Бабкин по утрам выгуливает пса. Пёс весит 90 кг, а
Бабкин – 100.
Собака лает, Бабкин курит. Пёс думает, кого бы покусать.
А Бабкин – кого из конкурентов разорить.
Такие разные…
Но оба – без намордника.
Кто-то из рабочих медленно работает…
– Эй! – негромко окликает Бабкин. И бездельник начинает суетиться.
Кто-то из поставщиков подвёл…
– Та-ак! – с угрозой произносит Бабкин. И обещанный товар привозят через час.
Бабкин строгий: много слов не говорит. Да он их немного и знает.
Грустно Бабкину: Россия распадается. Поля не засеваются. Народ спивается.
Надежда – только на детей.
(А за окном играют дети,
с т р а ш н о м а т е р я с ь.)
– Нет, – возражает сам себе Бабкин, – скорей на внуков.
Сыну Бабкина отпраздновали год. Были гости: дамы – в длинных платьях, мужчины – в чёрных фраках.
Именинник тоже был во фраке.
Он сидел на золочёном стульчике, играя золочёной погремушкой.
А после фейерверка описался.
…И фрак сменили на сюртук.
Чтоб не платить налоги, Бабкин все доходы пишет на прабабку – и раз в году в селе Корябки появляется налоговый инспектор.
– С тебя 15 миллионов, – говорит он строго бабке, – срок оплаты к четвергу!
Старуха молча поднимает кочергу…
Час бегает инспектор от прабабки
По тихим улочкам села Корябки.
Бабкин долго не сдавался:
Ни когда враги наслали на него налоговых инспекторов,
Ни когда враги наслали на него бандитов,
Ни когда враги сожгли его ларьки и лучший магазин.
Бабкин стиснул зубы и, казалось, выдержит…
Но тут набросились друзья.
На днях удрал на Запад Бабкин.
Набрал кредитов, перевёл всё тихо за рубеж. Попрощался мысленно с берёзками. И улетел.
Мнения о Бабкине разделились.
Те, кого он обманул, – его считают вором.
Те, кого он не успел надуть, смеются. Говорят: «Мошенник».
Женщины восхищены: «Крутой».
А уборщица, которой он не заплатил за целый месяц, сказала:
– Сукин сын!
И с этим сразу согласились все.
,
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ
