«Актуальное искусство» за бюджетные деньги

 
ТЕЛЕПОЗИТИВ

После того как Алексей Пушков получил статус депутата, члена думской фракции «Единой России», показалось, его программа «Постскриптум» приобрела бóльшую обтекаемость. Однако в новом телесезоне возникла тема «Пермские хроники», поданная остро и аргументированно, в лучших традициях передачи.
Марат Гельман, увы, не редкий гость на телеэкране и в других СМИ. Как и в случае с Ксенией Собчак, оба эти телефантома изначально и порождены, и взращены именно медийной реальностью. На входе – выросший в провинциальном Кишинёве сын знаменитого отца-драматурга, однажды возмечтавший выйти из его тени, завлаб, инженер, директор центра технического творчества молодёжи… А «на выходе», уже после переезда в Москву в 1990-м, – завсегдатай эфиров, герой публикаций. Причём представляют его уже как публициста, политтехнолога, коллекционера, основателя «Галереи Марата Гельмана», директора музейного центра, центра развития дизайна… и пр., и др. Для выпускника Института связи прямо-таки хлестаковский послужной список! И с тем он на короткой ноге, и с этим (страшно даже перечислять пофамильно), и тридцать пять тысяч одних только скандалов!
Вот и сегодня Гельман в центре внимания, снимает пиар-сливки то с претенциозно-бездарного проекта «Родина», где вместо куполов на макете храмов – клизмы, то с похабного «панк-молебна», то совсем «свежее» актуальное искусство на «Винзаводе». И каждый раз он в экспертах, и каждый раз это самодовольное лицо будто специально нарывается. Новая выставка называется «Духовная брань», в ней экспонаты стилизованы под иконопись, но в изображениях угадываются образы всё тех же «девочек», которые сами именуют себя скабрёзным названием. Впереди новый скандал, планируемая в ноябре выставка Icons, на этот раз в Петербурге, – очередная провокация, очередной способ привлечь к себе внимание…
А СМИ по-прежнему представляют нам Гельмана чуть ли не в качестве самой влиятельной персоны в российском искусстве. Вместо того чтобы провести расследование мошеннических схем, проанализировать методы манипуляции общественным мнением, СМИ делают из Гельмана персону грата, экспертом по вопросам искусства, специалистом по общественно-политическим процессам. Между тем достаточно процитировать этого культуртрегера, чтобы было ясно, что король не просто голый, а никогда ничего, кроме фигового листочка, не нашивал. «У меня 20 лет была галерея, и вначале это просто никого не интересовало. Я тогда понял, что ты либо привлечёшь всех, либо – никого», – откровенничает Марат Гельман в интервью сибирскому сайту sib.fm. А вот как он трактует свою деятельность галериста: «…в музее показывается современное искусство, и какой-либо важный житель города может захотеть у себя дома произведения того же автора и желательно того же размера» – вот такой нехитрый секрет арт-бизнеса!
Но всё это, так сказать, улики косвенные. В программе же Пушкова подвиги Гельмана, наконец, обобщены и вещи названы своими именами. Характеристика дана не через перечисление сомнительных титулов и занимаемых должностей, не через высказывания с умным видом коллег по «актуальному искусству». Гельман, что называется, пойман с поличным: именно на том пленэре, где он развернул свою культполиттехнологию, в процессе непосредственной деятельности. Истинный масштаб явления стал просто очевиден: как пермский трёхметровый монстр Iconeman за 750 тысяч бюджетных рублей из ударопрочного стекла, пустопорожний «арт-объект» с претензией на многозначительность. Но ещё красноречивее о состоянии ума общественного деятеля и «художника» Марата Гельмана говорил в передаче ТВ Центра он сам при открытии этого «монумента» белой горячке: «Город будет насыщаться разными человечками: красными, зелёными, безглавыми, одноглазыми, шестирукими, то есть Пермь должна превратиться в такой центр Вселенной, куда слетаются все возможные формы»…
Есть тяжёлые состояния живого организма, с которыми очень трудно бороться. Речь о поражении гельминтами – образ не новый, конечно, но такой точный, что и другого придумывать не хочется. И сюжеты в программе Пушкова, где откровенно и прямо называют профанацию профанацией, помогают от этой болезни исцелиться. Заслуга Пушкова ещё и в том, что он не побоялся критиковать деятеля, который участвовал в общих проектах с «Единой Россией». А если ТВ способно на такую критику, может, тогда и с нашим телевидением не всё потеряно…

Любовь ГЕРАСИМОВА,
НОВОСИБИРСК