Гармония старого и нового

Малая Никитская улица сейчас дублирует Большую Никитскую на отрезке от площади Никитских ворот до Садового кольца. Однако в XVII веке, когда она только начала формироваться, граница её заканчивалась у Георгиевского (ныне Вспольный) переулка, где стоял храм Святого Георгия, что на Всполье. Вдоль этой необычно прямой улицы – она также называлась Георгиевской – находились «загородные дворы» московской знати, а за дворами шло «всполье» – начало пахотных полей.

К началу позапрошлого столетия застройку улицы продлили к Садовому кольцу, и тогда её переименовали в Малую Никитскую, для различия с соседней Большой Никитской. А обе они, напомним, своими названиями обязаны не сохранившемуся до нашего времени Никитскому женскому монастырю.

Уже со второй половины XVIII века Малая Никитская превратилась в одно из «дворянских гнёзд»: тут находились владения князей Долгоруковых, графов Шереметевых, Орловых, Потёмкиных... А во второй половине XIX и в начале XX века эта тихая улица сделалась любимым обиталищем интеллигенции. Например, на углу Садовой-Кудринской в 1880 х годах жил А.П. Чехов, и здесь им написаны в числе прочего пьесы «Иванов», «Леший», шутки-комедии «Медведь», «Предложение», «Юбилей», «Свадьба». А в доме № 20 с 1915 по 1922 год жил актёр МХАТа В.И. Качалов, и в 1948–1993 годах Малая Никитская улица носила его имя.

Двигаясь от Садового кольца и миновав Вспольный переулок, мы увидим слева вытянутое за небольшим палисадником и низкой кованой оградой одноэтажное здание. Оно расположено близко к тротуару, поэтому его можно детально рассмотреть, даже не заходя внутрь двора.

В начале XIX столетия те¬пе¬решнее владение под № 18 входило в состав обширной усадьбы, которая занимала территорию между Малой Никитской и Гранатным переулком и принадлежала полковнику Н.И. Сабурову. Господский дом, окружённый садом, был спрятан в глубине участка. Многочисленные хозяйственные постройки располагались по периметру двора и, будучи деревянными, полностью сгорели в дни приснопамятного пожара 1812 года. Спустя десятилетие усадьбой уже владел генерал-майор П.А. Тучков, при нём ансамбль разделился на две части: восточную и западную. Первая была перестроена в самостоятельную усадьбу и спустя некоторое время продана титулярному советнику А.М. Мейснеру. Тогда же застройку уплотнили, дома стали сдаваться в аренду. Затем землю выкупил некто И.Н. Цветухин, и, наконец, в феврале 1896 года Городская управа утвердила проект совместного владения участком двумя дамами по имени Анна: Леман и Фёрстер.

Участок, оформленный на Анну Луизу Фридерику Леман, супругу почётного гражданина Москвы, банкира Роберта Нильса Карла Лемана, выходил в Гранатный переулок. Здесь был возведён усадебный ансамбль с главным домом в неоготическом стиле (его занимает ныне Центральный Дом архитектора). Участок купчихи Анны Карловны Фёрстер смотрел на Малую Никитскую. Об этой женщине практически ничего не известно, но, несомненно, она тоже была вполне зажиточной, дабы приобрести территорию и возвести особняк в одном из самых дорогих московских районов.

Примечательно, что проекты домов и Леман (1897), и Фёрстер (1899) реализовал один и тот же человек – архитектор шведского происхождения Адольф Эрнестович Эрихсон, крупный мастер модерна с узнаваемым творческим почерком. Выпускник Московского училища живописи, ваяния и зодчества, он стажировался за границей, где изучал архитектуру североевропейских стран. В Москве по его проектам построено порядка семидесяти объектов: особняков, доходных домов, общественных зданий. В 1910 е годы он разработал индивидуальный стиль на основе неоклассицизма и московского ампира. Мастерская Эрихсона располагалась на углу Поварской улицы и Борисоглебского переулка, затем была переведена на Петербургское шоссе. После 1917 года Адольф Эрнестович предположительно жил в эмиграции в Швейцарии и Франции и скончался в Париже в 1940 году.

Особняк Фёрстер с его хорошо сохранившейся до наших дней архитектурой справедливо считается одним из первых модерновых зданий Первопрестольной. Но поскольку это были самые ранние опыты с новым стилем, общая объёмно-пространственнная композиция строения осталась пока приближенной к русской эклектике. В частности, во внешнем его виде нет присущей модерну остроты и монолитности.

Фасад с двумя симметрично выступающими ризалитами облицован светло-жёлтой плиткой. Вот это явная черта модерна, как и больших размеров оконные проёмы, выходящие за рамки классических пропорций. Многочисленные же лепные украшения заимствованы из эклектики и по-своему предвосхищают московскую неоклассику 1907–1914 годов.

Белый декор ярко выделяется на общем сдержанном фоне стен и, в принципе, глаз воспринимает его как что-то привычное и знакомое. Однако если приглядеться внимательнее, то можно увидеть необычные фигуры и сюжеты. Здесь и бегущие крылатые кони с наполовину змеиным туловищем, и впечатляющие львиные маскароны в окружении узоров из вензелей, и факелы, и лавровые венки, и шестиконечные звёздочки. Добавим, что есть небольшое различие между ризалитами: рамы угловых окон на одном из них украшают небольшие пилястры с женскими гермами. И такое оформление гармонично вписывается в общую композицию.

Есть, кстати, предположение, что выбор сюжетов для всей лепнины принадлежит отнюдь не архитектору, а исключительно заказчице дома.

В 1912 году особняк выкупил Лев Александрович Михельсон – юрист и предприниматель (углепромышленник, издатель), владелец электромеханического завода, того самого, где позднее было совершено покушение на В.И. Ленина.

После же революции 1917 года здание было национализировано и перешло в распоряжение Наркомата иностранных дел, а точнее, в распоряжение действовавшего при Наркомате Центрального бюро по обслуживанию иностранцев в Москве (Бюробина). Преобразованное в дальнейшем в Управление по обслуживанию дипломатического корпуса (УпДК) при МИД СССР, оно получило на свой баланс все здания иностранных посольств и миссий, ранее арендуемые у Мосгорисполкома. Это произошло, разумеется, и с описываемым нами особняком, который сохранил за собой название по именам прежних владельцев (Фёрстер – Михельсона).

В здании по мере необходимости осуществлялся ремонт, и ныне действующее Главное производственно-коммерческое управление по обслуживанию дипломатического корпуса (ГлавУпДК) при МИД России по-прежнему активно заботится о поддержании этого замечательного архитектурного памятника в достойном виде.