САЙТ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

Цена признания

23.06.2019
Цена признания В дни празднования 130-летнего юбилея Анны АХМАТОВОЙ о жизни и творчестве поэтессы размышляет Валентина КОРОСТЕЛЕВА.

Что в имени тебе моем?

18.06.2019
Что в имени тебе моем? В латвийском городе Лиепая переименовали школу имени А.С.Пушкина. Кому помешал великий русский поэт в год своего 220-летия? Писатели и публицисты обсуждают прибалтийский казус.

«...И справедливость не для всех»

12.06.2019
«...И справедливость не для всех» Освобождение Ивана Голунова не решает системную проблему с правосудием, считает правозащитница Наталья ХОЛМОГОРОВА.

«Проверено. Бог есть...»

21.06.2019
«Проверено. Бог есть...» Имя Михаила СВИЩЕВА давно известно любителям поэзии. Предлагаем читателям «ЛГ» новые стихи Михаила.

«И ждал, когда придет апрель…»

16.06.2019
«И ждал, когда придет апрель…» У Артема КОМАРОВА пока нет громкого имени, а вот хорошие стихи в активе имеются. И это значит, что у него все впереди.

Не стареют душой пародисты

10.06.2019
Не стареют душой пародисты Евгению МИНИНУ – 70, но он по-прежнему активен, язвителен и плодовит.

Мастер-класс главреда "Литгазеты" Максима Замшева на Пушкинфесте

Смотреть все...

Пушкин и Крым

24.06.2019
Пушкин и Крым О том, как прошел I Международный литфестиваль имени Пушкина в Крыму, рассказывает Николай БАЛИЦКИЙ.

«Петербургские мосты» – это здорово!

20.06.2019
«Петербургские мосты» – это здорово! О том, как проходил международный литературный фестиваль, рассказывает Данила ЮВАЧЕВСКИЙ.

Общая химия частной жизни

19.06.2019
Общая химия частной жизни О фантасмагорической книге Юрия ЛАВУТ-ХУТОРЯНСКОГО «Клязьма и Укатанагон».
  1. Где вы будете отдыхать этим летом?

Купились на Укупника

25.06.2019
Купились на Укупника Александр МАТУСЕВИЧ о сомнительном мюзикле «Ромео vs Джульетта ХХ лет спустя».

«Грузины сами облажались…»

22.06.2019
«Грузины сами облажались…» Популярный бард Юрий ЛОЗА заявил, что в Грузию он больше – ни ногой.

Молдавия – рассветы без олигарха

17.06.2019
Молдавия – рассветы без олигарха Противоречия есть, но правящая коалиция готова идти по пути прагматизма, считает Михаил ЛУПАШКО.

Здравствуй, школа дорогая

Здравствуй, школа дорогая

Вот и осень начинает скручивать листья –  торопится сентябрь. Время начала учебного года для тысяч школьников, студентов и их наставников. Каким он будет в непростых условиях реформирования средней и высшей школы, как ребенку и педагогу одолеть эти инновационные процессы? Куда движется современная школа, а вместе с ней и мы все? Эти вопросы, возникающие не только лишь в моем сознании, стали костяком нашей беседы с главным редактором «Учительской газеты» Петром Григорьевичем ПОЛОЖЕВЦЕМ, приехавшим в Липецк для участия в областном форуме «Образование на пути к будущему: новый ученик – новый учитель».

 

– Петр Григорьевич, содержание вашего выступления на форуме резюмируется словами «наши дети – какие они?». В связи с этим нельзя не спросить: дети – это особые люди? Ведь нет же у нас таких тем, к примеру,  «как общаться с семьдесяти-восемьдесяти летними людьми», хотя старики отличаются от взрослого человека очень сильно. Зато существует отдельная наука «педагогика» о детском воспитании.

