Четверть века назад, 17 марта 1991 года, состоялся референдум о сохранении СССР. Подавляющее большинство зачеркнуло в бюллетене слово «нет» и вздохнуло с облегчением. Главный лозунг перестройки «Больше гласности, больше демократии» не оставлял сомнений – страна выживет. Ведь референдум – это и есть та самая демократия, за которую был готов умереть Черчилль и лучше которой человечество ничего не придумало. Чем отличается демократия от воли народа? Демократия – это процедура, как любят повторять либералы. Нарушение процедуры может огорчить, вывести из себя и даже собрать митинг, но не заденет в русском человеке глубинного чувства справедливости. С волей народа по-другому. Против неё не попрёшь, а если попрёшь, то с серьёзными последствиями. Скажем, «Бессмертный полк» – это воля народа, очередь к поясу Богородицы – тоже. Если смотреть в ретроспективе, явлением того же порядка были похороны Сталина. А вот чем стал референдум за сохранение СССР – вопрос. Судя по тому, что Советский Союз всё-таки решились развалить, референдум являлся процедурой. Однако если вспомнить о кровавых трагедиях на пространстве Союза за последние 25 лет, убеждаешься: результаты всё-таки были волей народа. Если её игнорировать, рано или поздно наступают последствия. Война в Донбассе, присоединение Крыма – отложенная реакция на несправедливость, на пренебрежение выбора 1991 года.
Продолжение темы на стр. 2-3