Беловские чтения - литературный семинар 2018 (Юрий Сычев)

Беловские чтения - литературный семинар 2018 (Юрий Сычев)

Ещё один участник семинара молодых авторов в рамках Всероссийских Беловских чтений - Юрий Сычев из города Боровичи Новгородской области. Юрию 17 лет и он уже второй год подряд участвует в этом семинаре, и творческий рост парня очевиден. Хотя и недостатков ещё хватает. Ну, сколько уж раз рассказы про Ленинград-Петербург начинались с дождя...  


Юрий Сычев

Птеро

         Санкт-Петербург встретил осенним хмурым небом, наполненным дождём и тоской. В каплях воды, прилипших к стеклу маршрутки, отражался мокрый асфальт и фары встречных машин. В наушниках Эдмунд Шклярский пел про кошек и пирамиды. Странно, но «Пикник» всегда ассоциируется у меня с Петербургом. Философствовать было некогда: безденежье, предстоящая учёба на журфаке в известном вузе, перспектива снимать ободранную студию далеко от института… Все эти проблемы ржавым гвоздём буравили моё сознание уже неделю. Даже сны не снились… «Ладно, первое время поживу у родственников. Но вечно меня держать они не смогут, всё равно придётся съезжать. Вот бы найти какую-нибудь дешевую квартирку в кварталах старого города! И обстановка для учёбы подобающая, и не так далеко от вуза…», мои мечтания прервал грубый голос водителя. Приехали. Взвалив на спину туристический рюкзак и невольно охнув, я огляделся. Не заметив ничего примечательного и выключив плеер, быстрым шагом пошёл по давно известному адресу, где меня уже, наверно, ждали.

    - Уехали они, на неделю! – старушка-соседка устала слушать мои монотонные постукивания в дверь родственников и решила выйти. Я удивлённо посмотрел на неё:

   - Как… уехали?

   - А вот так, милок. Тебе ведь К**** нужны?

   -Да… - унылость стала перерастать в злобу. Они же обещали приютить меня на пару дней!

   - Ну, не унывай. Студент?

   - Да. Они ничего не просили передать?

   - Нет, милок, не просили, - из квартиры раздался какой-то нечленораздельный оклик, вроде «Эй, Нина!», и старушка заторопилась идти. Я поблагодарил её за информацию, с досадой посмотрел на дверь и вышел из подъезда.

    Дождь усилился. Семь вечера, пятница, в понедельник к восьми утра надо быть в институте…. А я до сих пор не определился с жильём! Проклятье! Тоска вовсе накрыла меня. Её серое покрывало, как разверзшееся небо Петербурга, душило и топило, заворачивала в куль отчаянья. Собрав всю волю в кулак, я пошёл к остановке. Надо доехать до центра…. Там найду что-нибудь! Нужный автобус не пожелал задержаться на десять секунд и тронулся. От моего досадного вопля мужчина в чёрном плаще и с увесистым портмоне угрюмо поднял глаза от бумажной книги. Налетевший порыв ветра перевернул несколько страниц и он, чертыхнувшись в бороду, вновь опустил глаза. Машины проносились мимо по мокрому асфальту, последний день лета близился к концу.  Питер однозначно не ждал и не хотел принимать меня….

   Центр встретил холодно. Дома, невысокие и высокомерно-прекрасные, стояли вдоль широких улиц. Казалось, даже шум машин здесь другой. Прямо на остановке я увидел рваный листок с корявой надписью на нём. «Как курица лапой», мелькнула у меня в голове мысль. На душе стало чуть полегче, когда мозг наконец осознал написанное: «Сдаётся студия, в центре города, *** улица, дом 77, п. 1, кв. 45. Стоимость: 10 000 руб. в месяц». От такого везения душу сжало в тиски радости. Даже мокрая куртка и непрекращающийся моросящий дождь отошли на второй план. Телефона на листочке не было, поэтому я стремглав помчался по адресу. Я старался перепрыгивать лужи, но иногда всё равно со всего маха попадал ногой в воду. «Лишь бы не забрали!», мелькало в голове. Рюкзак трясся и бренчал в такт скачкам. Вот, наконец, *** улица, 77 дом…. На пороге квартиры № 45 меня встретил мужчина средних лет с большими кругами под глазами. Волосы его уже тронула седина, мужественное лицо искажалось в странной, неуверенной улыбке. Зелёные глаза немного косили и, кажется, не могли и секунды смотреть в одну точку.

   - Крепко спите? – не поздоровавшись вдруг спросил мужчина, заискивающе улыбаясь. Лицо его вдруг на секунду исказила гримаса ужаса.

  - Здравствуйте. Когда как.

