19 июня Вторник

20 июня Среда

21 июня Четверг

День кинолога

22 июня Пятница

День памяти и скорби — день начала Великой Отечественной войны (1941 год). Мы скорбим по всем, кто погиб, защищая Отечество.

23 июня Суббота

МАКСИМ ГОРЬКИЙ И ПЕРВЫЙ ВСЕСОЮЗНЫЙ СЪЕЗД СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ. 20. Звучала ли критика на съезде писателей?

МАКСИМ ГОРЬКИЙ И ПЕРВЫЙ ВСЕСОЮЗНЫЙ СЪЕЗД СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ. 20. Звучала ли критика на съезде писателей?

Политика и литература - два родные сестры.  
   На съезде не прозвучало критики ни в адрес доклада М. Горького, ни в адрес доклада А. Жданова и их содокладчиков. На их доклады выступавшие в прениях чаще ссылались и/или хвалили. Так нахваливали, что М. Горькому даже пришлось просить коллег остановить эти восхваления.
   Звучала ли критика на съезде писателей?
Звучала критика, да ещё какая нелицеприятная!
   Больше всех досталось докладчикам — К. Радеку и Н. Бухарину, троцкистам, которым большевистская партия однажды поверила в «искренность» покаяний и самоосуждений, и на первый раз ограничилась исключением их из своих рядов в конце 1920-х. Простили им их «грехи». Однако менее чем через семь лет их вновь советской власти пришлось арестовывать и судить открытым судом за подпольный антисоветизм троцкистского разлива, а некоторых заговорщиков даже пришлось расстрелять.
И ничего необычного в этом «терроре» с исторической точки зрения не просматривается, если вспомнить «белый» террор, императорский террор, империалистический террор — в Первой Мировой войне погубили более 11 миллионов. Письменная история и Библия сообщают много случаев, когда врагов, если они не сдавались, — победители безжалостно уничтожали.*
Некоторые писатели - советские и иностранные - подвергли критике доклад КАРЛА РАДЕКА (Кароль Собельсона) о всемирной литературе. Хотя он на первый взгляд может показаться теоретически выдержанным. Однако иностранные писатели, как оказалось, довольно внимательно слушали его доклад и нашли в нем много особых умолчаний. Они связаны не столько с его национальным происхождением, сколько с политическими взглядами и тайной русофобией.
Напомню: К. Б. Радек (1885-1939) родился в Австро-Венгрии и приехал в Россию только в ноябре 1917 г. и сразу был назначен на дипломатическую работу: он владел несколькими несколькими иностранными языками. В ВКП(б) вступил только в 1919 г. Занимал высокие должности в большевистской иерархии: деятель европейского социал-демократического и коммунистического движений, советский партийный публицист, сотрудник газет “Правда” и “Известия”.
В 1923- 1927 г. К. Радек активно поддерживал своего соплеменника Л. Д. Троцкого, за что и был сослан в Сибирь. Затем, после покаяния, его вернули к работе и дали возможность поразмышлять о политике и литературе и выступить на съезда советских писателей с докладом. Однако он не воспользовался предоставлений возможностью, не оправдал доверия партии.
В 1936 г. был вновь арестован и давал показания как участник «Параллельного антисоветского троцкистского центра»; приговорен к 10 годам заключения; убит в драке в 1939 г. в Верхнеуральском политизоляторе. Реабилитирован в 1955 г. (Википедия). Перечитайте ещё раз мою статью о докладе К. Радека  (№12).
Немецкие пролетарские писатели мгновенно обнаружили гнилую сущность взглядов докладчика и высказали немало нелицеприятных замечаний о его докладе на съезде писателей. Подводя итоги дискуссии по докладу, К. Радек в своём выступлении не признал тех ошибок, о которых говорили иностранные писатели на съезде.
Тоже самое произошло с докладом о поэзии Н. Бухарина. Его доклад на съезде вызвал широкую дискуссию, но докладчик тоже не признал справедливость критики. Ему нравились одни поэты, другим — другие.
Мне не понравилось негативное отношение Бухарина, как и Троцкого, к поэзии С. Есенина. Исторически их мнение об этом великом русском поэте признано ошибочным. Сегодня всякий русский признается в любви к Родине поэтическим тихим и нежным голосом Есенина и громким голосом революционной поэзии Владимира Маяковского — к советской героической эпохе?!
Напрашивается предположение, что темы докладов были даны Радеку и Бухарину для того, чтобы ещё раз убедиться, что сделанные ими покаяния были искренними, однако...