 

– Да, дети другие, нежели взрослые. Но с детьми нужно говорить по-взрослому: как только мы начинаем общаться с ними, как с маленькими, – упрощая, сюсюкая,– то мы автоматически оказываемся в точке невозврата по отношению к тем базовым категориям, понятиям, которые в общей системе ценностей и развития общества потом невозможно будет восстановить никогда и ничем. Это первая история. Вторая – дети другие в том плане, что они во многом опережают взрослых, даже поколение тридцатилетних, не говоря уже о более старших. И дети нынешние отличаются от тех, которые были десять или пятнадцать лет назад. Скажу банальную вещь: они гораздо восприимчивее к информационным технологиям; намного быстрее, чем взрослые осваивают разные гаджеты. Они перестают читать – и это тоже проблема – потому что воспринимают не только школьную программу, но и мир в целом преимущественно визуально.

 

Детское сообщество и внутри себя дифференцировано. Например, в одном среднестатистическом классе из 25 человек можно выделить как минимум 5 групп детей. Одна из них воспринимает материал замедленно и не успевает за школьной программой. Другая, напротив, опережает школьный курс, и им не интересно, что говорит учитель на уроке. Есть золотая середина, которая вполне справляется с программой и следует ей. Здесь можно представить кривую Гаусса, похожую на шляпу: 10-15 % слева и 10-15 % справа (отстающие и одаренные) и середина. Есть еще две группы детей: у одних математический склад ума, у других – гуманитарный. И как учителю справится с этими группами, если он хочет, чтобы развивался каждый ребенок? Когда мы говорим об индивидуальных образовательных траекториях, подразумевается, что хотя бы для каждой из групп они были выстроены, не говоря уже о каждом из 25 детей. И учителю нужно в рамках 45 минут работать с каждой группой. Это уже задача колоссальная. К тому же школа сейчас сильно социально разграничена, и это тоже свидетельствует, что дети разные. Учителю нужно знать, как не нанести моральный ущерб ребенку из бедной семьи, как поддержать его.

 

– Понятно, что современный учитель работает в режиме многозадачности, плюс еще постоянный капитальный ремонт образовательной системы, во время которого педагог умудряется что-то делать, а часто и делать неплохо. Но на ваш взгляд, правильно ли видеть главную задачу учителя и современной школы в том, чтобы увлечь ребенка, а то и развлечь?

 

– Я думаю, что главная задача учителя – помочь ребенку учиться, чтобы он не с отторжением шел в школу, а с интересом. Учитель должен создать мотивацию. И здесь у каждого своя методика, свои технологии. Мне нравится, как об этом в шутку сказал знаменитый московский директор школы Евгений Ямбург: «Единственное, что мне остается, это войти в класс голым, чтобы привлечь внимание моих детей». Сейчас учитель не владеет монополией на информацию, как это было 20 лет назад, когда педагоги приносили в класс новое, и оно было из первых уст, что называется. Это интересовало ребят. Сегодня из того, что учитель говорит в школе, часто дети уже знают. Я думаю, самым эффективным методом является проектно-исследовательская работа.

 

А не впадаем ли мы с этой проектной деятельностью в очередной формализм? Ведь какие только бессмысленные задания в школе не называют сейчас емким словом «проект».

 

– Я имею в виду совместную проектную работу учителя и ученика, когда исследуется конкретная и нешуточная проблема. Это делается во многих школьных курсах, но наиболее успешной мне кажется проект «Гражданин» в рамках обществознания. В 67 российских регионах он действует и в 90% случаев имеет реальную пользу. Дети берут конкретную проблемы для школы, двора, улицы, села, делятся на группы, исследуют ее, спрашивают взрослых об отношении к этой проблеме. Потом совместно с учителем и родителями предлагают пути разрешения ситуации. Так, на Камчатке школьникам удалось вернуть к жизни заброшенную речку, над которой сначала «поработали» браконьеры, а потом она превратилась в вонючую лужу. Ребята работали с увлечением после уроков, в результате очистили берега, рыба вернулась, восстановилось нерестилище. А на Сахалине дети добились переноса автобусной остановки, в Воронежской области благодаря усилиям школьников был сделан мост через небольшую речку, чтобы не обходить кругом шесть километров, прежде чем попасть в школу. Детям интересно, когда они видят реальный результат. Тогда они начинают понимать, что жизнь такая: если в ней будешь участвовать, то что-то поменяется, если будешь наблюдателем, то не всегда поменяется.

