60 лет назад в Ленинграде на Площади искусств открыт памятник А.С. Пушкину

20 июня Вторник

85 лет назад родился Роберт Рождественский, поэт, переводчик

21 июня Среда

День кинолога

22 июня Четверг

День памяти и скорби — день начала Великой Отечественной войны (1941 год). Мы скорбим по всем, кто погиб, защищая Отечество.

23 июня Пятница

55 лет назад родился Александр Любимов, российский тележурналист и телеведущий

24 июня Суббота

105 лет назад родился Сергей Филиппов, российский актер театра и кино, народный артист РСФСР

110 лет назад родился Арсений Тарковский, российский поэт, переводчик, прозаик

Сегодня 22 июня 2017 года: День памяти и скорби — день начала Великой Отечественной войны (1941 год). Мы скорбим по всем, кто погиб, защищая Отечество.

Философия в провинции

«Лёд тронулся»

Гремит плавучих льдин резня
И поножовщина обломков.

Любое весеннее подмораживание кончается рано или поздно настоящей оттепелью. Вот и холодная весна 2017 года в Донецке подтверждает, что «даже пень в апрельский день берёзкой снова стать мечтает». Под неубывный грохот канонады инстанции ведомственного уровня региона приняли решение о полном восстановлении лицензионных материалов по профильному направлению «философия» в нашем вузе. Похоже, не все коллеги до конца осознали, что это может значить. Мечи и стрелы мелькают и сталкиваются, высекая искры, над нашими головами – противники едва наметившейся новой тенденции не жалеют мелочных придирок, чтобы пресечь любые сомнения относительно правильности принятого ими ранее решения. Но авгиевы конюшни той формации науки, которая строилась на схоластике старого курса и грозила снова ограничить нашу свободу, ждут молодых наследников критически мысливших ветеранов, способных, вслед герою античной мифологии, совладать с этой непростой задачей радикальным способом.

Образ загаженных конюшен здесь как нельзя уместен. Учёные подсчитали, что если бы конная тяга осталась главным средством наземного транспорта, Париж к концу позапрошлого столетия утонул бы в навозе. То же самое можно сказать об общественной науке. Победи в ней точка зрения автора «Капитала», и Лубянка, в обоих семантических значениях – и как место стоянки московских извозчиков до революции, и в гораздо более известном и менее романтичном иносказательном смысле этого слова – стала бы символом культурной формации для всего мира. Переход к автомобильным перевозкам в данном контексте не существен, технологии могут опережать изменения в надстройке. Так что «ГАЗ-АА» или «ЗИС-5», в просторечии «полуторка», оборудованная под «хлебную лавку», в любом исполнении диахронно сосуществовала бы с первичной социальной формацией, по признакам которой идентифицируются все общества политарного типа. Сам Маркс рассыпался в комплиментах, когда писал, помнится, для «Гардиан», что США современны, буржуазны с момента их появления. И это притом, что там возродилось и существовало рабство, ничуть не менее суровое, чем крепостное право в России. Вот почему ему пришлось юлить и изворачиваться, отвечая на вопрос о будущем России в письме к Вере Засулич.

Чего не мог заранее предусмотреть Маркс, и во что ему пришлось вникать под влиянием критики со стороны молодых однопартийцев, так это того, что предвидимый и проектируемый им реальный социализм окажется общественным строем, напоминающим все признаки так называемого азиатского способа производства. Парадокс марксовой теории научного коммунизма состоял в том, что разрешение тайны прибавочной стоимости схлестнулось в его учении с объяснением другой тайны – механизма воспроизводства бюрократии. Ожидал ли он, что партийная номенклатура советского типа получит идеологическое оправдание своего привилегированного общественного положения, опираясь на мнимую демистификацию тайны власти-собственности в «Капитале»? А между тем, «русская весна» в Донбассе создала питательную среду для очередного номенклатурного посева в среде учёных и философов, и эта ситуация не может не вызывать нашу озабоченность.