 - Хорошо. Деньги, …эээ… пожалуйста… Спасибо, 10 тысяч ровно, спасибо… Располагайтесь, но простите, мне надо бежать. Удачи Вам! Только, пожалуйста, не вздумайте…эээ… летать! – говоря последнее слово, хозяин уже бежал вниз по лестнице. На пролете ниже он обернулся и повторил, распустив длинное эхо по всей площадке:

 - Пожалуйста!

Лихорадочный блеск в глазах и дикий, страшный, рыдающий смех убегающего из студии мужчины не оставили во мне сомнений – сумасшедший. Я уверенно переступил порог моего нового жилища….

   Во сне мне вновь явилась она. Сила бирюзового с зелёными крапинками взгляда, бархатистость речи, легкость прикосновений поразила юного школьника сразу, прямиком в сердце. Как же давно это было…. Выпуск 9 класса, я уговариваю её остаться в школе, предоставляя своей ещё подруге самые странные и пылкие аргументы. Она лишь звонко смеялась глазами и смотрела с озорным прищуром прямо в душу…. Кажется, что уже тогда она предвидела все – будущий 10 класс, огонь страсти, поцелуи за школой…. Но всё ещё не давала мне успокоиться. Да, глубоко же в душу мне запал этот светлый овал лица, русые волосы и чарующая улыбка…. Она смеялась и куда-то вела меня за руку. На восходе разгорался рябиновый костёр восхода, мы шли по высокой траве. Да это же родная деревня! Там, где мы провели своё детство, юность, встретили первые глубокие чувства… Неподалёку от ручья, разрезающего поле на две части, кряхтит дергач. Какие знакомые, родные охотничьи угодья! И сейчас, как в былые времена на моём плече покоиться старое отцово ружьё, двуствольный вертикальный ИЖ, трёт плечо широким суровым ремнём до боли. Вокруг ранняя осень берёт верх над летом, убегающим и разбрасывающим солнечные дни, как осколки. В небольшом леске вдоль ручья стучит дятел. Лена смеется и глядит на меня светлыми глазами, проводит мягкой ладонью по щеке. Стук становиться всё более громким и надсадным. Я стараюсь не замечать проклятого дятла, но Елена отходит всё дальше и дальше, я не могу достать до неё, крик хочет вырваться из моей груди. Она растворяется в воздухе и лишь улыбка продолжает висеть в воздухе, отражаясь во всём живом…. Проклятый стук занимает уже всё живое, тук-тук, тук-тук, тук-тук, равномерно и размеренно выносит мне мозг…. Я ищу глазами дятла, но всё вокруг темнеет, через несколько секунд мне не удаётся разглядеть даже собственные пальцы. Всё исчезло. Остались лишь звуки. Тук-тук…. Я напряжённо вслушиваюсь, пытаюсь найти хоть малейший сбой в этом нескончаемом ритме…. Бесполезно, ужас окатывает, словно волна, уносит на просторы истерии и паники. Я хочу уйти куда-нибудь, закрыть руками уши, но это не помогает. Стук сидит где-то внутри, долбит из-за всех сил в самую корку мозга…. Я даже не сразу заметил, что вокруг уже не тьма, а молочный, туманный сумрак, а я лежу в кровати под жидким одеялом, шторы закрыты и сквозь них на пол падает луч ночного фонаря. Судя по всему, начинается рассвет. Я проснулся, но стук… он остался со мной. Новая порция ужаса выдавила из меня тонкий вскрик и покрыла лоб испариной. Что со мной? Почему это происходит?! Я чувствовал себя пленником, которому обещали помилование, но утром следующего дня всё равно ведут на казнь. Почему именно я? Да кто же, чёрт возьми, стучит мне в окно?! Неожиданный порыв ярости подбросил меня с кровати, я рванулся к шторам и дёрнул их так сильно, что они порвались. Шорох за стеклом, будто взлетела стая глухарей, и тишина… Наконец-то! Пронзительный, нечеловеческий крик заставил меня отшатнуться от окна. Давно, в детстве, я уже слышал эти звуки…. Так кричали орлы, парящие над Кавказскими горами. Из молочного тумана за окном вынырнуло что-то огромное и с треском ударилось в стекло. Я успел заметить лишь перепончатые крылья перед тем, как вывалился из жуткого сна.  Лежа на жёсткой кровати в своей съемной студии я обливался холодным потом и дикими глазами смотрел в сторону окна. Аккуратно встав с кровати, я осмотрел его. Никаких признаков удара не было. И тумана тоже не было. «Неужели сон? Ничего себе! Кажется, пора завязывать с компьютерными играми!», подумал я. На будильнике было 4 утра, а значит можно ещё поспать….      

