Болезнь любви неизлечима!

РОЖДЕСТВЕНСКАЯ ИСТОРИЯ

Перед Новым годом и Рождеством случается всё. В безнадёжно хмурое декабрьское утро я доказывала коллеге, что чудес на свете не бывает, и потерпела фиаско. И хотя чудо произошло не с нами, неизвестно почему мы тоже почувствовали себя счастливыми.

Они появились в редакции за несколько дней до католического Рождества. Обаятельная, средних лет женщина, немного стеснительно улыбающийся мужчина и ребёнок с огромной роскошной лилией.

– Меня зовут Татьяна, – представилась женщина, – а это мой муж Юрий Владимирович и наш сын – Вова. Вы даже не представляете, что вы сделали для нашей семьи. Доставай, – уже мужу. А потом мне, интригующе: – Сейчас поймёте. Мы из Екатеринбурга.

Пока супруг выуживал что-то из портфеля, я пролистывала в уме подшивку. Получили квартиру после статьи, выиграли суд? Но подобные материалы из Екатеринбурга были давно. Вспомнилось только опубликованное в конце лета письмо о непредставлении льгот. Но неужели бесплатный проезд в троллейбусе может сделать людей такими счастливыми?

– Вот, – Юрий Владимирович протянул пожелтевшую газетную вырезку, и я действительно сразу всё поняла.

– Ужель та самая Татьяна? – не столько спросила, сколько констатировала.

– Та самая. Только не Тараканова, а Таранова, хотя ваша ошибка даже льстит, вы превратили меня в княжну. А мой муж, кстати, настоящий дворянин, дворянство было пожаловано одному из его предков, священнослужителю.

Письмо Татьяны мы опубликовали под рубрикой «Сокровенное» («Профессия: жена. Такая желанная и такая недостижимая», № 38) ещё пять лет назад, в 2006 году. Сразу вспомнила его, потому что оно было на удивление откровенным и искренним, что в наше жёсткое время большая редкость. А фамилию изменили намеренно, боялись, что кто-нибудь из её знакомых прочтёт письмо и как-нибудь её обидит. Увы, над не нашедшей своего суженого женщиной у нас нынче в лучшем случае иронизируют, а чаще откровенно смеются. Хотя что смешного в одиночестве?..

«Самой творческой, самой вдохновенной профессией для меня, – писала Татьяна, – всегда была профессия жены, матери, хранительницы домашнего очага… Мечтаю встретить человека, с которым меня свяжут сильное, непреходящее чувство, глубокая духовная близость и совместная забота о доме и детях… Не идеализирую ли я жизнь многодетной мамы? Отнюдь. Я – реалист и точно знаю, что меня ожидают и бессонные ночи, и физическая усталость, и неизбежные разочарования и неудачи. Но при этом я вижу в многодетности такие преимущества, ради которых готова преодолеть любые трудности…

Но… В мои 35 лет все эти мечты остаются только мечтами… Может, близкого по духу человека искала совсем не там, где нужно? А где нужно? В каком направлении двигаться, чтобы мы всё-таки встретились? Или пора смириться с тем, что счастливая случайная встреча с родной душой – это подарок свыше, который даётся лишь немногим, и, значит, надо довольствоваться синицей в руках, а не выискивать в небе журавля?»

Нашла ли Татьяна «журавля», можно было не спрашивать, он сидел рядом, и они оба, как влюблённые подростки, просто светились от счастья, а меж них сновал шустрый и очень самостоятельный плод их любви.

– Я вас поздравляю, но при чём здесь газета?

– Как?! Вы же переслали мне письмо.

Точно. Среди вороха откликов с иронизированием по поводу поисков мужа и размышлениями о демографии было одно совсем коротенькое письмо из Екатеринбурга с просьбой передать координаты автора Татьяне, в Днепропетровск (кстати, тоже город Екатерины – в прошлом Екатеринослав). Помнится, каемся, тоже поиронизировали – вдовец, с детьми, почти в два раза старше, губа не дура, но письмо переслали. Неужели это он?
Татьяна, подтверждая догадки, выразительно машет головой и взахлёб рассказывает о своём муже. Доктор наук, завкафедрой Уральского лесотехнического университета, автор семи монографий, вырастил десятки учеников, выпустил две сотни печатных работ, спортсмен – мастер спорта по горному туризму, не гнушается никакой работы, сам с сыновьями построил дом в деревне в Кировской области, куда они каждую весну отправляются за тысячу километров сажать картошку.

– Наверное, только в России ездят за сто вёрст киселя хлебать. Ближе огорода нет?

