Дух Эльбы. Помнят ли о нём в США?

Александр Палладин, Вашингтон – Москва

Как бы ни складывались отношения с США, встреча на Эльбе и в СССР, и в России – событие знаковое. В Америке, увы, по-другому. О причудах исторической памяти наших союзников по антигитлеровской коалиции рассказывает Александр Палладин. Сорок лет назад, в разгар холодной войны, он взял интервью у Фрэнка Хаффа, участника встречи на Эльбе 25 апреля 1945 года.

В годы работы собкором в Соединённых Штатах мне регулярно приходилось участвовать в теледебатах с американскими политиками, журналистами, политологами, выступая в качестве представителя СССР на разных каналах. Одна из телепередач запомнилась особенно: она стала уникальным событием на американском телевидении. 19 апреля 1985 года в рамках еженедельной программы International Edition, которую по пятницам показывала телекомпания PBS (Public Broadcasting System), я поделился со зрителями содержанием своего телефонного разговора с бывшим рядовым 273-го полка 69-й пехотной дивизии армии США Фрэнком Хаффом. Сорока годами раньше он вместе с однополчанами (младшим лейтенантом Уильямом Робертсоном, капралом Джеймсом Макдоннеллом и рядовым Полом Стаубом) обменялся на Эльбе историческим рукопожатием с красноармейцами, лейтенантом Александром Сильвашко и сержантом Николаем Андреевым.

За три месяца до той телепередачи Рейган вступил в должность президента США на второй срок. Обзывать СССР империей зла он стал реже, но всё ещё всевозможными способами поддерживал напряжённость в двусторонних отношениях. В 1983-м враждебность достигла такого накала, что в воздухе вновь, как во время Карибского кризиса, запахло термоядерной грозой с ракетными молниями.

В марте 1985 года я собрался из Вашингтона слетать в Майами. Там после Второй мировой войны поселился французский ас Марсель Альбер. Во время Великой Отечественной в воздушных боях над нашей территорией он всего за год с небольшим сбил 23 немецких самолёта и стал одним из 4 лётчиков авиаполка «Нормандия – Неман», кого наше правительство удостоило звания Героя Советского Союза. Я рассчитывал встретиться с ним, чтобы подготовить материал к 40 летию Дня Победы, но американские власти запретили мне поездку во Флориду.

Для характеристики царившей тогда обстановки добавлю, что в историю США 1985 год вошёл как «The Year of the Spy – Год шпиона» (тогда выявили беспрецедентное количество американских и советских граждан, занимавшихся разведдеятельностью как в пользу своих государств, так и в качестве агентов противоположной стороны). Так что немудрено, что сорок лет назад моё выступление в телепрограмме International Edition стало единственным случаем, когда американцам напомнили о встрече на Эльбе.

Тут надо заметить, что 25 апреля 1945 года на этой немецкой реке в один и тот же день встретились три разные группы советских и американских военнослужащих. Сперва в 11 утра разведотряд армии США во главе с лейтенантом Альбертом Коцебу обнаружил на противоположном берегу наш патруль из трёх красноармейцев под командованием старшего лейтенанта Григория Голобородько. Когда полдюжины американцев подплыли к ним в лодке, глазам заокеанских военнослужащих предстала жуткая картина.

Из воспоминаний рядового армии США Джо Половски: «По обе стороны от нас земля была устлана телами женщин, стариков, детей. До сих пор помню мёртвую девочку лет пяти-шести. Одной рукой она прижимала куклу, а другой держала за руку свою мать. Тела погибших мешали русским подойти к нам. Мы рвались друг к другу, а тут – трупы. Коцебу был потрясён этой сценой и сказал мне: «Джо, давай договоримся с русскими – пусть этот день станет важным днём в жизни наших стран, днём памяти всех невинно погибших».

Та первая встреча на Эльбе примечательна ещё и тем, что одним из предков Альберта Коцебу был немецкий драматург и романист, одно время своей популярностью затмивший даже Гёте и Шиллера, газетный агент на русской службе (издавал в Берлине газеты, через которые вёл прорусскую пропаганду) в чине надворного советника Российской империи Август Фридрих Фердинанд фон Коцебу. В 1819 году в возрасте 57 лет он был заколот немецким студентом Карлом Людвигом Зандом (по одной из версий – за свою прорусскую деятельность). Его сын – Отто Евстафьевич Коцебу стал видным русским мореплавателем. 15 летним юнгой участвовал в первом кругосветном плавании (1803–1806) на парусном шлюпе «Надежда» под командованием Крузенштерна. Повзрослев, он совершил ещё два морских путешествия вокруг света и открыл в Тихом океане 399 островов, а к юго-востоку от Берингова пролива – залив, который ныне носит его имя.

