– Откуда ты всё это взял?
– Учительница рассказывала, и в учебнике написано.
Пришлось растолковать, что время в пионерлагерях было вполне счастливым, а речовки – тот же ваш рэп. Вспомнили «Зарницу», вечера у костра… Не уверены, что удалось переубедить сына, но искру сомнения, пожалуй, заронили. А сами при этом призадумались: как же донести до детей достоверную историю?
Шло время, у нашего сына родился уже свой сын, и тут мы поняли, что без помощи старшего поколения нам с этой задачей, пожалуй, не совладать. Обратились к матушке и тёще авторов этой статьи – Галине Григорьевне Сиротенко, прожившей непростую жизнь и интересно рассказывающей в семейном кругу о пережитом. Не без труда удалось уговорить её записывать свои рассказы.
В начале августа семья отмечала её юбилей. Мы решили оформить уже написанное ею (воспоминания ещё далеко не закончены) в виде небольшой книжки как сюрприз к празднику. Собрали сохранившиеся семейные фотографии. На одной из них, сделанной в 1914 году перед отправкой на фронт, – отец Галины Григорьевны, в военной форме с его матерью. Снимку ровно сто лет. К старым фотографиям добавили несколько современных. Сверстали, напечатали на принтере и сброшюровали. Получилась книжка в сорок страниц, вобравшая в себя первые 16 лет жизни мамы. Младенчество в сибирской деревне Толстомысово Красноярского края, отъезд её отца в 1931 году на прииск Незаметный (впоследствии г. Алдан) в связи с угрозой раскулачивания, переезд мамы с дочерьми (всего в семье их было пятеро) через год к мужу, скитания на прииске по чужим углам. Наконец счастье от срубленного небольшого дома, который в конце концов удалось поставить.
На обложку книжки мы поместили фрагмент фотографии 1938 г., когда Галя училась в третьем классе. Мы очень любим это фото, на нём живо проступает её неугомонный и оптимистичный характер.
Вот характерный отрывок из книжки: «По берегам речки Ортасалы были отвалы отработанной породы с мизерным содержанием золота… Старшие ребята 13–14 лет иногда где-то добывали лоток и мыли примитивным способом золото. Мы, младшие, «подвязывались» к ним, кто с чем мог. У меня была эмалированная тарелка. Мы набирали породу (смесь камней, глины, земли и песка) и промывали её в воде, помешивая палочкой… на дне тарелки оставался чёрный шлих (вроде песка). Всё это высушивалось, и потом магнитом (а у нас дома были намагниченные ножницы) мы убирали шлих, и оставались крошечные крупинки золотого песка. Складывали вместе «добычу» двух-трёх человек… и несли её в золотоскупку (тогда ещё скупали золотой песок и самородки у населения). Общая «добыча» весила может быть 0,2–0,3 грамма. Нам выдавали деньги: один или два рубля, и мы, довольные, покупали по мороженому или шли в кино…»
В 1943 году окончена семилетка, и Галя Терентьева отправляется на учёбу в Якутск. Долго ей пришлось уговаривать свою маму, чтобы та отпустила её, 14-летнюю, учиться за 500 км. По голодному военному времени выбор профессии определил желудок (училась она в рыбопромышленном техникуме и никогда о своём выборе не жалела).
Оглядываясь на жизненный путь дорогого нам человека, поражаешься, как в её конкретной судьбе преломилась история нашей страны, полная драматических и трагических событий. Но несмотря на выпавшие на долю семьи испытания, и мама, и её сёстры сумели получить образование, никто не сгинул в водоворотах эпохи.
Задумывалось наше предприятие с мамиными воспоминаниями как чисто семейное дело. Но неожиданно многие наши друзья проявили к книге неподдельный интерес, и мы предложили экземпляр «Семейных хроник» Алданскому историко-краеведческому музею. Директор музея сказала, что, конечно же, воспоминания им будут интересны. Потом спросила, о ком идёт речь. «Сиротенко Галина Григорьевна, в девичестве Терентьева», – ответили мы. На другом конце провода возникла пауза. Затем наша собеседница не без волнения сказала, что в девичестве она – тоже Терентьева! Конечно, это довольно распространённая фамилия, однако Алдан – город небольшой, и не исключено, что благодаря «Хроникам» удастся обрести новые родственные связи.
Светлана НАРОЖНАЯ (СИРОТЕНКО), Владимир НАРОЖНЫЙ, ТРОИЦК