– Ближе тоже есть, но ведь там его родовое гнездо. Мы вот сейчас составляем его родовое древо, и в Псков ездили вместе с сыном, и по Чуйскому тракту прошли. В роду у мужа семь поколений священников, были даже кандидат богословия и архиепископ. Он у меня дворянин, – опять повторяет Татьяна. И так повторяет, что дворянин смущается и, перехватив инициативу, рассказывает свою историю знакомства с Татьяной.

«Литературную газету» он выписывает много лет, читает в два приёма (нашу газету действительно в одночасье не одолеть) – сначала самое для него интересное, затем остальное. Статью с заголовком «Профессия: жена» пропустил – разве это чтиво для серьёзного мужа, но номер почему-то не выбросил. Потом прочёл и опять не выбросил, положил газету на полку. Взял её с собой в командировку и в поезде написал то самое коротенькое письмо. Правда, в почтовый ящик так его и не опустил, да и вообще о нём забыл. А примерно через месяц, когда в секретариате института отправляли на почту курьера, вдруг вспомнил и отдал ему и своё письмо с редакционным адресом.

– Я сразу решила – поеду, познакомлюсь. Если ничего не получится, хотя бы Урал посмотрю. Никогда там не была.

– Вот так, с Украины на Урал, неизвестно к кому? Не боялись?

– Чего бояться? Я из письма поняла – он человек порядочный.

– А что у него есть дети, вас не пугало?

– Дети… У него было семеро детей!

– Сколько? – решила, что ослышалась.

– Теперь, с общим ребёнком – Вовой, восемь. Четыре девочки и четыре мальчика. И четверо внуков. Если у старшего внука родится ребёнок, наш Вовка ещё и в школу не пойдёт, а станет дедушкой.

Будущий малолетний дедушка лопал очень кстати оказавшийся в отделе шоколад и демонстрировал свои сокровища. Оленя и, кажется, коня.

– Кукол не люблю, – определил своё отношение к игрушкам и жизни. – Они некрасивые, как и машинки, а животные очень красивые.

– В папу, наверное, пойдёт, свяжет свою судьбу с лесом.

– А у нас все дети в папу, – подхватывает Татьяна. – Все – замечательные. Двое пока учатся в школе, ещё двое – студенты, один – аспирант, двое старших – взрослые люди, уже давно работают. Я тоже работаю. У мужа в лаборатории. По отношению ко мне он очень строгий начальник – если сказал сделать отчёт к утру, разбейся, но сделай.

– Кто же смотрит за детьми?

– Прелесть большой семьи в том, что все друг другу помогают. Вот сейчас мы уехали, а за младшими Анечка смотрит. Добрая, отзывчивая, внимательная, его дочь, а теперь и моя. На неё во всём можно положиться. Она ведь не только с младшими помогает, но и с бабушкой. Я вам ещё не говорила? Через неделю после моего приезда мы поняли, что должны быть вместе, через месяц поженились, а вскоре я перевезла к нам свою парализованную бабушку.

– Дети не протестовали против вашего брака?

– Старшая, Татьяна младше её на 7 лет, только спросила: «А ещё моложе не мог найти?» Мне ведь было уже под семьдесят, – вступает в разговор Юрий Владимирович.

Значит, прикидываю, сейчас уже за семьдесят. А рядом со своей молодой женой смотрится вполне органично. Молодец. Ребёнка «родил», огромную семью содержит, путешествует. Живёт. Куда до него модным нынче мачо, умеющим лишь бицепсами трясти.

– Мне так повезло, – Татьяна как будто прочла мои мысли. – Все мечты сбылись. Ну разве это не чудо?! Легла душа, как только сошла с поезда, 7 февраля это было.

– Десятого, – поправляет муж.

А я им обоим немного завидую – надо же, единственный раз заспорили и то по такому приятному поводу: когда произошла встреча.

Супруги прощаются, обещают прислать фотографию всей их огромной семьи и в сотый раз меня благодарят. Я чувствую себя дедом морозом и снегурочкой одновременно, и это оказывается очень приятно. Коллеги, правда, возвращают на грешную землю, подтрунивая по поводу превращения журналиста в сваху. Кто-то, шутя, вспоминает давно забытую рубрику советских времён «Газета выступила. Что сделано?». Что ж, мы сделали счастливыми два одиноких сердца. Да нет, не два. А два плюс восемь (дети) плюс одно (бабушка). Одиннадцать сердец! Право есть чем гордиться, и в Новый год мы обязательно поднимем бокалы и за эту, теперь немножко нашу семью.

Людмила МАЗУРОВА