Многие годы Открытый фестиваль искусств «Черешневый лес» одаривает поклонников Театра Бориса Эйфмана. И в этом году на сцене Большого театра России состоялось ключевое событие фестиваля – московская премьера постановки «Эффект Пигмалиона», которой уже рукоплескали петербургские и американские балетоманы.
Новая постановка, как очередная страница хореографической саги одного из мировых лидеров театрального искусства и его уникальной труппы, снова заставила заговорить об особом языке Мастера. О том, что он выработал и развил определённый жанр хореографического претворения литературной темы, ранее нашему искусству почти неведомый. Действительно, соавторами Эйфмана были: Шекспир и Толстой, Пушкин и Достоевский, Мольер и Фицджеральд, Куприн и Золя…
«Мой театр – это драма личности» – так определяет суть своего творчества Эйфман. На сей раз психологический термин «эффект Пигмалиона» (феномен влияния ожиданий на действительность) стал отправной точкой для автора спектакля. Сюжет известный, многократно вдохновивший писателей, композиторов, режиссёров и балетмейстеров. Однако метод Эйфмана состоит в том, что на сцену переносится не просто сюжет в его повествовательно-описательном течении, а «высвечивается» то, что писатель хотел сказать между строк, – главная мысль, ради которой было задумано произведение. В оригинальных решениях режиссёра-хореографа всегда присутствует желание сценически интерпретировать философию литературного первоисточника по отношению к современности и человеку своего времени, неизменное желание проникнуть в его душу.
В роли Пигмалиона в новом спектакле Эйфмана выступает чемпион по бальным танцам по имени Лион (Олег Габышев). А его «творением» стала Гала (Любовь Андреева), девушка из низов, с городской окраины, выросшая в мире бедности и грубости. Лион же принадлежит к миру роскоши и успеха. Дрессировка «деревянной», неуклюжей Галы для него – чистый эксперимент, в результате которого он хочет превратить её в первоклассную исполнительницу бальных танцев. И добивается этого. Помогает ему достичь цели, конечно же, любовь девушки к своему учителю. Однако успех лишает героиню привычной жизненной среды и вводит её в чуждый мир, где она не может стать своей и обрести счастье.
Музыкально-драматургическая конструкция новой постановки неожиданна. Искромётная музыка Иоганна Штрауса-сына, узнаваемая и захватывающая, подчёркивает обманчивую лёгкость спектакля. Тем не менее постановщику и исполнителям удалось найти в этой музыке свою уникальную драматургию, идеально соответствующую замыслу балета. За лёгкостью и прекрасной простотой запоминающихся мелодий кроются особая эмоциональная глубина и энергия. А за флёром беспечности – серьёзные вопросы: что такое сценическая слава и каким трудом она достигается, спасает ли успех от одиночества, можно ли расстаться со своим прошлым.
Мастерство эйфмановской труппы недосягаемо для многих коллег. За 42 года существования театра он воспитал несколько поколений уникальных артистов, которым подвластны все стили современного танца, непростой с точки зрения техники хореографический язык лидера. В «Эффекте Пигмалиона» главными героями и труппой освоен чуждый для классической балетной школы язык бальных танцев. «Никаких пуантов», – сказал Эйфман. В результате – пластическое преображение через неприятие и такой же, как у главной героини, трудный путь, который принёс блестящие результаты. Именно этими результатами наслаждается зритель как в искромётных дивертисментных сценах обитателей трущоб, так и в «мировых состязаниях по бальным танцам». Но особо хочется отметить солистку труппы Любовь Андрееву, которая встала в один ряд со своими великими предшественницами, такими как Одри Хёпберн (в фильме-мюзикле «Моя прекрасная леди») и Екатерина Максимова (в фильме-балете «Галатея»). Любовь Андреева – лауреат многих престижных премий, знакомая зрителям по таким разноплановым ролям, как Катерина Ивановна в «Карамазовых», Антонина в «Чайковский. PRO et CONTRA», Камилла в «Родене», Татьяна в «Евгении Онегине», Николь Уоррен в «Up & Down», создала образ Галы в пластическом и психологическом развитии. Комический, неуклюжий, вульгарный и практически бесполый персонаж, с акробатическими жестами сорванца и судьбой «маленького человека», чаплинской манерой существования на сцене, с течением сценического времени и событий превращается в блестящую танцовщицу – «королеву паркета». Заслуженный артист России Олег Габышев, не менее титулованный и известный зрителям по главным мужским ролям практически всех спектаклей Эйфмана, и на сей раз тонко интерпретирует характер главного героя, Лиона, подчёркивая его мощный темперамент, одержимость бальными танцами и немалое честолюбие. Его исполнение – гамма противоречивых чувств: негодования, отчаяния, порой жестокости и, наконец, любви, которую всё же побеждают чувства собственника. Он не готов делить созданную им Галу ни с кем, даже с её отцом, королём трущоб, хитрым пьяницей Холмсом, в роли которого выступает не менее известный артист театра Дмитрий Фишер. Но именно ему бросает Гала свою бриллиантовую корону победительницы, которая не принесла ей счастья. Засыпая на уличной скамейке, она лишь во сне соединяется со своим любимым учителем, и этот прекрасный любовный дуэт вершит действие, ставя грустное многоточие.
Michael-Khoury
Действие спектакля разворачивается в лаконичных, выразительных и ловко трансформирующихся декорациях Зиновия Марголина, а эйфмановская световая драматургия, исполненная Александром Сиваемым, как всегда, предмет особого восхищения и зависти коллег. Художник по костюмам Ольга Шаишмелашвили создала разнообразную палитру пёстрых нищих бродяг, стильных персонажей богатой публики и танцовщиков, состязающихся в бальных танцах.
В очередной раз Борис Эйфман смог покорить очень широкую зрительскую аудиторию уникальной хореографической полифонией. Ведь он относится к редкому разряду художников, которые сами создают свою аудиторию, «со-творяют» зрителя. Как Пигмалион – свою Галатею. В этом, собственно, и заключается Эффект Эйфмана.