Наступление еврофашизма.
В начале 1930-х самой большой опасностью для человечества в международной обстановке И. Сталин и партия большевиков считали фашизм. Уже в дни съезда открыто говорилось о нем как главной опасности для дела строительства социализма, а также для развития социалистического реализма в мировой литературе и культуре.
Низводя роль литературы исключительно к защите умирающего капитализма, еврофашизм уводил литературу с большой исторической дороги в тупик, обрекал ее на идейное убожество и художественную ничтожность, лишал ее необходимой жизненной силы. Международный пролетариат и его коммунистическая партия, наоборот, свою литературную политику направляли к тому, чтобы дать возможность художественной литературе идти в ногу с историческим развитием, активно служить делу социалистического переустройства мира. На каждом отдельном этапе своего движения пролетариат ставит свои литературно-политические требования и в зависимости от конкретных условий он направляет литературу к разрешению основной задачи марксистской теории — созданию нового общественного порядка, социализма.

Критика доклада К. Радека о всемирной литературе.

БЕЛА ИЛЛЕШ: «Разбили старую структуру мировой литературы и создают новую мировую литературу Октябрьская революция и победа социалистического строительства.»
(Бела Иллеш (1895-1974) - венгерский писатель, журналист и драматург. Один из основоположников революционной литературы в Венгрии. Дважды лауреат Государственной премии им. Кошута (1950, 1955).

«Тов. Радек в своем вчерашнем докладе ... дал очень резкий отпор двум враждебным теориям. Он показал нам, как смешна теория Троцкого, который считал, что создание пролетарской литературы невозможно. Он дал решительный отпор левацкой теории, которая недооценивала значение литературы мелкой буржуазии, литературы левой интеллигенции, которая к нам приближается.
«Тов. Радек ... по-моему он недостаточно подчеркнул достижения современной пролетарской литературы. Он не уделил достаточного внимания тем писателям, которые создают современную всемирную пролетарскую литературу.
«Когда мне приходится говорить о положении и роли международной литературы, то я всегда вспоминаю один маленький эпизод, который очень ярко отражает роль советской литературы во всемирной литературе и показывает, как рабочие-читатели Западной Европы судят о литературных произведениях, о писателях. ... три года назад в Австрии я разговаривал с группой австрийских товарищей о литературных проблемах... я спросил австрийских товарищей: «Кто ваши самые важные, самые большие, самые популярные писатели?» Австрийские товарищи ответили мне: «Наши самые популярные писатели — Максим Горький, Шолохов, Панферов, Фадеев, Гладков, Эренбург».
«Если мы поставим вопрос, как была разбита мировая литература, то мы увидим, что ответ т. Радека не совсем точен. Он в одном из пунктов своих тезисов говорил, что Октябрьская революция, которая потрясла мир, не потрясла мировой литературы. Кто же разбил старую структуру мировой литературы, если не Октябрьская революция? Разбила старую структуру мировой литературы и создает новую мировую литературу Октябрьская революция и победа социалистического строительства.
«Тов. Радек правильно констатирует, что до сих пор мы не создали ни одного произведения, которое могло бы быть поставлено в один ряд со старой классической мировой литературой. Да, западная и дальневосточная пролетарская литература до сих пор не дала ни одного классического произведения. Однако эта западная и восточная пролетарская литература с первого дня своего существования была орудием в руках рабочего класса. Эта литература ставила, и правильно ставила, ряд исторических вопросов. Эта пролетарская литература уже с 1918 г. ставит вопрос — варварство или социализм? Она играла историческую роль уже тогда, когда была еще очень незначительной литературой с точки зрения формы и языка. Уже тогда она могла дать такие произведения, которые влияли не меньше, чем самые лучшие произведения современной буржуазной литературы.
«Каковы пути развития пролетарской литературы на Западе?Имеются очень ценные произведения пролетарской литературы довоенного времени. Достаточно назвать крупный роман Мартина Андерсен Нексе, в котором он показал путь II Интернационала и как впоследствии этот Интернационал очутился в тупике. Эту книгу горячо приветствовал Ленин.
«Это было начало пролетарской литературы в Западной Европе. О широкой пролетарской литературе, о пролетарской литературе как движении говорить только можно после Октябрьской революции, когда сказалось влияние существования советской власти и литературы Советского союза... большую историческую роль сыграли на Западе книги: Либединского — «Неделя», Серафимовича — «Железный поток», Гладкова — «Цемент», Вс. Иванова — «Бронепоезд» и как они помогли зарождению и развитию широкой западной пролетарской литературы.
«Пролетарские писатели и к нам близко стоящие писатели Запада говорили: «Руки прочь от Советского союза!». Советский союз был для них братской страной, был близок им. Теперь западные пролетарские революционные писатели говорят: «Руки прочь от нашей родины!» — и не только пролетарские писатели считают своей родиной Советский союз, который строит социализм. Но заявить, что Советский союз — наша родина, не трудно. Наши пролетарские писатели делают не только заявления — они действуют.
«Я хочу напомнить о произведении немецкого поэта Бехера, которое он написал о Советском союзе, о произведении польского поэта Станде, в котором он показал героическую борьбу уральских рабочих за власть и строительство социализма. Я хотел бы упомянуть о песнях Гидаша о Советском союза, которые поют наши рабочие и крестьяне от Минска до Владивостока, и о многих других. Я хочу напомнить также о том, как влияет наша идеология, как влияет наша действительность не только на рабочих-читателей, не только на рабочих-писателей Западной Европы, но и на ряд левых буржуазных писателей.»

