Откровенно говоря, не хотел ехать за тридевять земель в подмосковные Мытищи, чтобы увидеть «Фиалку Монмартра». Пусть даже и за обещанным в релизе столиком с чаем, пирожными и шампанским, как бы в кафе на Монмартре, но под синтезатор, а не под оркестр, в исполнении неизвестных мне актёров (в памяти остались Васильев и Шмыга), однако уговоры друзей и любопытство взяли верх. Продумав вариант бегства со спектакля в случае слишком уж крикливой его современности (в Мытищах живёт мой друг, и неподалеку есть замечательная рюмочная), я неохотно поехал. Нерусское название театра и предстоящие пробки на дороге заранее раздражали (как выяснилось, название «ФЭСТ» – то есть Факультет электроники и статической техники – произошло от имени студенческого театра, из которого затем вырос нынешний профессиональный).
По просмотру спектакля за кофейным столиком осталось ощущение полного восторга. Это добрая и при этом ослепительная феерия с превосходным мастерством и добродушной энергией актёров – не говоря о том, что музыка Кальмана и на синтезаторе нисколько не проиграла (она не проиграет ни в каких тембрах), напротив, даже показалась свежей, как бы сегодняшней. Знаменитые живительные мелодии предстали совершенно молодыми, как и весь этот проблиставший коллектив – во многом благодаря очень тщательной режиссёрской разработке и акцентам в игре, полной отдаче и в самом лучшем смысле слова студенческому задору, обаянию. И главное – всё это интеллигентно, художественно, с хорошим вкусом, включая костюмы (художественный руководитель театра Игорь Шаповалов). И просмотр за столиком как бы в кафе на Монмартре помогал радости совпадения со спектаклем.
Захотелось непременно пойти туда ещё – и был выбран спектакль «Космос, нервная система и шмат сала» по рассказам Шукшина, как бы специально к юбилею Василия Макаровича. Два актёра – Павел Конивец и Наталья Ларюнина, «влюблённые друг в друга и в театр», как гласит местное телевидение, представляют серию новелл по пяти рассказам Шукшина и показывают просто чудеса перевоплощения и сценической энергетики. Причём Ларюнина дважды играет мужские роли – Старичка, «тихого, выглаженного», учителя рисования из рассказа «Случай в ресторане» и ученика Юрку, квартиранта Евстигнеича из «Космоса и шмата сала». Блистательная актёрская выделка с каким-то просто акробатическим масштабом перевоплощения, миллиметрово проработанная, с филигранной деталировкой, причём со смысловой ценностью деталей, а не только для «находки», и всё на одном дыхании – и каком! Тема «чудиков» и одиночества передаётся с такой пронзительностью, что в зале плачут, не стесняясь, – и хохочут, не стесняясь, когда смешно. Юмористические находки запоминаются (чего стоят только моменты, когда Конивец в роли шорника Антипа стучит молоточком в новелле по рас¬сказу «Одни»). Это какая-то хрестоматия сценического мастерства, честное слово!
Тому сопутствует и высокоталантливая режиссура Максима Ладо с множеством стоящих находок – все эти вкусно обыгранные оконные рамы, одеяла, рюмки, балалайка, их калейдоскопическое стремительное движение, так созвучное общему потоку образов. Блестящая находка – баян, олицетворяющий собою сына в новелле «Вянет, пропадает»! Лаконичное, но очень выразительное и броское сценическое оформление художника Ирины Титаренко. Всё это вместе не только достойно – это своеобычное обогащение Шукшина, это новое в самом лучшем смысле слова, это свежо по стилистике и при этом очень совестливо по отдаче, расходованию сил. Вот тебе и Подмосковье! 57 спектаклей насчитал в их репертуаре, включая детские – ничего себе! Вот так тут, в Мытищах, на окраине мегаполиса, в помещении ДК «Яуза» искренне, мощно трудятся, творят люди, что называется, за любовь к искусству, доброе-вечное несут.
После Шушкина поехал к ним, простояв в пробке час, на «Старосветских помещиков». Сценический ансамбль в составе Сергея Гришакова (Афанасий Иванович), Наринэ Осиповой (Пульхерия Ивановна), Алины Тетиевской (Явдоха), Филиппа Ефимова (Нечипор) и Елизаветы Пясковской (она блестящей пантомимой ведёт столь тонко найденную роль Кыси) при удивительно изобретательной для столь статичного сюжета режиссуре Ирины Бричёвой оставляют щемяще-трогательное впечатление.