      Утро субботы, на удивление, было солнечным. После чашки крепкого кофе все воспоминания о безумном ночном кошмаре растворились, словно дым. Через час должен был приехать Антон. С ним мы дружны с детства. Учились в одной школе, потом решили поступать в один вуз… И, что странно, оба поступили! Только я на бюджет, а он платно… Но всё равно оба довольны. У него я временно оставил основную часть своих вещей перед тем, как окончательно перебраться в Санкт-Петербург. Не таскать же довольно тяжелые чемодан и сумку за собой по городу. Также сегодня вечером я хотел отпраздновать с Тохой поступление и новоселье в одном лице. Всё равно завтра воскресенье, а учиться начинаем с понедельника…. Я стоял у окна и вспоминал наше детство. Сколько всего было! Именно он успокаивал меня после первого разрыва с девушкой. Конечно, какие в 12 лет серьёзные чувства… Но мы, дети 21 века, насмотревшиеся фильмов и сериалов, сами себе внушали трагедию. Каким же дураком я тогда был, уверяя Антона и себя, что лучше неё никого не найду. Хотя, позже я отплатил другу за преданность и терпение. Когда у него были проблемы с парнями из соседнего посёлка, мы вместе подставились под град их ударов… Зато, неплохо постояли за себя! Хоть нас и было двое, но каждый крепок и силён. Дрались, как дети сатаны…. Сравнение породило во мне веселую улыбку. Кофе в кружке кончился, и я начал мыть тарелку из-под яичницы, припевая известный мотив себе под нос.

    - Здорова! – крепкий, приземистый человек ввалился в открытую дверь студии и затащил за собой чемодан со спортивной сумкой – мои вещи, которые Антон добродушно согласился привезти. Мы обменялись крепкими рукопожатиями.

- Как поживаешь? Готов к длительному и упорному труду? – с видом строгого профессора спрашивал я, тихонько улыбаясь.

- Да что там! От сессии до сессии живут студенты весело!

- Ладно! Ты завтракал? Пойдём выпьем чаю и обсудим сегодняшний вечер. И да, спасибо за вещи!

    Антон обувался в прихожей, пока я домывал чашки. Лёгкая улыбка не сходила с моего лица, слишком многое было помянуто из того счастливого времени, когда мы были подростками, влюблялись, дрались и связывали нити дружбы. Из-за шума воды я не сразу услышал, что Антон упорно звал меня проститься. Когда, наконец, звуки его голоса долетели до меня сквозь ностальгические мысли, посуда уже была домыта.

  - Серж! Потом домоешь ты свою посуду! Давай, до вечера!

  - Значит, в 7 я к тебе подъеду! Бывай, до скорого!

Антон открыл дверь, вышел за порог, но вдруг резко развернулся и с серьёзным, даже немного испуганным видом сказал:

- Ты только смотри, аккуратнее… Дурная слава у этой квартиры. Я видел в Интернете статью, что тут из окна человек выбросился неделю назад.

Неприятный холодок пробежал по моей спине. Я старался не подавать виду, но в ушах вновь появился проклятый стук, а ночной кошмар снова дал о себе знать.

- Всё нормально, Серж? – участливо спросил Антон.

- Да… Да. Всё нормально. Всего один человек, ха. Может, больной какой-нибудь.

- В том то и дело, что он не первый. Но будем надеяться, что последний! До вечера! А то, знаешь ли, не охота пары из-за похорон пропускать!

Антон ушёл, оставив меня наедине со своими отнюдь не весёлыми мыслями. Кровь стучала в висках, в глазах мутилось. Шатаясь, я добрёл до ванной и посмотрел на себя в зеркало. Кажется, скрыть ужас от Антона не получилось – бледное худое лицо с бешеными глазами и впалыми, как после нескольких бессонных ночей, скулами совсем чужого человека смотрело на меня. Как невероятно страх преобразует лица людей! Дрожащими руками я включил холодную воду и хорошенько промыл ей лицо. Полегчало. Ледяная жидкость уже обжигала пальцы, когда я окончательно пришёл в себя. Закрутив кран, я прислушался. В доме стояла абсолютная тишина. Во входную дверь постучали.

- Здравствуйте! Вы верите в Бога нашего Иисуса Христа? – за дверью стояла юная девушка с большими глазами и белой кожей. Её небольшая голова покрыта платком, а в руках свидетельница держит разноцветные буклеты. Вторая сектантка упорно звонилась в соседнюю дверь.

- Здравствуйте… Нет, извините, я…

- С Вами всё в порядке, молодой человек? Может быть вы возьмете пару наших листовок и измените свое мнение?

- Я… Да… Нет, не надо.

Дверь громко хлопнула, оставив за собой ничего не понимающую девушку. Я прижался спиной к стене и крепко сцепил руки на затылке. Что со мной не так? Почему это происходит? Ответов не было. Кое-как успокоившись, я с нетерпением ждал вечера, чтобы обсудить всё с Антоном.

