Донбасс как наука о человеке

Олег Пухнавцев

В рамках проекта «Гипертекст» «ЛГ» побывала с очередным литературным десантом в Донецкой Народной Республике.

Близнецы-братья

Предыдущая поездка в ДНР пришлась на День России, эта – на День народного единства. Оба праздника новейшей истории небезосновательно подвергались критике. Первый зафиксировал дату объявления Россией суверенитета – от кого, от чего, от Донбасса, Новороссии, соотечественников? Второй был призван изъять из исторической памяти Октябрьскую революцию, и это, по сути, стало актом декоммунизации, которая позже в запредельных формах разыгралась на Украине. Однако со временем новые праздники стали приживаться и в первую очередь в Донбассе, пострадавшем – парадоксы истории – и от отделения России от самой себя, и от разрушения Советской страны. Здесь 12 июня и 4 ноября – символы причастности к общему пути с Россией, так что в каком-то смысле реабилитация сомнительных дат состоялась.

В День народного единства и прошёл круглый стол, на котором обсуждалась роль культуры в объединении соотечественников, оказавшихся вне границ России. Речь шла о наиболее действенных формах экспансии, о роли литературы, масскульта, современных интернет-технологий. В дискуссии приняли участие литераторы «материковой России» и дончане – Александр Ефременко (член Союза писателей ДНР, преподаватель философии Донецкого института управления), Майя Пирогова (журналист, волонтёр), Никита Логинов (общественное движение «Донецкая республика» «Единой России»).

Кроме прочего, вспомнили борьбу нынешней украинской власти с русской классикой, снос памятников, публичное сожжение книг. Из Донецка этот процесс воспринимается особенным извращением – в конце концов всё это делают те, с кем не так давно сосуществовали в рамках одного государства. И каждый новый пример сноса памятника Пушкину или запрет на исполнение Чайковского невольно рождает мысль: «Вот что происходило бы тут, в Донбассе, если бы не народная революция 2014 года и последующее вхождение в состав России».

У всех донецких по ту сторону – знакомые, однокашники, родственники. В неформальном общении то и дело возникают сюжеты, характерные для любой гражданской войны. Вот, например, местный водитель везёт нас на следующий день в подразделение РЭБ «Север» и по пути рассказывает, как в 2014‑м они с братом-близнецом оказались по разные стороны границы, как восемь лет приходилось шифроваться, скрывать свои политические взгляды, живя на подконтрольной Украине территории. Как пришлось изощряться, общаясь даже с давними знакомыми, выяснять окольными путями, с кем имеешь дело – «свидомым заукраинцем», «хатаскрайником», лояльным России или, мало ли, провокатором, который того и гляди возьмёт и настучит в СБУ или гестапо «Азова»*. Восемь лет он так жил в Мариуполе «под Украиной», а в 2022‑м, когда шли бои за город, прорывался через обстрелы и блокпосты, чтобы выжить и наконец встретиться с братом. Это – реальный сюжет, но, что интересно, совершенно непригодный для литературного или киновоплощения – образ братьев-близнецов, разделённых гражданской войной, будет восприниматься как агитка, нарочитая назидательность. Ну а если в случайном разговоре, когда за окном проплывает степь донецкая, то, что называется, торкает.

Рота РЭБ «Север»

Дом, в котором размещаются рэбовцы, совсем не похож на военный объект, и это его преимущество – со стороны обычное строение, каких в Донбассе тысячи. Бойцы заводят нас внутрь и первым делом представляют Семёну Палычу, коту с генеральскими манерами, но без начальственного самодурства – принимает гражданских благосклонно и даже даёт себя погладить.

О роте специального назначения РЭБ «Север», её боевой работе мы знаем по рассказам наших товарищей, военкоров Александра Матюшина и Елены Бобковой. Из публикации в «ЛГ» о подразделении и его командире с позывным Север знают и наши читатели («ЛГ» № 26, 2025 г.). Север – выпускник Михайловской военной артиллерийской академии Санкт-Петербурга, а в нашем «литературном десанте» трое питерских – писатели Сергей Носов, Павел Крусанов и поэтесса Яна Яжмина. Знакомство начинается с воспоминаний и предположений, где и при каких обстоятельствах могли пересекаться в довоенной жизни, один из вариантов легкомысленный – пивной бар недалеко от Михайловской академии.

Устраиваемся в помещении с наглухо закрытыми маскировкой окнами, знакомимся, общаемся, поэты читают стихи. Среди рэбовцев и Семён Палыч, а вот одного важного для нас участника нет. Мы знали, что в подразделении служит боец с позывным Поэт, хотелось, чтобы он тоже почитал свои стихи.

Позывной Поэт

Поэт возникает, когда мы уже собираемся возвращаться в Донецк, сталкиваемся у ворот. Они с товарищем подъезжают на квадроциклах, что называется, с передовой. В полной экипировке, с автоматом, в балаклавах, пыльные. Поэт – молодой парень, но опытный боец, недавно был ранен. Командир Север прикрыл его собой, получив тяжёлое ранение в ногу. Поэту достался мелкий осколок в голову.

Наш товарищ Александр Чаленко просит Поэта дать ему видеоинтервью для «Украины.ру». Поэт – без понтов и комплексов, чувствует себя свободно, находясь в центре внимания. Всё время в движении, помогает себе жестикуляцией, стихи у него такие же энергичные и дерзкие – речитатив, рэп, да и вообще он мечтает о хип-хоп-театре и считает, что поэзия – это шоу.

