Кристина Васина
Криминальная комедия Дмитрия Литвиненко «Василий» – это попытка перекроить культовый миф «Брата-2» на абсурдистский лад. Александр Петров, играющий братьев-близнецов Васю и Колю, идёт по следам Жан-Клода Ван Дамма из «Двойного удара», но вместо эпичного экшена зритель получает хаотичный микс из стереотипов мексиканского кино, ностальгии по 90-м и неловких шуток.
Сюжет стартует с того, что Коля, усыновлённый американцами и связавшийся с наркокартелем, крадёт деньги мафии и попадает в тюрьму. Российские телевизионщики находят в провинциальном Ковылкино его брата – учителя Васю, который до сих пор злится на близнеца за предательство в детстве (тот сбежал в США, притворившись им). Несмотря на обиду, Вася едет в Мексику спасать Колю, но тот снова его подставляет, сбегая в Россию под видом брата. Васю же продают главарю картеля, и только вмешательство жены мафиози, родившей от Коли четверых детей, спасает героя. Пока Вася бегает от бандитов, изучая местные «традиции» вроде Дня мёртвых (праздник, посвящённый умершим родственникам, проходит в виде карнавала по всей стране), Коля обманывает россиян, пытаясь сбежать с деньгами в Майами...
Литвиненко и его соавторы (Андрей Золотарёв и Юлия Савенкова) открыто пародируют «Брата-2»: вместо Америки – Мексика: «Я узнал, что у меня есть мексиканская семья…» Фильм встраивается в традицию кино о близнецах – от мрачных «Связанных насмерть» до гротескной «Ширли-мырли», – но ближе всего к «Двойному удару» с наивными героями Ван Дамма. Проблема в том, что «Василий» не решается стать ни едкой сатирой, ни стильным экшеном. Мексиканские локации превращаются в набор клише: картели, продажные копы, страстные женщины, вечный праздник с черепами. Даже спасительный абсурд латиноамериканских сериалов здесь выглядит вторично, а сюжетные дыры (например, почему Коля не знает о смерти Ельцина?) лишь подчёркивают небрежность сценария.
Петров старается выжать максимум из двойной роли: его Вася – трогательный простак с провинциальным обаянием, а Коля – циничный плут с голливудскими замашками. Но даже его энергия не спасает историю от затянутости: два часа экранного времени заполнены суетливыми поворотами, которые к финалу утомляют.
«Василий» мог бы стать ироничным комментарием к тому, что ностальгия по 90-м уж слишком застряла в российском кино, но вместо этого сам оказывается её заложником. Это кино для тех, кто готов смеяться над кривыми цитатами из фильмов с Джейсеном Стэтхэмом и ностальгировать по эпохе, «когда богатые тоже плакали». Однако для настоящей деконструкции «Брата-2» здесь не хватает смелости – только намёки, прикрытые латиноамериканским колоритом и братскими разборками, которые так и не становятся ни трагедией, ни фарсом.