          Вечерний Петербург, вот ради чего стоит ехать в царство северной Авроры. Дождь слегка моросил, преломляя свет фонарей и фар машин. И самое главное, чтобы наблюдать всё это, совсем не обязательно выходить на улицу. Стоит лишь раздвинуть шторы и выключить в комнате свет. С минуты на минуту должен был приехать Антон. Я собирался с мыслями. Минуты текли, словно капли по стеклу, медленно и временами останавливаясь. Вяло потягивая из стакана воду, я невидящим взором смотрел на оживлённую улицу внизу. Мысли витали где-то очень-очень далеко отсюда, в счастливом прошлом. Я даже не сразу услышал звонок в дверь, нервно разрывавший тишину студии.

     - Привет! – Антон со странной улыбкой посмотрел на меня, сверкая глазами в полутьме парадной, - Помнишь, я обещал тебе сюрприз? Так вот он!

Из темноты вышло нечто. Перепончатые крылья, длинный клюв, чёрные глаза… Прямо на меня с жутким клёкотом шёл доисторический ящер, Pterodactyloidea. Сердце подскочило и остановилось где-то в районе горла. Дыхание спёрло там же, ноги подкосились. Бежать… Бежать! Впереди окно, пытаюсь открыть его. Чьи-то твёрдые руки оттаскивают меня от спасительного выхода, знакомый, испуганный и такой далёкий голос кричит: «Серж! Сергей! Успокойся! Это просто шутка, Серёжа! Это же я, ты что!?». Темнеет в глазах, вокруг меня вновь тот жуткий ночной кошмар и большой чёрный глаз смотрит в щель между шторами… И как я сразу этого не заметил? Или его вовсе и не было? Передо мной мелькнуло светлое лицо юной красивой девушки. Русые волосы спадали на неосязаемые плечи, голубые глаза смотрели испуганно, завораживающе…. Это же Лена! Что она делает в этом кошмарном месте?! Я встряхнул головой и туман пропал, уступив место мягкому свету лампы моей съемной студии. Антон брызгал мне на лицо холодной водой, Лена с тревогой смотрела в глаза.

- Очнулся, чёрт тебя дери! – вскрикнул шутник, хватая себя за волосы, - Знал бы, ни за что не предложил Лене так подшутить над тобой! Ты чего такой нервный, Серёга?

- Антон, тише! Я говорила, что это плохая идея! Как ты, Серж? – голос Лены, как и много лет назад, был бархатистым, полным силы и энергии.

- Всё хорошо, спасибо… Я просто перенервничал за сегодня, всё какой-то бред мерещиться. Где вы взяли… это? – я дрожащей рукой указал на костюм птеродактиля, небрежно брошенный Леной на пол.

- Купили, здесь недалеко… Думали, получится хорошая шутка… Прости нас!

- Ничего страшного, Лена…

- Да уж, напугал ты нас, Серж! Ладно, забудем! – Антон взял пакет, бережно положенный на стул, и достал оттуда бутылку дорогого коньяка, кусок буженины, буханку хлеба и упаковку крабовых палочек. Был уговор, что остальная еда с меня – на плите стояла кастрюля с картошкой.  Да, Тоха не верил историям о бедных студентах и, имея довольно большой капитал, желал шиковать.

 - Отпразднуем новоселье! Ура-а-а! – засмеялась Лена, звонко хлопая в ладоши. Я слегка отошёл от пережитого шока и тоже улыбнулся, невольно заглядываясь на подругу. Впереди нас, троих друзей, ждал замечательный вечер воспоминаний.

    Было далеко за полночь, когда Антон и Лена распрощались со мной и вышли за порог студии. Выпитый алкоголь и эмоции от приятного вечера стучали в висках маленькими молоточками. Кое как закрыв дверь, я дошёл до кровати и с удовольствием упал в неё, тут же провалившись в тяжелый, желанный сон.

   Туман. Опять туман. Сердце бешено колотится, почему-то я стою рядом с окном и смотрю вдаль, в белую пелену. Что происходит? Опять чёртов кошмар? Проклятье, не могу пошевелится…. Туман проникает в комнату даже сквозь плотно закрытое окно…. Что за дьявольское наваждение?! Откуда же я мог знать, что ожидает меня дальше… Стоять мне пришлось не долго. Вскоре из-за тумана, тихо и уверенно, вылетело нечто огромное, сильное. Перепончатые крылья, клюв, черные бусинки любопытных и вечно ищущих что-то новое в таком древнем и великом городе: таким предстал предо мной Птеро. Доисторический ящер громко стукнул огромными когтями по кирпичам дома, клацнул мелкими, тонкими, но ужасно острыми зубами и уставился на меня, оцепеневшего от ужаса студента. Тишина продолжалась не больше минуты. Птеродактиль плавно отвёл голову назад и резко стукнул потрескавшимся, старым, как сама жизнь, клювом. Глухой удар вывел меня из ступора. Я отбежал к противоположной стене, не отводя взгляд от гиганта. Чёрные бусины смотрели прямо в душу. Ещё удар. Кажется, стекло должно было треснуть, разлететься со звонким смехом по всей студии от жесткого тяжелого клюва. И не было ничего яркого в этом кошмаре. Ни звонких звуков, ни приятных красок, ни веры в спасение.