Поэт начал писать стихи в 13 лет, и всё самое главное в жизни, по его словам, началось в 13. А потому «13» – его любимое число, оно в самых разнообразных формах множится татухами – на кисти, пальцах. Пишет стихи в основном ночью, и, когда включает для этого свет, бойцы не ропщут, понимают – творческий процесс. Поэт не очень любит писать по заказу, но, если кто-то из боевых товарищей попросит сочинить для девушки рифмованное послание, не откажет.

На бронежилете у него шеврон «Последний из самураев», а лучшие стихи, считает Поэт, написаны им в посёлке Нелеповка, что под Артёмовском. И без лишних уговоров он декламирует, раскачиваясь на фоне бетонных блоков, – идеальная мизансцена для хип-хоп-шоу военного времени.

Новый театр

В этот же день у нас вечер поэзии в Новом театре Донецка – первом и единственном негосударственном театре города. Его создатель – Андрей Гаранин, милейший и скромнейший человек, настоящий подвижник, умудрившийся в военное время собственными руками оборудовать уютный камерный зал, эстетски оформить фойе. Место – козырное, в самом центре, на бульваре

Пушкина. Раньше тут обитали, сменяя друг друга, магазин «Музыкальный мир», обмен валют, кальянная, пиццерия. Теперь вместо холодного цеха – зрительный зал, а вместо барной стойки – сцена.

О Новом театре мы знаем из видеорепортажа нашего корреспондента Натальи Куряенской. Новый театр открыт в октябре 2024‑го. Андрей Гаранин считает своей задачей показать, что театр – не всегда здание с колоннами и лепниной. Минималистичность – в зале 40 мест – рождает новые сценические формы, за них отвечает режиссёр-постановщик Виталий Юсупов. Миссия театра для него и в развлечении, и в ощущении радости бытия, но главное: «Театр – это знания, наука о человеке».

Новый театр – эталонное пространство для поэзии. Московские и питерские литераторы читают стихи, к поэтическому марафону подключаются донецкие авторы: Инна Кучерова, Сергей Шаталов, Павел Сердюк, Максим Кузнецов. По окончании делаем коллективное фото, выходим на бульвар Пушкина и ещё долго обсуждаем, как прошёл вечер. Виталий Юсупов отмечает своих фаворитов: «Больше всех понравились стихи Артёма Рагимова, но читает он не лучшим образом – молодой ещё; и Максима Замшева, он, наоборот, декламирует по-актёрски убедительно».

В Донецке в отличие от Москвы последние дни золотой осени, центр города прекрасен – многолюден, кафе и рестораны заполнены, вокруг театральные афиши Оперного, Музыкально-драматического, филармонии. Немного раздражают визуальный хаос, безвкусица эклектичных витрин и в целом городского пространства. И словно в ответ на эти впечатления уже в гостинице по телевизору новостной сюжет – местные власти провели совещание, пригласив архитекторов, дизайнеров. Принято решение разработать визуальный стиль Донецка, дизайн-код городского пространства, упорядочить систему вывесок, оформления витрин.

К ночи приходят сообщения в мессенд­жеры от близких с «Большой земли»: «Что там у вас в Донецке происходит?» В «телеграмах» пишут, что столица ДНР под атакой БПЛА. Приходится отвечать, что всё в норме, да, иногда слышно, как работает ПВО, но в центре сегодня всё спокойно.

В госпитале

На следующий день едем в госпиталь, где нам уже приходилось бывать летом. На КПП рядом с дежурными – овчарка. Пять месяцев назад у неё были щенки, и Яна Яжмина вместе с выздоравливающими бойцами кормила их из соски. Щенки подросли, бродят по территории, а мамаша продолжает нести службу.

У командира подразделения (операционно-перевязочный взвод стрелковой бригады ВС РФ) позывной Апостол, и неслучайно. Он человек воцерковленный, что чувствуется и в манере поведения офицера, и по установленным порядкам. Апостол – военврач с опытом, служил во время чеченской, с начала СВО – снова на контракте.

В госпитале уже, конечно, другие бойцы, новые лица и среди персонала. Невозможно не обратить внимания на девушку, одетую в униформу сестры милосердия времён Первой мировой. Зовут Лена, она внимательно, вместе со всеми, слушает выступления поэтов.

Виктор Кирюшин читает стихотворение про бойца с позывным Малец, которого когда-то увидел в одной из поездок на СВО. Наталья Курянская, член Общественной палаты ДНР, читает антивоенные стихи своей дочери, написанные в 2014 году, когда Украина начала агрессию против Донбасса. Артём Рагимов представляет басню с матерком, которую бойцы встречают особо громкими аплодисментами…

После концерта Апостол собирает наш «литературный десант» и ведёт в столовую. В требовании пообедать безапелляционен, как, впрочем, и повар – узбек Беки, который настаивает на полном комплекте с первым и вторым. По ходу сервировки рассказывает, что в Ташкенте все говорят по-русски, что русский язык необходим узбекам, а использование латиницы в Узбекистане до добра не доведёт: «Кириллица – вот это да!»

Кормить литераторов ему помогает Лена – она здесь волонтёр, сама родом из Славянска, но после того, как в её город вошли ВСУ, она с родными перебралась в Липецкую область, а теперь здесь помогает бойцам. Наши девушки интересуются её стильным нарядом. Лена рассказывает, что скроен он по старинным лекалам, точь-в-точь как в Российской империи.