Вызывающе постмодернисткое название НHhН – от поговорки Himmlers Hirn heißt Heydrich, или «Мозг Гиммлера зовётся Гейдрихом». Чехи звали Гейдриха иначе: Пражский Мясник. Рейхспротектор Богемии и Моравии был убит в 1942 году агентами английской разведки Йозефом Габчиком и Яном Кубишем. Один из участников Сопротивления выдал диверсантов, и весь отряд впоследствии погиб, обороняясь в соборе Св. Кирилла и Мефодия от сотен солдат SS. Бине многократно повторяет, что история реальная, поэтому выдумки здесь не нужны и попросту преступны. Додумывать действительно ничего не нужно, ибо драма классическая: есть безоговорочные герои и безоговорочные злодеи, есть свой иудушка и шекспировский финал.
Лоран Бине много раз говорил в интервью, что современный французский писатель и строчки не напишет без оглядки на своего внутреннего Бальзака. Оттого в литературе Франции и мало новаторства. Роман НHhН должен был разворошить эту идиллию.
Вместо классического повествования Бине предлагает задушевный рассказ. Каркас книги – из фактов, достоверность которых непоколебима. Здесь автор честен, насколько это возможно. Совсем уйти от художественности не удалось. Бине заполняет фантазиями неизбежные пробелы: «Я хорошо представляю себе, как сверкнули глаза Бенеша и как он шарахнул кулаком по столу, объясняя Моравцу свою идею…» Исторический материал Бине толкует эмоционально, не выписывая объективной картины, но в фокусе автора другое: люди и их судьбы. Этот подход требует от писателя большей, чем обычно, искренности. «Моя книга вырастет из нескольких слов, брошенных мимоходом подростку его отцом, тогда ещё даже и не учителем истории, а просто человеком, умевшим в нескольких неловких фразах рассказать о событии», – предаётся воспоминаниям Бине.
В книге нет различий между рассказчиком и Бине. Чтобы устранить все возможные недоразумения, автор в первых главах представляется читателю: я француз, преподаю литературу, люблю Прагу и Словакию, ненавижу нацизм и нацистов. Бине говорит о своей семье, о фильмах-агитках, о девушке Наташе, с которой посещал пабы Праги (с исследовательскими целями, конечно). Порой авторская интимность комична: «Объявляет она [Наташа] мне о свадьбе своей сестры, а я весело восклицаю в ответ: «27 мая? Невероятно! Это же день покушения!» (Наташа, естественно, потрясена).
Рассказчик Бине неровный, порой излишне эмоциональный или усыпляюще сухой, а сама книга чересчур лирична для документальной литературы и слишком привязана к фактам для романа. Однако судьбы отважных славян и без французского симпатизанта вписаны в историю Великой войны и Чехии, автору (пусть с оговорками) удалось главное – воссоздать подвиг патриотов, напомнить, что любовь к родине не признак фанатизма, а герои – редкость, но не миф.
Александр ЛЕБЕДЕВ