 

Мне нравится мексиканский подход, который стали сейчас адаптировать к своей системе финны. Они берут какое-то явление и начинают его исследовать со всех сторон. У нас была в газете тоже такая попытка лет пять назад. Например, мы брали понятие «вода». И в 10 классе смотрели на воду со стороны химии, физики, литературы, МХК, физкультуры. Были разработаны уроки по каждому предмету. И ученики видели, что это не какое-то отдельное знание. Ведь проблема нашей школы была и остается в том, что каждый предмет изучается бессвязно с другими. В Мексике я стал свидетелем проектной работы. Двухмесячный семестр в 7 классе был посвящен истории. Вначале дети собирали агаву и на уроке технологии делали из нее бумагу. Затем они отправились в горы с учителем биологии, где собирали насекомых, личинок, разные камешки, из которых вместе с педагогом сделали естественную краску. Потом с учителем истории изучали мексиканскую революцию, и каждый ребенок выбирал для себя какой-то ее эпизод. После с учителем изобразительного искусства дети рисовали эти эпизоды, используя бумагу и краски, сделанные на уроке технологии. Все это вылилось в выставку, которая прошла в мэрии Мехико и которую посетили десятки тысяч людей. Следующий семестр был связан с математикой. То есть интегрированная идея одна, а способов изучения может быть множество.

 

– Может быть, проблема нашей школы и в том, что у нас забывается педагогическое наследие? В 20-е годы прошлого века в нашей стране действовала система комплексного изучения предметов.

 

– Совершенно верно, утрачен подход.  И лучшие образовательные системы мира на сегодня – в Финляндии и Сингапуре – используют то, что было в советской педагогике в 20-30-е годы прошлого века, просто перекладывают на современную основу. Наши богатые педагогические традиции изучают, кстати, во многих педколледжах Канады, Австралии, Европы. А мы как-то относимся беспечно: что было – то было.

 

–  Петр Григорьевич, мы говорим сейчас с вами о знаниях, которые должна давать школа. Но стоит ли перед современной школой задача научить человека быть добрым, сострадательным, способным любить?

 

– Это должна делать семья. Если в школе будут учить добру, порядочности а в семье ребенок слышит совершенно другое, то никакая школа никакими мероприятиями не научит быть добрым, нравственным, милосердным. Ребенок в таком случае будет жить в двух параллельных реальностях, и у него начнутся проблемы с психикой. Это еще одна проблема, которая связана с тем, сколько времени родители посвящают детям. Несколько лет назад проводился соцопрос о том, который показал, что современный мужчина посвящает своему ребенку в среднем 7 минут в сутки. За этот срок можно спросить: привет, как дела? Ел? Что в школе? Ну, иди спать.

 

Мне кажется, что нужно законодательно закрепить ответственность любой семьи и полной и неполной за воспитание ребенка и в какой-то мере за его образование. Растет новое поколение родителей, которых нужно учить, чтобы они понимали своих детей, чтобы не воспринимали школу как камеру хранения: в 1 классе сдал ребенка, а в 11-ом получил его, знающего математику на 100 баллов, занимающегося спортом, воспитанного и играющего на скрипочке. Дети должны общаться со своими родителями, а родители не быть врагами собственным детям, отнекиваясь от их вопросов привычным «да отстань» и сующими им в руки с двухлетнего возраста айпад, чтобы заняться беспрепятственно своими делами. Когда ребенок перестает задавать вопросы, исчезает мотивация к открытию новых знаний. Это еще одна проблема. Я думаю, что учить родителей понимать детей могут частные организации типа вечерних институтов. Я сейчас говорю не фантастические вещи: в Московском городском институте есть такие курсы, где учат родителей.

 

– Не секрет, что учитель сейчас загружен тонной бумажной отчетности, и ему тоже недосуг в полную меру заняться тем, к чему он профессионально призван.