…Итак, 80 лет назад на Эльбе в один и тот же день, но в разное время и в разных местах состоялись три встречи советских военнослужащих с американскими. Наибольшую известность получило последнее такое событие, имевшее место 25 апреля 1945 года в 4 часа пополудни. Полвека спустя именно его участников запечатлели на бронзовом барельефе, который отлили в память о встрече на Эльбе и установили на Арлингтонском национальном кладбище в ознаменование 50-летия окончания Второй мировой. Внизу барельефа – надпись на английском и русском:

«Дух Эльбы.

Эта мемориальная доска посвящается боевому содружеству советских, американских и союзнических вооружённых сил в битве против тирании в годы Второй мировой войны и символизирует встречу советских и американских войск на реке Эльба 25 апреля 1945 года».

При изготовлении памятной четырёхугольной плиты использовали постановочный снимок, сделанный сутки спустя, 26 апреля 45-го, американским военкором Аланом Джексоном. Крайний слева на его фото – Фрэнк Хафф.

Тогда же, 26-го, другой журналист из США – сотрудник журнала «Лайф» тоже сделал постановочный снимок, запечатлев дружеское полуобъятие Робертсона и Сильвашко на фоне плаката «Восток встречается с Западом». Эту облетевшую весь мир фотографию использовали в качестве иллюстрации к репортажу, напечатанному в «Лайфе» под заголовком «Конец войны в Европе». До настоящего конца той войны оставалось ещё две недели, и до него, увы, не дожили тысячи отважных бойцов с гитлеризмом. При освобождении Праги погиб и Николай Андреев, который незадолго до этого вместе с Сильвашко встретился с Робертсоном и его сослуживцами в немецком городке Торгау.

Их встреча на Эльбе, как мне рассказал Хафф, произошла случайно и чуть не закончилась, ещё не начавшись, трагедией. Отправленные в разведдозор Уильям Робертсон со товарищи сбились с пути и неожиданно для самих себя попали в окрестности Торгау. Отряд Робертсона оказался в километре от расположившихся на другом берегу реки красноармейцев, тоже не ожидавших увидеть военных в американской униформе.

Во избежание вполне вероятных в той обстановке печальных последствий Робертсон и его сослуживцы в первой попавшейся им на глаза немецкой аптеке взяли красный и голубой порошки, развели их водой и нанесли на простынь пять красных горизонтальных полос, окрасив верхний левый угол ткани в голубое. С этим подобием флага США Робертсон взобрался на самую высокую башню замка Хартенефельс и принялся, размахивая разукрашенной простынёй, выкрикивать на английский манер наши слова «американцы» и «товарищ».

Не тут-то, однако, было. «Я тогда представления не имел, как выглядят американский флаг и американский солдат», – много лет спустя вспоминал Александр Сильвашко. Он попросил наших артиллеристов «дать по башне пару снарядов из 45 миллметровой пушки. И они дали. Флаг пропал».

Тогда Робертсон послал за вызволенным из немецкого плена красноармейцем. Тем временем артиллерийский огонь с другого берега продолжался. Один снаряд врезался в башню в полутора-двух метрах от командира американского разведдозора.

Наконец привезли военнопленного. Он прокричал с башни несколько фраз, и стрельба прекратилась. Американцы и русские направились с двух сторон к полуразрушенному, осевшему в воды Эльбы мосту. С восточного берега на мост ступил красноармеец, и Робертсон двинулся ему навстречу. «Примерно на середине Эльбы русский и я соскользнули вниз по огромному, в форме буквы V, изгибу балки, – вспоминал впоследствии младший лейтенант армии США. – В этом был некий символ, так как буквой V у нас обозначают Викторию – Победу… Русский оказался сержантом Николаем Андреевым. Мы обменялись рукопожатием и похлопали друг друга по плечу, стараясь не свалиться в протекавшую под нами реку».

С Фрэнком Хаффом я созвонился в начале апреля 1985 года. За океаном ещё в 70-е годы Великую Отечественную переиначили в Неизвестную войну. Под таким названием – The Unknown War – в 1978 году выпустили 20 серийный документальный фильм американо-советского производства. Для американцев было сущим откровением узнать из него, что на одном только ленинградском Пискарёвском кладбище в 1941–1945 годах похоронили больше советских людей, чем погибло граждан США за всю Вторую мировую войну. Впрочем, и Америке она обошлась в 407 тысяч убитых и 671 тысячу раненых. Одним из 671 тысячи был Хафф.

