Самая страшная эпидемия – информационная

О фанатичной преданности Малеева, советника директора по научной работе ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора, профессии врача ходят легенды. Спасая людей, Виктор Васильевич побывал в эпицентрах распространения самых опасных инфекций в странах Африки, Китае, Индии, Афганистане, Сирии, Бангладеш…

Академику РАМН и РАН, лауреату Государственной премии РФ Мале­еву принадлежит открытие закономерностей нарушения системы свёртывания крови при инфекционных заболеваниях и создание клинико-патогенетической классификации обезвоживания при холере и других острых кишечных инфекциях. Он –  автор полиионных инфузионных растворов, составов для оральной дегидратации «Регидрон» и «Цитроглюкосолан».

– Холера, чума, птичий грипп, коровье бешенство, ВИЧ, SARS, СОVID-19… И в XXI веке мы перед вирусами беззащитны? Но начну с «несерьёзного» вопроса. Вы читали в детстве книгу Николая Носова «Витя Малеев в школе и дома»?

– Читал, но уже в 6-м классе. Я родился в 1940 году, повесть Носова вышла в журнале «Новый мир» в 1951-м. Герой книги и я – однофамильцы, тёзки и ровесники. На этом совпадения кончаются. У книжного Витьки Малеева были отец и мать. А я до девяти лет жил в детском доме в Андижане, хотя родился на Украине. Когда началась война (мне было 11 месяцев), меня, маму и сестру эвакуировали в Ташкент. Оттуда нас отправили в Андижан.

Мама не умела ни читать, ни писать. Чтобы нас прокормить, она разгружала вагоны. Надорвалась. Тяжело заболела. Маму положили в больницу, а я так и остался орать на полу в зале общежития, где жили эвакуированные. Кто-то из соседей отнёс меня в детский дом.

В детстве, рассказала мама, я переболел и корью, и коклюшем, и ветрянкой, и малярией, и менингитом, и дизентерией… Мама не хотела забирать меня из детдома, так как боялась, что не прокормит. А отец в 1942-м погиб на фронте. В восемь лет из-за болезней я весил чуть больше 20 килограммов.

Выходит, с детства я борюсь с вредоносными микробами. Видимо, мне на роду было написано стать инфекционистом, хотя в школе я увлекался математикой. Школу окончил с золотой медалью. Врачом быть не планировал, но в тот год в Андижане открылся медицинский институт. Настрадавшись в детстве от болезней, решил – буду лечить людей.

– Вы были во время эпидемий в самых смертоносных точках мира. Не страшно было так рисковать?

– Страхи остались в детстве, когда приходилось бороться за самого себя. И потом… Инфекционные болезни – моя профессия. Моя стихия, если хотите. У нас есть шутка: кому холера, а кому мать родна. Я на эпидемиях холеры много работал. В Кении, в Сомали, в Бангладеш, в Йемене… В Ираке, когда после войны с Кувейтом там началась эпидемия холеры и блокада страны, сидел в бомбоубежище под американскими бомбами вместе с тяжелобольными.

Холере я «обязан» своим открытием уникальных солевых растворов, в том числе для орального применения – «Регидрон». Это была моя докторская диссертация. Больной холерой выглядит страшнее смерти – иссиня-чёрный, сморщенный, как мочёное яблоко, организм обезвожен… А «Регидрон» наряду с предложенными мною внутривенными растворами даёт быстрый положительный результат. Больной на глазах оживает. Больному холерой требуется одновременно возместить ряд электролитов. В полевых условиях эпидемии это сложно – смешивать растворы, менять режим лечения… Полиионные растворы решили эти проблемы.

– Виктор Васильевич, в беседе со мной специалист по бактериальному и химическому оружию Игорь Никулин настаивал на версии, что китайский вирус-убийца 2019-nCoV – дело рук человека.

– Да, темпы распространения коронавируса в Китае внушительные, но умерших пока в пределах двух процентов от подтверждённых инфицированных. Как ни цинично это звучит, но для бактериологического оружия маловато.

Ко мне стекаются данные со всех концов мира. В США, например, с ноября прошлого года от гриппа умерли больше 10 тысяч человек. Десять тысяч смертей от «элементарного» гриппа за три с небольшим месяца. Это тоже диверсия?! От ВИЧ-инфекции с момента установления причины болезни (1987 г.) в мире умерло около 37 млн человек, в России – 355 тысяч.