БРЕДЕЛЬ: «под знаменем марксизма идет к социалистической свободе целая большая страна.»
(Вилли Бредель (1901-1964) немецкий писатель и общественный деятель, президент Берлинской академии искусств, член ЦК СЕПГ, вице-президент Общества германо-советской дружбы, дважды лауреат Национальной премии ГДР).

«Друзья, дорогие товарищи! Мы, германские антифашистские писатели, ждали от доклада т. Радека, что он даст вам, советским писателям, и нам, гостям, обзор современного состояния международной литературы и подробно расскажет об антифашистской и пролетарской немецкой литературе. Товарищи, мои друзья и я разочарованы докладом, поскольку мы знаем его из напечатанного экземпляра.
«Тов. Радек заявляет, что в немецкой пролетарской литературе достаточно назвать четыре имени: Ганса Мархвица, Карла Грюнберга, Курта Клебера и Теодора Пливье.
«Товарищи, в прошлом году наци отняли у меня в Гамбурге мою любимую библиотеку и сожгли ее. Неужели т. Радека в Москве постигло такое же несчастье!
«В докладе упомянуто четыре имени. Позвольте, товарищи, — в одних только концентрационных лагерях Германии замучено до-смерти шесть антифашистских писателей!Людвиг Ренн — не только один из наиболее читаемых немецких писателей: своей книгой «Война» он известен далеко за пределами Германии. И в Советском союзе знают его имя. В прошлом году германское фашистское правосудие бросило Людвига Ренна в тюрьму на много лет. Перед барьером фашистского имперского суда он гордо признал себя коммунистом.
«Совсем недавно повешен в концентрационном лагере всемирно известный писатель Эрих Мюзам. Тов. Радек не счел нужным даже упомянуть о нем.
«Смертельно больной, лежит в концентрационном лагере еще один германский антифашистский писатель—т. Клаус Нойкранц.
«Докладчик говорит о международной литературе, в особенности о литературе антифашистской, не упоминая о таких писателях, как Берт Брехт или Иоганнес Р. Бехер, самый крупный лирик антифашистской немецкой литературы.
«Он не упоминает также о писательнице Анне Зегерс, получившей клейстовскую премию и примкнувшей к пролетарской литературе. Затем ему повидимому неизвестен Адам Шарер, который написал несколько романов и теперь выпустил антифашистский крестьянский роман «Кроты».
«Ни одним словом не упомянут известный всему миру писатель Эгон-Эрвин Киш, ничего не сказано об Оскаре-Мария Графе, о Франце Вайскопфе об Эрнсте Оттвальте, о Густаве Реглере, о писателях Эрихе Вайнерте, Фридрихе Вольфе и Рудольфе Брауне.
«Я спрашиваю вас, товарищи, что же это за доклад, из которого исключены Все известные антифашистские писатели Германии? Я даю только голое перечисление имен,, не давая писательской специфики каждого, но я опускаю это в моем возражении, тем более, что сам докладчик этого не сделал.
«Товарищи писатели, докладчик ни одним словом не упомянул также о писателях, которые пришли в литературу как рабочие от станка и коммунисты. Это — Вальтер Шенпггедт, Людвиг Турек, Альберт Хотопп и Вилли Бредель. Много лет активно работая в компартии, они прямо от станка вступили на трудный путь литературы. Разумеется у них много недочетов. Они еще не освободились от сухого языка, форма и образы их произведений еще недостаточно разработаны. Всякий, кто подойдет к их книгам как эстет, останется неудовлетворенным. И все же книги этих писателей крайне важны как свидетельство подъема пролетарской литературы. Однако т. Радек считает этих молодых пролетарских писателей как бы несуществующими.
«Докладчик обходит молчанием также таких крупных левобуржуазных и антифашистских писателей, как Леон Фойхтвангер, Арнольд Цвейг, Эрнст Глезер, Эрнст Толлер.
«Тов. Радек, про вас говорят, что вы читаете не книги, а целые библиотеки. Какие странные пробелы в этих библиотеках!