Несмотря на царившую в США обстановку, он охотно согласился дать интервью советскому журналисту и проявил не только цепкую память, но и чувство искреннего восхищения товарищами по оружию – красноармейцами, особо отметив их дружелюбие и радушие: «После того как мы обменялись рукопожатием, русские достали трофейную еду и вино и устроили пир горой».

Советское командование наградило Хаффа и его товарищей орденами (которыми они дорожили всю жизнь), а собственное начальство – американскими знаками боевого отличия. О встрече на Эльбе Робертсон и Хафф лично доложили главнокомандующему армией США в Европе, будущему президенту их страны Дуайту Эйзенхауэру.

В момент нашего телефонного разговора Фрэнку Хаффу было 63 года, и он уже 19-й год был на пенсии по инвалидности. Как ветеран, на себе испытавший ужасы войны, он хотел, чтобы ни его детям, ни внуку не пришлось брать в руки оружие. Того же Хафф через меня пожелал и нашим ветеранам, назвав их людьми редких мужества и отваги. Он также попросил передать Александру Сильвашко и другим участникам встречи на Эльбе сердечный привет, что я и сделал в своей корреспонденции из Вашингтона.

Об интервью с Фрэнком Хаффом я рассказал Джону Грэсси, продюсеру International Edition. В его программе я регулярно участвовал с осени 1983 года, и он предложил мне выступить в спецвыпуске International Edition 19 апреля 1985 года.

Обращаясь к американским телезрителям, я напомнил об особом вкладе советского народа в разгром объединённой Гитлером Европы, подчеркнув: «В СССР мы никогда не забудем ту войну не только из-за невиданных жертв и разрушений, но и потому, что мы отчётливо сознаём: тот, кто забывает прошлое, рискует навлечь на себя новые, возможно, ещё более страшные трагедии. Несмотря на все ужасы и лишения, которые советский народ претерпел вследствие нашествия немецких захватчиков, мы не испытываем чувства вражды к народу Германии, ибо считаем его самого жертвой нацизма. Но мы никогда не примиримся с нацистской идеологией, её приверженцами и последователями. Считать войну с нацизмом обычной войной, думать, будто чудовищная нацистская философия навсегда погребена вместе с теми, кто силой пытался навязать её всему человечеству, с нашей точки зрения – опаснейшее простодушие, если не завуалированная попытка создать фашистского Франкенштейна».

А Рейган не был бы Рейганом, если бы 5 мая 1985 года, в канун 40-летия разгрома Третьего рейха, в рамках официального визита в ФРГ не посетил город Битбург и не возложил венок на воинском кладбище. Там были похоронены и полсотни представителей элитной дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», чьи военнослужащие совершили многочисленные преступления на территории Польши, Франции, Италии, Бельгии, но особенно зверствовали в СССР. В августе 41-го на Украине лейбштандартовцы расстреляли почти 4 тысячи пленных красноармейцев, а позже повторили этот свой «подвиг» при взятии Таганрога. Весной 43-го в Харьковской области жертвами этой дивизии стали 865 мирных жителей. Через пару недель лейбштандартовцы заживо сожгли и расстреляли более 700 тяжелораненых красноармейцев.

Досталось от них и нашим союзникам. Ещё в мае 1940 года эсэсовцы из упомянутой дивизии заживо сожгли около 80 британских военнопленных, а под конец той войны в Европе расстреляли около 450 сдавшихся им американцев и заодно – 110 мирных жителей Бельгии. В результате на Нюрнбергском процессе «Лейбштандарт Адольф Гитлер» заклеймили как преступную организацию.

В Белом доме обо всём этом знали ещё до поездки Рейгана в Европу, но 40-й президент США закусил удила. На пресс-конференции за 17 дней до поездки в Битбург он заявил: «Средний возраст похороненных на том кладбище – 18 лет. Эти молодые люди тоже жертвы нацизма, хоть и были одеты в германскую униформу. Их призвали на военную службу исполнять ненавистные пожелания нацистов». И, повторив: «Они, несомненно, такие же жертвы, как жертвы концлагерей», – отправился в Битбург «подвести черту под прошлым».

А в последние годы, при Байдене, дошло до того, что американские власти запрещали сотрудникам посольства РФ возлагать венки к тому самому мемориальному знаку «Дух Эльбы» на Арлингтонском национальном кладбище. 25 апреля мы будем отмечать 80-ю годовщину исторической встречи советских военнослужащих с их американскими соратниками по борьбе с нацизмом. Вот и посмотрим, насколько искренна администрация нового президента США в своих заявлениях о желании оздоровить двусторонние отношения с нашим народом.