Что же все-таки конкретно имел в виду Владислав Сурков в статье «Долгое государство Путина»?

 

Сама статья Суркова уже много раз пересказана, проанализирована и вывернута наизнанку; автору приписывают даже то, чего он не говорил. Но интересный момент получился с «глубинным народом». На наших глазах родился новый мем, который, похоже, надолго закрепится в языке. Только вот понимание «глубинного народа» у всех разное. Тут каждый предлагает свою версию.

  

По мнению писателя Александра ПРОХАНОВА, под «глубинным народом» Сурков подразумевал обычное большинство:

 

«Игорь Ростиславович Шафаревич ввел понятие «малый народ» – противоположность «большому народу». Он говорил, что «большой народ» очень часто оказывается под оккупацией, воздействием меньшинства. И когда Сурков рассуждает о «глубинном», то есть «большом народе», он противопоставляет его элите, которая является периферийным народом, во многом паразитирующем на большом, глубинном народе, внушающем ему свои представления и ценности».


Публицист и общественный деятель Егор ХОЛМОГОРОВ полагает, что сурковский термин крайне неудачен и расплывчат:

 

«Однако, провозгласив эту декларацию сильного народного государства, чиновник-идеолог говорит, что в основе этого государства лежит «глубинный народ».

И вот эта часть сурковских утверждений, пожалуй, наиболее уязвима. Если в популистской системе все понятно – вот есть народ, вот его воля, надо сделать то, что люди говорят или хотят, – то доктрина «глубинного народа» превращает реальную волю народа в черный ящик, который никак не определим, не верифицируем. «Глубинный народ», подобно надышавшейся серными испарениями дельфийской пифии, выкрикивает бессвязные формулы, а несколько жрецов по своей воле превращают это в политически четкие «оракулы».

Вот, к примеру, конкретный тест. Реальный народ хотел и хочет воссоединения Русских Земель, реализации мечты о возвращении Новороссии, прекращения страданий жителей Донбасса и возвращения их домой, на Родину, в Россию. Это национальная задача, которая превышает даже конкретное самосознание конкретного человека, это воля нации, выявленная столетиями русской истории. С точки зрения популизма ситуация ясна. С точки зрения демократии решение о воссоединении Донбасса прошло бы на ура на любом референдуме. И только с точки зрения доктрины «глубинного народа» мы обнаружим сотню политологов, которые в яростной полемике с платными украинскими попками в эфире телеканалов докажут всем, что подлинная воля народа в том, что Донбасс – это Украина, а Минские соглашения незыблемы.

Иными словами, сурковская доктрина «глубинного народа» оставляет слишком много на произвол даже не национального лидера, а бюрократии, вплоть до экс-чиновницы Глацких. Что мешало бы ей выучить новый птичий язык и заявить: «Глубинный народ не просил вас рожать».

   

Блогер Александр РУСИН полон скептицизма:

 

«Кажется, я понял, что такое глубинный народ.

Глубинный народ – это народ, живущий на большой глубине российской экономики, на которую практически не проникают пенсии и социальные пособия, работа и зарплата, а также многое другое.

Глубинный народ живет на селе сбором валежника, ягод и грибов, а в городах – сбором просроченных продуктов, которые выбрасывают супермаркеты…

Численность глубинного народа растет стараниями российского правительства, которое из года в год принимает новые законы, отправляющие на глубину очередной миллион человек».

 

 

Писатель Дмитрий БЫКОВ утверждает, что обсуждать особо нечего:

 

«Естественно, очень много вопросов об одной статье одного автора, которую, в общем-то, и не хотелось бы упоминать. Статья (сурковская, разумеется) не содержит ничего сверхнового, но она дает забавный повод порассуждать о некоторых штампах, которые уж очень глубоко укоренены и, по-моему, совершенно бессмысленны. Я не собираюсь вслед за многими повторять, что это статья «фашистская». Нет, это, скорее, такая глубоко славянофильская, страшно архаическая, безусловно, повторяющая какие-то зады статья. Его представление о «глубинном народе»… Понимаете, не то плохо, что этот термин якобы отсылает к доктрине «одна нация – один вождь», нет. Плохо то, что это термин, не имеющий никакого наполнения, как и вообще любые разговоры о народе. Вот я бы, честно говоря, этот термин (законодательно я бы ничего не запрещал, потому что это уже цензура), но этот термин я признал бы глубоко антинаучным. То есть после него также надо прекращать разговор, как после слов «англосаксы» или «русофобия», или «Хартленд». Потому что перед нами совершенно отчетливо абсолютно ничего не содержащая абстракция, которую каждый трактует по-своему, но это слово действительно ничего не значит. «Народ» – это понятие можно лишь в стихах употреблять, иногда, да и то в плохих, мне кажется, с известной долей осмысленности.

Что понимается под словом «народ»? Эта абстракция настолько бессодержательна, и в данном случае под «глубинным народом» понимаются худшие качества народа. То есть его инертность, полное отсутствие у него реакции на внешние раздражители, темнота, – вообще, все то, что присуще глубоководным средам, глубоководным существам. Каждый наполняет слово «народ» личным, глубоко произвольным, антинаучным содержанием. Когда мы говорим о «глубинном народе», мы просто пытаемся такой барский взгляд на него, взгляд, конечно, очень высокомерный, выдать за некую, сколько-нибудь обсуждаемую субстанцию. Но в том-то и дело, что тут действительно не о чем говорить».

   

Политик Николай ТРАВКИН высказался довольно иронично:

 

«…никто и не оспаривает нашу правоту. В Англии – Брекзит, во Франции арабы в желтых жилетах крушат все подряд, Америка до Трампа из-за своего популизма докатилась. А не стеснялись бы Держиморду вовремя включить – и жили бы сейчас спокойно.

Но не могут! И не только потому, что у них нет Путина! Путину же на кого-то опереться надо. У них нет такого народа, как у нас в России. У них народ обычный, изнеженный социальными гарантиями, избалованный всякими правами личности. А у нас на Руси, мало того, что народ ко всяческим изуверствам над собой привычный, но посреди него и ещё один народ есть – «глубинный народ»! И вот с этим «глубинным народом» у Путина прямая духовная связь.

В общем, предупреждает Сурков, мы еще только в начале пути и набора мощности. А путь впереди не менее чем вековой. И наше мировое лидерство на этот век нам гарантировано союзом «глубинного государства» в образе Держиморды и непобедимого отряда из особо дремучих россиян – «глубинного народа».

И если отдельным интеллигентам внутри России или, тем паче, западным государствам «кажется, что выбор у них есть», то они просто плохо знают нашего Держиморду и наш «глубинный народ». Все еще впереди!

Вот, собственно, и все, о чем хотел сказать вам г-н Сурков.

Правда, упустил он один момент. На Руси иногда случается так, что у «глубинного народа» вдруг открываются глаза и он видит, как Держиморда под обещания устроить всем счастливую жизнь, открыто грабит его и давно уже устроил эту счастливую жизнь для тех, кто олицетворяет государство-Держиморду и пристроился возле него. И тогда российский «глубинный народ» берет в руки вилы с дрекольем и начинает крушить «глубинное государство»...

Но это уже другая история…»

    

В общем, так никто и не объяснил нам, что же такое «глубинный народ» и с чем его едят. Но, как говорили древние, существует то, что названо. А значит, недалек тот день, когда мы все-таки узнаем основные признаки, по которым этот загадочный народ можно отличить от прочей массы. Может быть, узнаем это из следующей статьи Суркова.