Восстанавливая философскую специализацию в ДонНТУ – если паче чаяния этот проект действительно встаёт в повестку дня  – мы должны готовиться к тому, чтобы дать отпор нашим идейным противникам, пытающимся вернуть нас к научной парадигме, созвучной комплексу идей и принципов первичной научной формации. Такая формация не приемлет плюрализм и тяготеет к авторитаризму и диктатуре не только в политике, но и в организации науки и образования, в сфере которых сотрудник высшей школы не может мыслить себя иначе, нежели представителем номенклатурного слоя, осуществляющим свой сложный труд на благо общества по прописям, оставленным Марксом. Сложность этого труда не выходит, правда, за пределы начётничества и цитатного метода, что, собственно, и составляет мистерию его бюрократического творчества, которое он пытается выдать за последнее слово науки.

Об этом мы уже писали в «жежешке» http://millenarius.livejournal.com/
На днях выйдет также статья на эту тему в одном из российских научных изданий, ссылку на неё добавим постскриптумом.

«В провинции у моря»


Если выпало в империи родиться,  
лучше жить в глухой провинции у моря.

Сшивка научной и поэтической истины, как идея и принцип организации нашего сознания, уходит корнями глубоко в века и может быть проиллюстрирована известными строчками Иосифа Бродского из стихотворения «Письма римскому другу». Воспользуемся ею, чтобы низвести разговор о философии с небес на землю и сделать его понятным для однодумцев и оппонентов. Оставим на время люцифериаду логоцентризма и пойдём путём припоминания интуиций и жизненных впечатлений, через которые проходит каждый философ, в меру высотобоязни пользующийся лествицей Иакова в реализации своего призвания. Параллели между письмами Бродского и Хайдеггера или между славянской темой у Бродского и у Пушкина оставим на потом, чтобы не дразнить гусей.

Начать позволю себе с личного опыта. Дипломированный по кафедре религиоведения философского факультета МГУ и распределённый на работу в Донецкий политехнический институт без малого тридцать лет тому назад, я попал на следующий год, весной 1988-го в школу молодого философа в городе Алушта (Крым). Организатором школы был директор киевского института философии, известный советский и украинский философ Владимир Илларионович Шинкарук. Эта школа представляла собой нечто среднее между круглым столом, научной конференцией и краткосрочной профессиональной стажировкой для философской мелюзги. Она давала возможность участникам выступить в пленарных заседаниях и секциях, не претендуя на публикацию сделанных докладов, а на досуге отдохнуть у моря в промежутке между большими советскими праздниками – кажется, это был интервал между 1 и 9 Мая. В работе школы приняли участие коллеги из московского института философии и других философских столиц страны, включая Киев и Тбилиси.

Это было моё первое близкое знакомство с известными философами нашего тогда ещё единого и дружного отечества – Союза ССР. Многое врезалось в память и производило впечатление, самое яркое из них – выступление московского философа Вадима Межуева. В кулуарах он играл в шахматы с другим столичным гостем Валентином Толстых, слегка смущаясь, парировал его настойчивые предложения определить свою позицию во фронтальном столкновении западников с почвенниками, а в свободное время неспешно прогуливался по набережной Алушты.

На одной из первых пленарных встреч Межуев заговорил о «возвращении в историю». Это было созвучно проблеме исторического выбора страны, поставленной программой перестройки и особенно недавним Февральским пленумом ЦК КПСС, они витали над его замысловатой речью, как амуры и психеи над римскими патрициями в рисунках Фёдора Толстого. Идея его выступления предполагала наличие магистрального пути к планетарной цивилизации и наше возвращение к нему из маргинального состояния, передаваемого метафорой речной заводи. «Омуток» – так это состояние, пусть в несколько ином контексте, определялось в лирической повести на философскую тему, опубликованной в журнале «Москва» ещё в первой половине 70-х и читанной мною в дни службы в армии. Позже у нас в стране заговорят о подобном состоянии, как об историческом тупике, из которого нужно искать выход.