Сейчас в 37 субъектах Российской Федерации и в девяти центральных городах России превышен эпидемический порог по гриппу и ОРВИ. В Челябинске и в Перми, например, закрыты все детские школьные учреждения, в Омске и Нижнем Новгороде они закрыты частично… И здесь будем искать бактериологическое оружие?

Слухи и панику рождает незнание. Мы же думаем, что инфекцию как таковую давно победили. ХХI век на дворе. Вдруг раз – вспышка, и все на ушах стоят. Я работаю инфекционистом более полувека. Десять лет был главным инфекционистом России. Мой опыт подсказывает, что мы недооцениваем риски. Принято считать, что на первом месте по смертности сердечно-сосудистые заболевания, онкология, диабет… Но к этим заболеваниям зачастую приводит неадекватная оценка инфекционного фактора. А он сопровождает, как правило, каждую болезнь.

У нас в организме 40 триллионов микробных тел. Мы напичканы микробами от головы до пят, мы своих-то микробов до конца не знаем, а уж как мутируют вирусы в окружающей нас среде, не знаем тем более. Изучение микроорганизмов началось всего-то 130 лет назад. 110 лет назад были открыты вирусы. Мы изучили детально всего пять-шесть процентов возбудителей инфекции. Остальные для нас – тайна за семью печатями. Надо в этом признаться.

Природа – великий манипулятор и комбинатор. В результате её рекомбинаций и человек произошёл. К слову, не исключено, что он, человек, и исчезнет с лица земли в результате природных манипуляций. То, что способна сотворить природа, не сделает ни террорист-одиночка, ни группа диверсантов. Природа мстит нам за наше в неё вероломное вторжение.

Сейчас гуляет много конспирологических версий. Идёт нагнетание страха. Я бы назвал эту истерию инфекционно-информационной эпидемией. Напуганному человеку можно внушить что угодно. Мы ведь примеряем на себя, свою семью, родных и близких все политические, социальные страхи.

– И от этого становится ещё страшнее…

– Недавнее наводнение в Иркутске… Тоже ходила версия, что это климатическое оружие, которое применила Америка. В землетрясении в Турции тоже пытались найти американский след. Мол, турки покупают у нас зенитную ракетную систему С-400, а американцы в отместку «организовали» туркам землетрясение.

В 2014 году со специальной миссией я летал в Западную Африку, в Гвинею, где была самая страшная за всю историю вспышка лихорадки Эбола. Вспышка началась в Гвинее и перекинулась в Сьерра-Леоне, Либерию, Нигерию, Сенегал… На моих глазах гибли тысячи людей. Тогда тоже много писали, что американцы и французы хотят резко сократить население Африки и окончательно подорвать её экономику, чтобы властвовать безраздельно, вот и применили бактериологическое оружие. На самом деле вирус Эбола передаётся людям от диких животных и распространяется от человека человеку. В 2015 году в Бразилии была вспышка лихорадки Зика, которая переносится комарами и охватила 33 страны.

Свежий пример. В Ульяновском суворовском училище 25 человек заболели эхинококкозом. Это паразитарное заболевание, которое вызывают ленточные черви. Заразиться им можно через пищу и воду, при контакте с животными-носителями. От человека к человеку оно не передаётся. Эти черви поразили лёгкие ребят. Паразитов удаляли хирургическим путём. Обыкновенное русское разгильдяйство снова пытаются прикрыть разговорами о диверсии.

Но хватит о грустном. Хотите, расскажу, чем закончилась история с книгой «Витя Малеев в школе и дома»?

– Ещё бы!

– В год столетия писателя Николая Носова (2008) звонят из издательства и просят написать предисловие к подарочному изданию книги. «Я тут при чём?!» – спрашиваю. «Это прикольно», – отвечают. Отказывался. Мучился. Не моё это дело… Но пришлось написать. На гонорар накупил книг. Сейчас подписываю детям при встречах: «От академика Виктора Малеева».

А вообще-то могли бы обратиться к Горбачёву. У Носова есть рассказ «Мишкина каша». Горбачёв – Миша. И кашу вон какую заварил… 

ЦИФРЫ И ФАКТЫ

На 25 февраля число заразившихся коронавирусом в Китае достигло 77 700 человек. Умерло уже 2663, а вылечилось 27 200.

За пределами материкового Китая выявлено более 2000 случаев заражения в 37 странах. В том числе в Японии – 851 (из них 691 – пассажиры Diamond Princеss),
в Южной Корее – около 800, в Иране – 95, в Сингапуре – 90, Гонконге – 84. В Италии заражены 232 человека (7 умерло), закрыто на карантин 11 коммун.