В докладе говорится, что пролетарские писатели до сих пор находятся в узком кругу тем своего класса, изображая только среду и идеологию пролетариата и классовую борьбу пролетариата с капиталистами. Докладчик повидимому просто не знает многих важнейших антифашистских произведений, даже переведенных на русский язык. Эрнст Оттвальт написал судебный роман: «Знают, что творят»; антифашистский немецкий писатель, гость этого съезда, Адам Шарер, написал крестьянский роман; присутствующий на съезде писатель Густав Реглер написал антиклерикальный роман «Блудный сын»; Франц Вайскопф, которого вы все знаете, написал «Славянскую песню» — роман о мелкобуржуазной молодежи; Альберт Хотопп изобразил гибель мелких рыбаков-единоличников на морском побережьи в своей книге «Рыбачья шхуна N2 13». Я хотел бы еще упомянуть о писателях Берте Брехте и Эгоне-Эрвине Кише, которые в своем творчестве разрабатывают не только узко ограниченные пролетарские темы.
«В разделе доклада «Война и литература» нет Людвига Ренна, Синклера, Гашека, нет Адама Шарера, Эрнста Толлера и Франка. Ограничиваюсь опять-таки перечислением.
«Мы, германские пролетарские писатели, решительно отвергаем преувеличенную оценку нашей литературы. Но с такой же решительностью мы протестуем против всякой недооценки теперь уже достаточно выявившейся немецкой пролетарской литературы. Несколько лет назад мы спорили о том, может ли возникнуть пролетарская литература до захвата власти пролетариатом. Теперь этот вопрос ясен. Но мне кажется, что в докладе т. Радека сквозит нечто вроде скептицизма, былое неверие в возможность существования пролетарской литературы до прихода к власти рабочего класса. По-моему и пролетарские писатели других стран получили в докладе недостаточную оценку. Не буду вдаваться в подробности, потому что товарищи писатели соответственных стран несомненно сами выступят по этому вопросу.
«Я так резко коснулся этой темы потому, что доклад т. Радека должен служить для всех работников интернационального писательского фронта сжатой информацией о международной антифашистской литературе. Доклад должен ознакомить столь высоко ценимых нами советских писателей с иностранной литературой, но доклад дал совершенно неудовлетворительную картину положения германской пролетарской литературы.
«Под конец окажу о том, что кажется нам самым важным в наши дни, а именно о пролетарской литературе в эмиграции и подполье. Несмотря на громадные материальные трудности, пролетарская эмигрантская литература занимает высокое место.
Писатели, работающие в Германии нелегально, несмотря на опасность, которая им постоянно угрожает, создают полноценные вещи. Кое-что появилось уже и в СССР. Я весьма сожалею, что и о них ничего не сказано на съезде. Некоторые из этих вещей напечатаны отдельным сборником. Хочется передать этот томик т. Радеку. Он увидит, что в произведениях героев антифашистского подполья интересна не только пролетарская тематика, но и художественная сторона, стоящая много выше уровня средней буржуазной литературы. Я сознательно ограничился пролетарской литературой Германии, чтобы дать вам некоторое представление о ее подлинной весомости.
«Тов. Радек умно и выразительно затронул в своем докладе много других важных проблем. Я же остановился лишь на том, о чем по-моему было сказано слишком кратко.
«Я хочу подчеркнуть сказанное т. Ждановым в его приветствии съезду:«Пролетариат капиталистических стран уже кует армию своих литераторов, своих художников — революционных писателей, представителей которых мы сегодня рады приветствовать на первом съезде советских писателей. Отряд революционных писателей в капиталистических странах еще не велик, но он расширяется и будет расширяться с каждым днем обострения классовой борьбы, с нарастанием сил мировой пролетарской революции.
«Мы твердо верим в то, что те несколько десятков иностранных товарищей, которые присутствуют здесь, являются ядром и зачатком могучей армии пролетарских писателей, которую создаст мировая пролетарская революция в зарубежных странах» (аплодисменты ).
«Я кончаю заявлением, что пролетарские писатели Германии в подпольи и в эмиграции будут выполнять свой долг и в дальнейшем. Вокруг антифашистской литературы собираются сейчас лучшие умы, величайшие художники. Ей, и только ей, принадлежит будущее».

