Изумляюсь сейчас, как на протяжении моей жизни менялось в общественном мнении отношение к армии и воинской службе.
В моём детстве было восхищённое уважение. Мы гордились, что наш учитель истории расписался на Рейхстаге в мае 1945-го, играли в «Зарницу», поздравляли солдат соседней части, по сто раз смотрели фильм «Офицеры». Тогда шла война во Вьетнаме, о ней много говорили, и война ощущалась как что-то далёкое, но всё же возможное. Мы, дети, были уверены, что, если империалисты сунутся, Советская армия им быстро накостыляет. А потому парням, конечно же, надо служить в армии, а всем вместе сдавать нормы ГТО, изучать гражданскую оборону. Шёл конец 60-х…
Не так уж много времени прошло, и всё изменилось. Не резко, но радикально и, тогда казалось, – необратимо. Началось с середины 70-х, с разрядки напряжённости. Отношение к армии стало меняться. Мобилизация, бдительность, дисциплина – то, что составляет воинский дух, становилось немодным. Ощущалось устарелым, бездарным…
Это был мировой тренд – выход армии из моды. И у нас он проявился. Вошли в моду хиппи с их духом расслабона и пацифизма. Словцо «хиппово» стало универсальной похвалой, как сегодня «круто». Военная профессия сделалась совершенно не «хипповой». Девушки перестали увлекаться парнями-военными, во всяком случае в московской тусовке.
Когда в 1979-м СССР ввёл войска в Афганистан, эта война большинством общества была отвергнута. Наша страна отстаивает свои государственные интересы? Солдаты выполняют интернациональный долг? Какие ещё интересы? Нет ничего важнее удобств маленького человека! Какой долг? Я никому ничего не должен. А потому – штык в землю, мечи на орала!
Так мыслило (вернее, чувствовало) большинство, а вовсе не один Михаил Горбачёв, вскоре сдавший все позиции страны. Уверена: сдача наших государственных интересов геополитическим противникам не прошла бы столь легко и беспрепятственно, не будь этого духа пацифизма и расслабона.
Отмазка молодёжи от армии вошла в быт, как и само это слово. Когда у меня родился сын, соседка деловито осведомилась: «А ты его уже отмазала от армии?» Оказалось, «передовые» мамаши начинали это дело уже в роддоме…
И вот – чудо чудное! – всё снова дивно переменилось. Армия стала престижна и желанна. В ней хотят служить даже девчонки. На военную кафедру – не пробьёшься. В кадетские школы и классы – конкурс.
На научном семинаре в МГУ слышала недавно доклад учёного-социолога, изучавшего тему мотивации к труду. Он установил, что особо мотивирующим фактором для работников является то, что они… трудятся для армии. В не слишком давнем прошлом услышать о чём-то подобном было невозможно.
«А как не любить армию, когда теперь строят дома для военных и исправно платят приличные оклады!» – хмыкнет убеждённый материалист. Да, это имеет значение. Но не решающее. Вполне вероятно, что дома и зарплаты – это проявление нового духа.
Народы мира напряглись в ожидании грозных событий. А ведь всего немногим более десятка лет назад все почти верили, что врагов у нас в мире нет и все желают нам добра и развития. Сегодня даже либералы вспоминают и цитируют высказывание Александра III, что у России-де только и друзей, что армия и флот. Такой вот произошёл исторический фазовый переход.
Думаю, это начало духовного выздоровления народа, его возвращения на начертанный судьбой путь – путь собирания силы и защиты Отечества.
Место работы/Должность: предприниматель и публицист
Воеводина Татьяна Владимировна родилась в г. Коломне Московской области. Окончила Московский институт иностранных языков по специальности «переводчик» и Московскую государственную юридическую академию со спе... Подробнее об авторе