   Я не знаю, сколько времени прошло с прибытия монстра. Стук не становился чаще, птеродактиль, как заколдованный, монотонно отводил и опускал на стекло клюв. Время не шло. Оно застыло, переливалось по пространству, как воск, но не шло вперёд. Я сидел в дальнем углу студии, обхватив голову руками и тихо смеялся. Впустить чудовище или сидеть тут, не глядя в окно, но прекрасно зная, что за ним происходит, и ждать, когда сумасшествие постучится в черепную коробку? Но он и так уже во всю долбит своим проклятым, изъеденным временем клювом прямо в мозг! После очередного удара я рывком встал, с болью и непониманием посмотрел на ящера. Чёрный глаз продолжал сверлить меня беспрестанно. Подойдя к окну, я выдохнул и рывком открыл его. Вместо влажного питерского свежего воздуха в нос ударил запах рыбы, древности и мокрых, почти гнилых досок. Я отшатнулся в сторону. Пару секунд в студии висела тишина. Затем тёмно-красный, влажный от мороси и тумана клюв медленно просунулся в комнату, когти крепко вцепились в подоконник и боковую раму старого окна. На мгновенье доисторический ящер замер и вдруг рывком ворвался в студию. С клекотом Птеро повернулся ко мне и я, наконец, увидел во взгляде монстра Бездну. То была бездна времени, знаний, опыта, памяти. Неожиданно приятный баритон в голове произнёс:

- Ты думал, всё закончилось? Нет, всё только начинается….

Бездна улыбнулась мне, засмеялась громким, клокочущим смехом и хищно разинула пасть.

    Я плохо помню, что происходило дальше. Образы, мысли неслись паровозом в моей голове, перемежались, смешивались. Птеро говорил непрерывно. Его беспристрастный взгляд упёрся в мои глаза. Пытка длилась вечность, время, казалось, шло не вперёд, а вспять. Телепатические сигналы монстра сводили меня с ума, заставляли мозг лихорадочно работать, анализировать массивы новой информации. Попытки убежать из жуткой комнаты, прогнать чудовище, отвлечься и не слышать его не увенчались успехом. За какие-то несколько часов я знал каждую мысль, посещавшую Петра Великого в молодости. При чём здесь я?! При чём здесь он?! Каждую идею, эмоцию русского императора передавал мне гость.

- Зачем? Зачем ты делаешь это? В чём моя вина? – слёзы боли и отчаянья текли из моих глаз, я вопрошал своего мучителя и не получал ответа, лишь новая боль, новые знания. В конце концов, мой перегревшийся, разваливающийся на куски от жуткого страдания мозг помутился. Нет, это не было похоже на сонное забвение. Скорее, на смерть. Всё вокруг плавно тускнело, я успел лишь услышать прощальные слова Птеро:

- Я предупреждал тебя, что это только начало. Я вернусь завтра. И послезавтра ты можешь ждать моего прихода. Не откроешь окна – сойдёшь с ума от постоянного стука и усталости. Будешь впускать меня – у тебя появится шанс. Так будет до тех пор, пока ты не будешь готов!  

Сказав эти странные, мутные, как моё сознание, слова, Птеро растворился в воздухе, издав прощальный крик….

    Утром я смог встать лишь по третьему будильнику. Недорогой сенсорный «Самсунг» надрывно пищал под ухом. На часах – семь утра. «Опоздал! Чёрт! Что за сон?!». Быстро вскочив, я бросился в уборную. К счастью, студия не такая большая, всё под рукой. Благодаря спешке, кошмар ночи постучался клювом в мозг лишь перед самым выходом. Взглядом, полным отрешения и муки, я окинул студию. Уходя, я был уверен, что сегодня съеду….

- Ты почему такой убитый? – Антон дёрнул меня за плечо. Он выглядел озабоченно. После пар мы двинулись по домам.  

- Всё в порядке. Я просто… плохо спал сегодня.

- С чего бы это? Вчера мы неплохо погуляли, сон должен был быть крепким. Может, что-то случилось?

- Чёрт! Мы же выпивали! – простонал я, неожиданно засмеявшись. Этот смех был страшен даже для меня: он звучал неестественно, истерично. Я вновь вспомнил хозяина студии. «Надо найти его телефон! Чёрт, он же не оставил мне никаких контактов!».

- Что с тобой, чёрт возьми?! Ты сам не свой! Очнись! – Антон потряс меня за плечи, глядя прямо в глаза.