Теодор ПЛИВЬЕ: «Или гибель в качестве лакея фашизма или возрождение в стане борющегося пролетариата».
(Теодор Отто Рихард Пливье (1892-1955) — немецкий писатель, автор трилогии о Второй мировой войне, включающей романы «Сталинград», «Москва» и «Берлин»).
«Почему о Цвейге, о Франке, о Ласко, почему об Эрноте Толлере ничего не сказано в докладе об антивоенной литературе?

«Есть еще одна книга, которую также нельзя причислить к буржуазной пацифистской литературе, это — «Бравый оолдат Швейк» Гашека.«Солдат Швейк» — почти бессмертная фигура; во всяком случае она стала классической фигурой солдата. И здесь мне хочетоя сказать следующее: не только марксизм дает методы и оружие для ликвидации противника, но и самая обычная буржуазная сатира может убивать. И это Гашек доказал своим «солдатом Швейком». Он нанёс своей книгой австрийскому милитаризму, империалистической войне вообще удар мирового масштаба. Об этом говорят сотни тысяч разошедшихся экземпляров, об этом прежде всего говорит то влияние, которое эта книга имела на сотни тысяч и на миллионы читателей. Я думаю, что т. Радек не будет возражать против такого расширения овоей темы в этом пункте.
«На Западе существует и существовала не только буржуазная пацифистская литература, существует и существовала и антивоенная литература, а сегодня есть пролетарские и революционные цитадели, которые умеют соединить художественные достоинства с политической ясностью. И если сегодня это — еще цель, к которой литература только стремится, то есть уже писатели, даже группы писателей, являющиеоя авангардом литературы, которой принадлежит завтрашний день. А остальные, те, которых т. Радек определяет как буржуазно-пацифистских писателей, тоже многому научились за последние 15 лет.
«Эмигрирование революционных и буржуазных писателей из Германии — это ведь тоже критика! И костры, на которых национал-социалисты ожигают книги, тоже оценка!
Больше того. Они — сигналы тревоги для культурного мира, и они показывают, куда ведет фашизм: к варварству и бескультурью, к культурному упадку человеческого общества, как это предсказал больше десяти лет тому назад великий вождь пролетариата Ленин. Как совершенно правильно подчеркнул т. Радек, буржуазная культура и в первую очередь буржуазные и полубуржуазные писатели должны суметь выбрать: один путь вместе о фашизмом ведет к самоубийству и самоуничтожению, другой вместе о пролетарском классом, носителем мировой революции, — к завоеванию будущего.
«Немецким писателям отчасти уже пришлось сделать выбор. Им пришлооь принять либо подчинение фашизму, либо жизнь в эмиграций и даже подпольную работу.
Это разделение разряжает атмосферу: из костров «Третьей империи» пролетарская литература восстанет чище, яснее, целеустремленнее и мощнее.
«Я останавливаюсь еще на одном месте из доклада т. Радека, где он говорит о том, что молодая пролетарская литература Запада не выполнила своих задач, что она не сумела поставить памятник миллионам наших рабочих и крестьян, не сумела пригвоздить империализм к позорному столбу, не сумела поднять массы на борьбу против империалистической войны — за социалистическую революцию.