Богатство образного строя мышления – залог универсальности и глубины его философских обобщений. Омут и тупик – не весь ассоциативный набор, уместный в этой теме. Тут сгодился бы и лабиринт, и долголетнее блуждание в пустыне, и стояние на Угре, и «Железный поток» Серафимовича, и переход Суворова через Альпы, и даже переменчивый морской бриз, наводивший Пушкина на размышления об эмиграции, а не только о ножках одесской прелестницы, которой он был приворожён.

Оставим Крым и переместимся на мою родину. Предмет, о котором хочется говорить здесь в первую очередь – это региональная философия Донецка и её судьба. Это тема, которую придётся артикулировать в терминах центра и периферии. Она находится сейчас в состоянии очень близком к состоянию Пушкина, изображённого на совместной картине Айвазовского и Репина. У нас в Донецке существует пока ещё философская специализация, но принято решение о свёртывании этого направления. До нацистского путча донецкая философия могла создавать противовес киевской и львовской школам. С началом гражданской войны она находится под угрозой исчезновения, растворения в ростовской школе, выпускники которой доминируют в штате преподавателей философии, курирующих эту специальность в Донецком национальном техническом университете.

Складывается парадоксальная ситуация, интрига которой состоит в том, что часть высшего руководящего состава донецких вузов – да и не только они, это касается иных элитных групп региона – не испытывает большой заинтересованности в воссоединении Донбасса с Россией. Собственно, на этом главным образом стопорится минский процесс. Разбираться в тонкостях того, кто и как лоббирует подобные конфронтационные интересы, не наше дело, пусть этим занимаются политики и политологи. Нас интересует судьба философии не как факультатива, к которому её хотят свести, а как факультета – добавим для вящей ясности и значимости – нужных вещей.

Кому и зачем это нужно – то есть не убивать, а дать новую жизнь нашей региональной философии? Прежде всего, это могло бы пригодиться как раз тем, кто лоббирует проукраинское политическое будущее региона и при этом заживо её, философию хоронит. Философская специализация в Донецке помогла бы им отцентрировать научную и образовательную политику в проекции на относительную независимость региона в границах украинского федерализма. В более отдалённой перспективе это направление профессиональной подготовки необходимо также и тем социальным и элитным группам региона, которые видят наше будущее в воссоединении с Россией. Именно философия, и ничто иное, способна стать инструментом успешной реализации этого проекта. А каким будет результат их работы, зависит от того, кто в предстоящем духовном противоборстве и борьбе за молодые умы возьмёт верх. И что ещё очень важно, именно философская специализация – это один из наиболее эффективных путей для переформатирования партий гражданской войны с обеих сторон в партии мира.

Резюмируя, отметим, что, согласно Владимиру Ленину, учившему своих молодых коллег диалектике цивилизационного и исторического процесса, в подобном деле, как говорится, кто – кого! И много лучше выступать на ристалище духовного противостояния, чем на поле брани, хотя и то и это в равной мере важно для истории.

PS Рекомендуем наши заметки о донецкой философии в «жежешке».



Новости
21.06.2017

Путь продолжается

21 июня исполнилось 60 лет писателю Сергею Кредову
19.06.2017

Первый Фестиваль Турции в Москве

15.06.2017

Ушел артист-романтик

15 июня скончался Народный артист СССР Алексей Баталов

12.06.2017

Россия – Родина моя

Эмин Бабаев – вместе со своими слушателями в День России

Все новости

Книга недели
Знакомый незнакомец

Знакомый незнакомец

Алексей Баталов. Сундук артиста М. Кучково поле 2016 256 с. 2000 экз.
В следующих номерах

Ты один поддержка и опора

Открываем в редакции «ЛГ», как и обещали («Иностранный как русский», «ЛГ», № 39), Опорный пункт охра­ны русского языка (ОПОРЯ).
Колумнисты ЛГ
Данилин Юрий

Мержанов: возвращение

Музыкантам не изменяет память

Воеводина Татьяна

К станку, ребята!

Образование стало бизнесом. Частные институты – чуть ли не в любой подворотне.