- Прости, я объясню тебе всё потом. Приходи сегодня вечером. Возьми… водки…

Сказав эти слова, я обошёл друга и двинулся прочь. Мысли о переезде больше не посещали меня, что-то внутри неистово кричало, что именно я должен перенести это испытание. Возможно, такие идеи связаны с моей излишней амбициозностью. Я летел по улицам, не разбирая дороги, желание спать пересиливало здравый смысл. Неожиданно яркая вывеска старого кафе, приютившегося где-то в закоулках Питерских улиц, заставила меня остановиться. Буквы, подсвеченные неоном, гласили: Pterodactyloidea.

    Почему я назвал это место старым? Не знаю. Вид деревянного крыльца с резными перилами, так контрастно смотрящегося на фоне бетонных зданий и неоновых вывесок, дышал стариной. А ещё, на треугольной крыше крыльца сидел Птеро. Он смотрел на проходящих по переулку людей своим неживым, безучастным взглядом. Зубатый рот моего мучителя, казалось, искривился в зверском подобие улыбки, когда я встретился глазами с деревянной статуэткой. Как бы я хотел идти дальше! Но внутреннее ощущение квеста не отпускало. Я чувствовал, это странное кафе хранит в своих древних стенах ответы на все мои вопросы. Наверно, я зря в детстве так много играл в пошаговые компьютерные игры….

   Внутри кафе выглядело ещё более странным. Запахи блюд смешивались с приятным ароматом дерева, посетителей не было, за барной стойкой стоял старик и настойчиво вытирал тарелку. Казалось, он меня не видел. Это позволило мне какое-то время постоять в дверях и осмотреться. На стене, прямо напротив входа, висел портрет Петра I. На потолке не было привычных люстр, в элегантных подсвечниках стояли свечи. Видимо, хозяин кафе очень любит старый стиль.

- Любил, - тихо сказал старик, не отрываясь от своего дела. Я вздрогнул.

- Что… простите?

- А, молодой человек, здравствуйте! Наконец-то, первый посетитель за сегодня! Наверно, людей пугает наш слегка… хм… необычный гость на крыше. Но это ничего, скоро он улетит, так скоро, как получит своё! – старик заговорил быстро и суетливо убрал из рук тарелку и тряпку. Его голубые, жизнерадостные глаза глядели мне прямо в душу, от чего становилось слегка не по себе.

 - Наверно, Вы хотите поподробнее услышать об этом месте? Судя по Вашей растерянности, Вам далеко не до еды сейчас, мой друг. Что ж, присаживайтесь поудобнее и слушайте! Рассказ мой будет долог….

       Не по-летнему холодный ветер рвал на нём плащ, развивал чёрные волосы. Зоркие глаза Петра оглядывали болотистую местность и непокорную, бурную Неву. На реку русских царь смотрел особенно долго. Чёрная вода сталкивалась, рождая множество брызг, рвалась на берег, прерывисто дыша. Петр улыбнулся, он ликовал: скоро на этом месте будет построена русская крепость, закрывающая северные водные границы страны. И даже эта река однажды очнётся, закованная в гранит!

    В эту же ночь Петру приснился странный сон. Сквозь молочно-белый свет к нему шла молодая девушка с серыми глазами, чёрными струящимися волосами и бледной кожей. Она была стройна, даже худа, смотрела на царя невинно и с интересом. Подойдя вплотную к Петру, девушка мягким голосом, вкрадчиво и спокойно сказала:

- Не делай этого. Ты прекрасно понимаешь, что я не позволю тебе безнаказанно нарушить мой покой.

Сладкое упоение сном слетело с мужчины, как одеяло, сдёрнутое холодными пальцами убийцы. Страх пронзил тело фигурным клинком, залёг в животе. Царь вдруг осознал, что не может пошевелится.

- Я вижу, ты не отступишься, - продолжала девушка, положив нежную руку на грудь Петра, - Но знай же, когда твои строители найдут череп монстра – тебе не уйти от моего гнева!

Глаза красавицы загорелись ледяным огнём, пальцы крепко вонзились в плечи царя, словно когти орла. Пётр не мог отвести взгляда от лица девушки, стремительно преобразовывающегося. Гнев разрушил красоту, сорвал вуаль прелести с её черт. Наконец, крик ужаса вырвался из уст мужчины, он проснулся, дико оглядываясь. Петр не сразу понял, что крепко сжимает в руке свой кинжал. Успокоившись, царь позвал слугу.

  - Это всего лишь ночной кошмар, Ваше Величество! – отвечал на расспросы господина заспанный молодой человек в ночном наряде. Петр ничего не отвечал ему, с изумлением ощупывая еле заметные раны на плечах….