«Мы все здесь, в том числе и т. Радек, знаем, как много пружин должно прийти в действие, чтобы можно было о надеждой на победу повести массы на борьбу. На долю литературы выпадает и может выпасть только часть этой работы. Я далек от того, чтобы утверждать, что левая литература полностью выполнила свою задачу. Но многое ею было сделано в этом направлении. Я укажу только на неоколько произведений этой литературы: Шарера — «Без отечества», сборник «Война», «Во Фландрии я убивал»— Скува, «Отложенная партия» — Иефа Ласта, «Прощай, оружие» — Хемингуэя, «В огне» — Барбюса, «Деревянные кресты» и «Неизвестный солдат» — Доржелеса.
В связи о этим я думаю, что мне будет позволена упомянуть о моем романе «Кули кайзера». Я посвятил эту книгу оправданному судом убийству кочегара Альвина Кобе и матроса Макса Рейхпича во время восстания матросов в германоком флоте в 1917 г. Но сверх того эта книга, для которой я претендую на эпитет «революционная», является памятником для всех кочегаров и матросов, павших в мировую войну. С другой стороны я высказываю не только свое мнение, говоря, что и эта книга пригвоздила империалистическую войну к позорному столбу.
«В большей или меньшей степени это можно сказать о всех книгах, которые я здесь, назвал. Все они — памятники павшим, все они разоблачают истинное лицо империалистической войны. И третьему требованию т. Радека — призыв к борьбе против империализма и за социалистическую революцию — эти книги в большей или меньшей степени отвечают. Эти книги — удары, о которых мы не хотим забыть, и они — памятники, которые останутся памятниками....
«Нельзя забывать о трудностях, при которых на Западе создаются книги левого направления, и о препятствиях, какие отделяют эти книги от типографских станков и читателей. Но можно не сомневаться в том, что на Западе работали, работают и будут продолжать работать.
И я обращаюсь к писателям за пределами этого зала и прежде воего — к немецким писателям, находящимся в эмиграции. Никто, и прежде всего писатель, не может уклониться от политики. Больше нет места увиливаниям, сторойним наблюдениям, двусмысленным ответам. Мы живем в эпоху решающих политических событий. Писатель не может плестись в хвосте, он должен сам для себя разрешить проблему, чтобы принять участие в великих политических событиях нашей эпохи.
«А проблема, которая требует разрешения, состоит в следующем: должно ли человеческое общество погибнуть от фашизма среди кризисов и войн, или оно должно перестроиться на социалистических принципах и организоваться заново?
Эта проблема стоит не только перед международным пролетариатом, — в наши дни она стала проблемой всего человечества, и современные писатели должны ответить на этот вопрос четко: «да» или «нет».
«Активная или пассивная помощь фашизму и гибель или подъем вместе о борющимся пролетариатом.
«Вопрос отоит не о партийной принадлежности. Вопрос — о принадлежности к общему фронту.
«Этих фронтов два — фашисты и антифашисты. И ответ должен быть отчетлив: или там или здесь. Или гибель в качестве лакея фашизма или возрождение в стане борющегося пролетариата.»

