Кот-хранитель

Анна Долгарева – набирающая популярность персона: автор четырех поэтических книг, блогер, военный журналист. Она путешествует с концертами (в этом году была в Петрозаводске, Пскове, Пушкине, Луганске). Я посетил вечер Анны Петровны в Санкт-Петербурге в библиотеке имени Гоголя. Основная тема ее выступлений – гражданская война на Украине. 

Долгарева три года оповещала о происходящем на фронте, выезжала на передовую. Она говорила на вечере: «Эта трагедия помогла осознать, что мы по-прежнему сплоченная нация, так как помогаем другим русским за рубежом: добровольцами, гуманитарной помощью, приемом беженцев». Читает поэтесса громко, проникновенно.

Захар Прилепин написал следующее: «С точки зрения поэзии, как таковой, у Долгаревой все в порядке, она знает, что такое ритм и рифма, умеет этим пользоваться. А то, что за ее стихами – еще и жизнь стоит, жизнь и судьба, и еще настоящий кошмар – ну так извините».

Долгареву можно назвать представительницей модернизма. Символами полнится стихотворение «Хоронили его, засыпали землей и травой…» про похороны Александра Захарченко. Смерть его дается через эвфемизм «уехал в другие края», ему открылся потусторонний тайный мир:


Он уехал в другие края, на другую войну,

На небесные битвы, в заоблачную страну.

 

Зима выступает олицетворением зла. Метафизический враг действует, как и в реальности, исподтишка. Но проигрывает и прячется:

 

Подступала зима, и ходила она меж людьми,

Затаилась, подкравшись, в раскрошенный минами дом.

 

Убийство Захарченко сплотило жителей республик, придало им решимости. Они требуют справедливости, наказания убийц. Поэтому «и горела рябина немыслимым жарким огнем». 

Глубоким пацифистским смыслом проникнута работа «У Сереги волосы рыжи, скулы худы…». Сергей «пришел воевать за правду в своем дому», а умирая, лежа ничком, разговаривает с Матерью-Землей. Мать говорит с ним по-русски. Витька «воевал за других». На смертном одре разговаривает с Отцом – Солнцем. Отец отвечает ему по-русски. По мысли автора, мудрые и вечные Земля и Солнце не делят нас на народы, они видели наших общих предков и слышали их язык, славяне – единый народ.

В стихотворении «Завернувшись в чехол от дождя…» рассказывается о боевой машине пехоты. Не хочет она воевать, а хочет быть «паровозиком детским, и возить в парке детей по кругу». Но на юге начинаются боевые действия, и «капля масла катится по железке», как будто слеза катится по щеке. Видим прямое отождествление БМП с усталой женщиной. Ее реакция на настоящее и будущее имплицирует ответ: «Она не хочет войны. Скорее бы вернуться к мирной жизни».

Стихотворение Долгаревой «Бог говорит Гагарину…» прямое продолжение стихотворения Маяковского «Послушайте!». В произведении классика герой задает вопрос Богу:

 

Ведь, если звезды зажигают

значит это кому-нибудь нужно?

 

А в современном тексте Бог отвечает:

 

Видишь, я по небу рассыпал красные звезды,

швырнул на небо от Калининграда и до Амура,

исключительно для радости, Юра.

 

Бог дает следующие рекомендации Гагарину:


Никакого секрета у этого, никаких подковерных тайн,

прямо как вернешься – так всем сразу и говори,

что не смерть, а яблонев цвет у человека в дыхании,

что человек – это дух небесный, а не шакалий.

 

В обоих стихотворениях метология выражения «звезды зажигают», исследуя множественность ассоциаций, можно найти такую подходящую, как «появляются люди». Получается, что поэт задается философским вопросом: «Зачем мы появляемся на свет?», а поэтесса находит ответ: «Мы рождены для радости (семантика подсказывает «для познания Бога в нас самих»)». 