     На следующий день русский царь отправился к мудрому человеку, старому волхву. Пётр не верил волхвам. Но в этот раз не видел иного выхода. Выслушав царя, старик отвечал:

 - Тёмная сила сгустилась над твоим челом. Ты в великой думе. Думаю, что ночной визит нанесла тебе сама Царица-Нева. Должно, царь, послушать её и уйти отсюда подобру-поздорову. Проклятия древних ведьм страшны!

 - Не дури меня, старик! На этом месте будет стоять русская крепость! И никто, слышишь, никто, будь то ведьмы или люди, не помешает мне!

Подобными гневными речами осыпал волхва Пётр и ушёл. Старик лишь покачал головой и склонил голову вслед….

    - Царь батюшка, Ваше Величество, мужики кричат, говорят, чудовище нашли! Бояться они дальше работать, всё крестятся да молятся, чёрт бы их побрал!

Взволнованный голос одного из приближённых заставил царя резко поднять голову от чертежей будущего города. Что-то бурча себе под нос Пётр вылетел из шатра, как метеор, и бросился к скоплению людей В карьере один из них нашёл жуткий череп. Мужики стояли вокруг ямы, крестились и переговаривались. Слышался недовольный шёпот: «Чёрт его потянул на нечистом месте крепость ставить, тьфу ты!», потом: «Тише, тише ты! Сам царь идёт!». Гробовая тишина повисла над людьми. Пётр в пару шагов спустился вниз, к страшной находке, поднял ее, не обращая внимания на испуганные возгласы людей, и смазал грязь рукавом. В руках царя покоился древний череп доисторического зверя.

-Monstrum… - прошептал царь, уставившись в пустые, бездонные глазницы и с холодеющим сердцем наблюдая, как бездна улыбается ему наивной улыбкой нежной девушки-Невы…. На месте находки Пётр и основал таверну. Да-да, это здание стоит здесь с тех самых пор.

Завороженный обстановкой и историей, я аккуратно спросил замолчавшего, задумчивого старика, что же было дальше.

  - Дальше? А что дальше? Никто не знает. Пётр ничего и никому больше не рассказывал о своих снах. Он очень переменился. Говорят, что череп он выкинул в Неву и что-то кричал, маша руками и ругаясь. А пивнушку эту назвал Pterodactyloidea. Тогда никто не знал, что это означает. Да и сам Пётр вряд ли осознавал смысл слова. Здесь царь очень любил отдыхать. Говорят, работал как мужик простой и пил также. Заковал он Неву в гранит. Долго билась река, противилась, рыдала. Всё без толку. Да только не смог Пётр избежать гнева ведьмы, прибрала его Нева к себе. У Лахты, говорят, схватила его костлявая.

- А в чём же заключалось само проклятие? – не стерпел я.

- Эх, я надеялся, что ты догадливее, - хитро улыбнулся старик и подмигнул. Он стремительно вышел из-за стойки и с невероятной прытью дошёл до меня, - А теперь мне пора, прости, мил человек! Время пришло закрываться! И так четвертый век…

Дальше я ничего не смог услышать. Сильные жилистые руки схватили меня и выкинули за дверь. Больно ударившись, я вскочил и захотел вернуться, обида и недосказанность не давали спокойно уйти. Странный стук заставил остановится. Подняв глаза, я увидел Птеро. Он хмуро смотрел с крыши и монотонно постукивал когтем. Заорав, я кинулся прочь из этого непонятного места, забыв обиду и любопытство.

    Когда страх утих, я сбавил ход и, отдышавшись, огляделся вокруг. Нева текла внизу чёрным полотном. Древняя набережная открылась мне совсем в другом свете. Я медленно шёл по брусчатке, проводил рукой по гранитным перилам и чувствовал ответное тепло от древнего камня. Нева, словно огромная, загнанная в угол и сжатая в клещи змея, шипела и стонала, брызгая белой пеной. Мне вдруг стало жаль реку. Она, такая сильная и могучая, была покорена смертным царём. И даже его гибель не принесла Деве-Неве удовлетворения. И вот она в граните. Вечно голодная и свирепая. Но кто знает, может когда-нибудь люди смогут растопить её лёд своими сердцами. Я увидел молодую пару, парня и хрупкую девушку, у перил и улыбнулся. Впервые с самого приезда я посмотрел на Санкт-Петербург по-другому. Древние дома улыбались мне в ответ, а прохожие странно смотрели на неторопливого юношу, медленно бредущего по центральным улицам и улыбающегося.

     Домой возвращаться не хотелось. Я даже не понял, как быстро изменилось моё настроение. В старой студии темно. Я закрыл дверь, повернул ключ и замер. Щёлкнул выключатель. В комнате пусто, непередаваемый запах дома достиг ноздрей, наполнил воспоминаниями. Антон позвонил мне, пока я гулял по городу и сказал, что сегодня зайти не сможет. Но я на него не в обиде. Не ужиная, я завалился спать уставший и довольный.