РЕЗОЛЮЦИЯ ПЕРВОГО ВСЕСОЮЗНОГО СЪЕЗДА СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ ПО ДОКЛАДУ К. Б. РАДЕКА О МЕЖДУНАРОДНОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЕ.
Первый всесоюзный съезд советских писателей, выслушав доклад т. Радека о международной художественной литературе и обмен мыслей по докладу, устанавливает, что, несмотря на жестокие репрессии, которые обрушиваются на рабочий класс и трудовую интеллигенцию зарубежных отран со стороны господствующего капиталистического класса; несмотря на разгул фашизма и кровавой реакции; несмотря на то, что ряд лучших представителей революционной литературы томится в фашистских застенках, подвергаясь прямому физическому истреблению,— силы революционной литературы растут так же, как и силы рабочего клаооа, и ее боевой голос раздается все громче, поднимая угнетенные массы на борьбу против капиталистического рабства.
Съезд советских писателей призывает своих братьев, революционных писателей всего мира, всей силой художественного слова бороться против капиталистического гнета, фашистского варварства, колониального рабства, против подготовки новых империалистических войн, за защиту СССР — отечества трудящегося человечества.
На примере наших писателей, прошедших славный путь со времени, когда небольшая группа писателей во главе с Горьким пошла за партией Ленина, и до настоящего периода, когда в результате победы социализма в СССР советская литература превратилась в огромную культурную силу, стала литературой всех народов, выражающей в своем творчестве великую работу трудящихся масс Советского Союза над созданием нового, социалистического строя, лучшие представители зарубежной литературы убеждаются в том, что подлинный расцвет литературы и искусства возможен лишь в условиях победы социализма.
В СССР идет великий рост культуры и творчества народных масс. В странах капитализма — экономический хаос, распад культуры, упадок науки, разложение литературы господствующих классов. И подлинные произведения искусства создают лишь те художники слова, которые поднимают голос протеста против язв капитализма, против вопиющих противоречий капиталистического общества.
Первый съезд советских писателей горячо приветствует присутствующих на съезде писателей: Франции, Англии, США, Китая, Германии, Турции, Чехо-Словакии, Испании, Норвегии, Дании, Греции и Голландии, откликнувшихся на приглашение приехать в СССР и принявших живейшее участие в работе съезда.
Съезд глубоко ценит симпатии к СССР и социалистическому строительству, к новой культуре, создаваемой народами СССР, проявленные выступавшими на съезде иностранными писателями: тт. Мартином Андерсеном НЕКСЕ, Андрэ Мальро, Жан-Ришар Блоком, Якубом Кадри, Бределем, Пливье, Ху Лан-чи, Арагоном, Бехером, Амабель Вильямс Эллио.
Съезд шлет свой братский привет Ромену Роллану, Андрэ Жиду, Анри Барбюсу, Бернарду Шоу, Теодору Драйзеру, Эптону Синклеру, Генриху Манну и Лу Синю, которые мужественно выполняют свой благородный долг лучших друзей трудящегося человечества.
Съезд писателей выражает свою глубокую солидарность с революционными писателями — пленниками международной реакции, защищающими дело трудящихся масс, дело прогресса человечества, и обещает всеми силами бороться за их освобождение.
Съезд твердо убежден, что международной революционной литературе принадлежит будущее, ибо она связана с борьбой рабочего класса за освобождение всего человечества.
———————
• Почитайте о «подвигах» Александра Македонского или о многочисленных (до 30 тыс. при населении страны всего в несколько миллионов) жертвах Варфоломеевской ночи А фашизм и холокост?! А геноцид армян в Турции?! А Палестина вчера и сегодня?!....

Новости
20.06.2018

Торжество и традиции: чтить память и смотреть в будущее

МИД России организовало торжественный приём для глав дипломатических, консульских и других иностранных представительств....
14.06.2018

Светлая память!

Режиссер Станислав Говорухин скончался на 83-м году жизни
09.06.2018

«Филатов Фест»

7 июня в театре «Содружество актеров Таганки» состоялся финал Всероссийского фестиваля молодой поэзии им. Леонида Филатова
07.06.2018

6 июня на Пушкинской площади

были названы лауреаты второго сезона ежегодной премии «Лицей» для молодых прозаиков и поэтов.

Все новости

Книга недели
Зоя Богуславская. Предсказание

Зоя Богуславская. Предсказание

М.: Центрполиграф, 2018. – 623 с. – 2000 экз.

В следующих номерах
Колумнисты ЛГ
Воеводина Татьяна

Госзадача № 1

Наши дни – время нового переселения народов. Люди движутся туда, где сытнее, без...

Данилин Юрий

Открытия и надежды…

Весенние месяцы стали кульминацией нынешнего филармонического сезона.