Военный конфликт, как форма существования, имеет свои особенности, за ними можно проследить по перекрестным темам в работах разных авторов. Приведу в качестве примера пересечения поэта Друниной и поэта Долгаревой. Вот строчки из Юлии Друниной:

 

…И сказал мне тихо дорогой,

На тебя похожий человек:

– Вот, лежим и мерзнем на снегу,

Будто и не жили в городах…

Я тебя представить не могу

В туфлях на высоких каблуках!..

 

А вот строчки из Долгаревой:

 

Сентябрь начался, с востока идет гроза,

молчат минометы, автоматы притихли даже.

Один комроты, смотря на меня, сказал,

что мечтает увидеть женщину не в камуфляже.

 

Стихотворение «Я так боюсь поссориться с тобой...» – про всепрощающую, всечеловечную, словно материнскую, любовь. Кульминация работы приходится на шестое четверостишие. Поэтесса применяет звуковой символизм – звук «х», способствующий изображению страха, и прием аллитерации для усиления эффекта (повторение звука «н»).

 

Пускай она уходит, эта дрянь,

огромная космическая хтонь.

Уйди, от городов моих отстань,

моих любимых никогда не тронь.

 

В пятом четверостишии используется прием повторения для акцентированного внимания, что все живы наперекор силам зла.

 

Хрущевки и цветочные ларьки,

и станции метро, и магазины,

и это все живое – вопреки.

И мы с тобой живые вопреки.

 

Мое поколение, родившееся в восьмидесятые и девяностые года, поколение Y, называют «потерянным поколением». Моим сверстникам свойственна излишняя рефлексия, в силу повлиявших на наше мировосприятие кризисов и катастроф в рамках страны, пришедшихся на наше детство и юность. Тему переходного состояния общественной не обошла стороной и Долгарева, например, в текстах «Уходили красноармейцы...», «Ищет дурачок глупее себя». 

В первом из перечисленных стихотворений красноармейцы «уходили из наших книг», «а за ними, хлопая нотами, улетали песни военные, оставляли нам песни радости». Автором используется прием метонимии. Из множественности значений выбираем «герои». Получается, что нет в современной литературе ярких персонажей для подражания, и песни патриотические только прошлого века звучат, а новых не слышно. Отсутствует государственная идеология, пропаганды нет. Далее Долгарева переключает свое внимание на современников:

 

Мы остались – солдаты бумажные.

Мы легко и шутливо шагаем в любое пламя –

и, конечно, сгораем…

 

В данном тексте – прямая отсылка к стихотворению Булата Окуджавы «Бумажный солдатик»:

 

А он судьбу свою кляня

Не тихой жизни жаждал.

И все просил: огня, огня.

Забыв, что он бумажный.

В огонь? Ну что ж, иди! Идешь?

И он шагнул однажды,

и там сгорел он ни за грош:

ведь был солдат бумажный.

 

То есть наше поколение бездумно тратит свой талант, свою энергию. Государство не направляет потенциал молодежи в нужное русло.

Иван Ильин когда-то обратил внимание, что в поэте сочетаются русское древнее язычество (миф), русская светская культура (поэзия), русское Православие (молитва). Долгарева считает себя агностиком, в ее творчестве встречаемся как с языческими мотивами, так и с христианскими.

Русская духовность отражена в работе «Кот Василий был рыж и тощ…». Кот помогал батарее зенитных орудий, так как безошибочно определял направление подлета вражеских истребителей. Поэтесса с помощью развернутой метафоры показывает, что Василий является ангелом-хранителем.

 

Но ушел он от нас сквозь снег.

Шел так медленно – как во сне.

И как будто все выше, выше.

Словно в мире неправды нет.

Словно сверху нас кто-то слышит.

Мы смотрели, раззявив рот.

Он исчез, он ушел в полет.

 

Поступок кота Василия воспринят солдатами как проявление Божественной помощи. И в этом нет ничего удивительного. На войне как на войне.


Олег ПЕТУХОВ