшен ТАКОЙ Бог. Он его боится. Бога своей матери. Ему кажется, что этот зловещий Бог прячется под кроватью, смотрит темным ликом над светящейся лампадкой.
Отвергнуть он его не может – слишком для этого послушен и задавлен свинцовой волей матери.
Но его Бог – в Танюше. Нежной, ласковой, игривой, активной. В ее письмах, которые он украдкой от матери читает. В ее запахе, который остался на варежке, в ее легких кивках при нечаянной встрече.
И он полностью отдается этому Богу.. Она смывает с него накипи тяжелой злобы – основной ауры своего дома. Она растворяет равнодушие мира своими ласковыми словами. Гасит ненависть , клубком проросшую в душе. Заботливо подпитываемую матерью ко всему.. Ко всем..
Зачем же тогда он УБИВАЕТ своего Бога? Свое солнце? Свою душу?
Безумие? Иссушающая мозг ревность? Разочарование? После слов – «а я люблю Бобрыкина.. просто люблю и все..»?
Нет. Он потерял в ней Бога. Оказалось, что Бога – для него – в этом мире нет. Нет и все. Иллюзия.
И у нее нет Бога. Ни того – материного страшного, ни своего – в душе.. В чистой незамутненной ясной душе – тоже нет Бога. И искры божьей нет. Погасла, не возгораясь.
«Силы нет терпеть мне ненавистного Бобрыкина, и хоть бы ты, родной, крысиным ядом что ли отравил его! Узнай, любимый, продают ли, как прежде продавали в магазинах, крысий яд, и если продают, купи его! Бобрыкина отравишь, и будет все, как в детстве мы с тобой мечтали – клад наш отыщем и в Австралию поедем, станем жить.»
И вот этот крах, разлом его иллюзии - как же можно? Она так же, как я , думает об убийстве? Она это МОЖЕТ думать и писать?
А где же тогда другой, добрый Бог?
А если Бога нет – то возможно все. Дело времени.
«…Голова ее лежала на его коленях, и от волос ее, как в детстве, пахло мылом земляничным.
А вверх по лестнице с газетой поднимался Бобрыкин ненавистный.
А вниз по лестнице спускалась мать с ведром.»
Ну и наконец, третье, что приводит оппонентов в раздражение. Язык и стилистика автора.
Стилистика автора – потрясающая. То, что мы давно и прочно забыли. Вернее, не мы. Корифеи, считающие это – богатство русского языка – лишним и даже вредным.
Оскудение языка происходит не само по себе, его неистово «выбивают».
«Как это можно читать? Это буреломы эпитетов, завалы метафор. Строгий лаконизм. И только..»
И вот это – «и только» меня очень настораживает. Скудость и бедность языка – да, слепок с реальности. Но это – кастрирование, иссечение образности речи в литературе. А у Николаенко речь яркая. живая.. осязаемая..
«..Из узкого окна сочился долгий свет, и с купола Евангелисты, ангелы с огромными крылами за ним следили, видели насквозь. Старухи с рыбьими глазами, в черных тряпьях с лицами покойниц, все седые были там, и маленький священник в белом, как колдун, размахивал кадилом, и матери красивое лицо казалось строгим, незнакомым, как Божьей Матери Марии с алтаря.»
Так что мне понятно, это недовольное размахивание клешнями недовольных раков-критиков
– да что ж это такое? На кого посягнули? На что? На незыблемый тренд? Столько лет трудились – выстраивая бедную, нищую, озлобленную, плоскую, маргинальную литературу – вот тебе.. Прорвались.
Да еще с тремя запрещенными понятиями – Психологичностью литературы, Богоискательством и образной русской речью..
Это же скоро из-под родной теплой плесневелой коряги в кастрюле кипятка окажешься.. Цвет придется менять..
А ведь правда – взбаламутила Александра болото литературных амбиций.. И Слава Богу..

Новости
20.06.2018

Торжество и традиции: чтить память и смотреть в будущее

МИД России организовало торжественный приём для глав дипломатических, консульских и других иностранных представительств....
14.06.2018

Светлая память!

Режиссер Станислав Говорухин скончался на 83-м году жизни
09.06.2018

«Филатов Фест»

7 июня в театре «Содружество актеров Таганки» состоялся финал Всероссийского фестиваля молодой поэзии им. Леонида Филатова
07.06.2018

6 июня на Пушкинской площади

были названы лауреаты второго сезона ежегодной премии «Лицей» для молодых прозаиков и поэтов.

Все новости

Книга недели
Зоя Богуславская. Предсказание

Зоя Богуславская. Предсказание

М.: Центрполиграф, 2018. – 623 с. – 2000 экз.

В следующих номерах
Колумнисты ЛГ
Воеводина Татьяна

Госзадача № 1

Наши дни – время нового переселения народов. Люди движутся туда, где сытнее, без...

Данилин Юрий

Открытия и надежды…

Весенние месяцы стали кульминацией нынешнего филармонического сезона.