    Ночью всё повторилось. Явился Птеро и, забравшись в окно, сел напротив. Но в этот раз птеродактиль сидел молча.

- Что-то не так? – спросил я, всё ещё внутренне содрогаясь.

- Нет. Всё в порядке. Ты готов. Сейчас, или никогда! – скрипуче отвечал мой мучитель. Или, всё-таки, учитель….

- К чему?

Птеро вдруг выбил окно мощным ударом клюва. Уши заложило. Туман, как молоко, залил комнату. Птеродактиль залез в проём и обернулся.

- Полетели. Я покажу тебе кое-что.

Страх вновь парализовал меня. Ноги стали ватными, неподвижными. Но я всё же заставил себя подойти к динозавру и положить руку на его загривок. Кожа монстра была твёрдой, но удивительно тёплой и нежной одновременно. Забравшись на мощную спину ящера, я приготовился к худшему. Секунду мы не двигались. Вдруг Птеро оттолкнулся лапами от стены. Полёт. Незабываемое ощущение лёгкости и свободы. Плавные взмахи крыл возносили нас всё выше и выше над городом. Красота Питера завораживала. Описав круг над Петропавловской крепостью, мы вошли в пике и пролетели над самой водой. Птеро задел кончиком крыла тёмную гладь Невы, и та сморщилась от щекотки. Позже мы заслонили Луну над Зимним садом, поднялись в глубины воздушного океана. Внизу лежал Питер, его огни, предчувствуя утро, только загорались. Незабываемый вид, он схватил меня за горло и не давал вздохнуть. Мы пролетали так всю ночь, мотались из стороны в сторону, входили в крутые пике и крутили такие виражи, от которых шла кругом голова…. Я смотрел на город, слушал дыхание и мысли его создателя. Именно в этот момент пришло осознание того, что моя жизнь больше никогда не станет прежней.

   Совсем под утро Птеро высадил меня в квартире. Секунду промолчав, он сказал:

- Тот старик в таверне всё тебе рассказал. Правда, он упустил один момент. Саму суть проклятья.

Образ птеродактиля, древнего monstrum, рассосался в пространстве. Передо мной стоял никто иной, как Пётр I.

    - Проклятье, которым меня одарила ведьма-река, не может сняться, пока я не найду человека, способного понять старого дурака и взять на себя его ношу.

Пётр заискивающе улыбнулся и протянул руку. Я не спешил отвечать на рукопожатие и непонимающе посмотрел на русского императора:

- Что это значит, «взять ношу»?

- Тебе нужно… помочь Неве. Ослабить плачевное влияние человека на реку. Тем более ты выполнил уже половину требований - получил знания. Все остальные мучения, к счастью, выпали на мою долю. Тебе надо лишь продолжить дело.

Секунду посомневавшись, я нерешительно сжал сильную руку Петра. Он ещё раз улыбнулся и, прошептав «Удачи», исчез. На кресле у окна лежал костюм птеродактиля….

    Я посмотрел на часы. Ровно шесть. Решимость начать всё с начала приходит неожиданно. Явления Птеро перестали беспокоить мой сон, я наладил прежние отношения с Антоном. Правда, рассказать ему всё не решился. Последнее время, по неведомой мне причине, мысли о Лене всё чаще и чаще возникали в моей голове. Я уже начал работу по сохранению экологии Невы, делал всё возможное. Но чего-то не хватало….  

- Привет! – я, наконец, увидел такие знакомые глаза и лёгкую улыбку.

- Привет, Лена, - небольшое гранитное ожерелье на шее девушки привлекло моё внимание. Внезапная догадка вызвала дрожь по спине. Я поднял глаза. Лена улыбалась, её лицо вдруг напомнило мне что-то смутное…. Тёмные глаза девушки загадочно блестели.    


Новости
17.12.2018

«И пошел брат на брата…»

В Выставочном зале федеральных архивов в г. Москве (ул. Большая Пироговская, 17) состоится открытие историко-документальной выставки «И пошел брат на брата…
17.12.2018

Памятник словарю Даля

Памятник словарю Даля – казалось бы, все россияне, весь русский мир, все говорящие на русском языке могли бы дружно проголосовать за создание столь удивительного арт-объекта.

Все новости

Книга недели
Чингиз Айтматов.

Чингиз Айтматов.

Осмонакун
Ибрагимов.
Чингиз Айтматов.
– М.: Молодая гвардия, 2018.
– 221 с.: ил. – 3000 экз. – (Жизнь замечательных людей).
В следующих номерах
Колумнисты ЛГ
Воеводина Татьяна

Пацифисты

Некая мама-блогер пришла в ужас от школьного задания дочке-четверокласснице – на...

Замшев Максим

Из рода праведников

Перечитывая Солженицына, неизменно поражаешься тому, как таинственно и чудесно у...