 

– Наш теперь уже министр просвещения Ольга Васильева как-то сказала, что у учителя должно быть всего три вида отчетности: поурочные планы, дневник ученика и классный журнал. Я абсолютно согласен с этим. Более того, считаю, что учителя в школе вовсе не надо контролировать. У него есть стандарты, в которых прописаны требования к результатам учеников на выходе из класса или по окончанию школы. Каким образом учитель все будет осуществлять – это его профессиональная задача. Совершенно не важно, какие учебники он будет использовать, поэтому я против федерального перечня учебников. Издательства должны конкурировать за школы, издавая качественные учебники и обеспечивая их соответствие Федеральному Стандарту. Техники, методики, организация учебного процесса – это ответственность учителя, а за результат обучения – учителя спросить. Чем хороши те системы, которые считаются лучшими в мире? Тем, что там нет контроля учителя, а есть контроль результата. Нет, речь не о ЕГЭ. А, скажем, если в начале года ребенок писал диктант с двадцатью ошибками – это двойка, а в конце – с десятью ошибками, что тоже двойка. Но учитель справился с задачей, так как динамика роста очевидна. А на следующий год ученик этот из двоечника станет троечником. И это и есть прогресс, потому что что гораздо труднее вылезти из двойки на тройку, чем из хорошиста стать отличником.

 

– Что бы вы сделали, если бы были министром просвещения?

 

– Первое, чем бы я занялся – это нагрузка учителя. Мы говорим о том, что повысилась зарплата учителя. Это правда. Но мы забываем, что ее рост случился потому, что учитель вместо 18 часов взял 28, а то и 36 часов. И, как сказал недавно представитель общенародного фронта, у некоторых учителей нагрузка доходит до 40 часов.

 

–Оказывается, в школе можно и жить…

 

– Они «живут» в школе. Я бы определил, за что конкретно мы платим учителю. Реализовал тот принцип, который существует в других странах. Суть его в том, что зарплата складывается из реально проведенных уроков и внеклассной работы, куда входят и мероприятия, и проверка тетрадей, и подготовка к занятиям, и время для саморазвития, профессионального роста. То есть учитель все равно будет работать в общей сложности 36 часов, но их них урочных всего 18.

 

А второе мое действие тоже касается зарплаты учителя, и я бы посмотрел на нее вот с какой стороны. Учитель что в Липецке, что в Москве, что на Ямале выполняет одну и ту же работу, но разница в зарплатах в столице и регионах четырехкратная. Я понимаю, что это зависит от экономической ситуации на местах, от налогов, но я бы сделал от имени государства один уровень для всех, независимо, где ты живешь. Но этот единый уровень должен покрывать необходимый жизненный минимум. А дальше если у регионов есть возможность доплачивать, то пусть будет. Но ниже этого уровня платить нельзя. Вот те две вещи, которые я бы сделал, если бы был министром просвещения.

 



Новости
27.06.2019

Джордж Мартин расхвалил «Чернобыль»

Автор цикла романов «Песнь льда и пламени», по которым снималась «Игра престолов», не скрывает своего восхищения сериалом «Чернобыль».
27.06.2019

Клейман-Ахматова-Эйзенштейн

Наум Клейман представит в Музее Ахматовой новую редакцию воспоминаний Сергея Эйзенштейна.
26.06.2019

Зюганову – 75

26 июня лидер КПРФ празднует юбилей.
26.06.2019

В Твери вспоминают Андрея Дементьева

Дом поэзии Андрея Дементьева пригласил всех почитателей его творчества на день открытых дверей.
26.06.2019

«Переводчики с мертвого языка»

В новом документальном фильме о современной поэзии утверждается, что все вокруг – стихи.

Все новости

Книга недели
Муха имени Штиглица

Муха имени Штиглица

В сборник прозы Арины Обух вошли повесть и короткие рассказы
Колумнисты ЛГ
Крашенинникова Вероника

Кто он, Ассанж?

На днях было 7 лет, как основатель «Викиликс» Джулиан Ассанж пришёл в посольство...

Болдырев Юрий

Мошенники на службе

Наши законы и правоприменение – не со случайными ошибками, но с намеренно залож...

Воеводина Татьяна

Бабушкин листок

У моей бабушки – учительницы начальных классов в доме висел листок в клеточку, п...

Крашенинникова Вероника

Ловушка от «друзей»

Как и ожидалось, европейские крайне правые партии заметно усилили своё присутствие...

Попов Валерий

Торг здесь неуместен

Знаменитая будка Ахматовой уплывает на аукцион, вместе с такими же домиками, окр...