И с возрастом можно поспорить,

Можно, конечно, прятать с помощью косметологов морщины или, пытаясь вернуть прежний интерес к жизни, глотать антидепрессанты. Эффект будет, но недолгий. Поспорить с возрастом можно, лишь осознав, что это не приговор, а новый этап жизни, точно так же открытый для любви, развития и путешествий. Лёжа на печи или сутками сидя в социальных сетях, жалуясь на болячки и маленькую пенсию, счастливым не станешь. Судьба в твоих руках и в двадцать лет, и в семьдесят.

«Никогда в плен не сдавайся»

Пётр Иосифович Мазур – уникальный человек. В свои 76 лет занимается гимнастикой, подтягивается на турнике и мог бы рекордсменом стать среди пенсионеров. Живёт в военном городке, в Сергиевом Посаде.

Мы с ним шли на стадион, беседовали по дороге. Я обратил внимание на хромоту. Мой собеседник пояснил.

– У меня давняя травма колена. Получил в 1976 году, когда учился в Военно-политической академии и выступал на соревнованиях. От операции тогда отказался. Долго после этого ничего не беспокоило, а ближе к 70 годам колено стало побаливать. Я превозмогаю боль и занимаюсь, но бегать уже не могу, хотя раньше каждое утро 10 километров пробегал.

– Колено донимает каждый день?

– Зависит от погоды тоже, бывает, болит больше или меньше, но нормально, терпеть можно. Для меня это не причина отказа от тренировок, я на одной ноге приду на стадион. Занимаюсь ежедневно. Бывает, конечно, что надо выехать куда-то иногда, но это редко. Как правило, я утром выхожу и занимаюсь часа два, а то и три. За один подход подтягиваюсь 30–40 раз на турнике, в зависимости от самочувствия. А в общей сложности подтягиваюсь 200 раз за одно занятие. На брусьях упражняюсь: ухватываюсь ногами за одну жердь, на другой сижу и пресс качаю. Потом ещё иду на озеро, купаюсь. Непогоды для меня не существует.

– Что вы отвечаете, когда вас спрашивают про здоровье?

– Нельзя сказать, что ничего не болит, мало ли чего бывает, но в целом здоровье нормальное, настроение всегда бодрое. «Никогда в плен не сдавайся – так я говорю себе, – ни трудностям, ни обстоятельствам не сдавайся в плен». У меня такое правило. Мешает человеку заниматься только лень, никакой другой причины нет и быть не может. Не всем даже нужно заниматься спортом, но зарядку делать, больше бывать на свежем воздухе, общаться с природой надо обязательно. Это придаёт и силы, и здоровья, и уверенности.

– Думаю, что мало заниматься спортом или делать физзарядку, потому что всё равно без доброты здоровья не снискать…

– Это самое главное. Доброе отношение к жизни, к людям, к природе, к братьям меньшим – это основа для здоровья.

– Расскажите о себе. Вы откуда родом?

– Родился я в 1943 году на Украине, в Винницкой области, городе Казатин, в семье железнодорожника. Учился в школе на отлично, с детства занимался спортом – перед девочками надо было показать себя.

После школы поступил в Одесское высшее общевойсковое командное училище, окончил его в 1964 году. Служил командиром взвода, командиром роты, заместителем командира полка.

После 28 лет службы, в 1988 году, ушёл на гражданку в звании подполковника и, чтобы не сидеть без дела, устроился директором банно-прачечного комбината. И вот до сих пор работаю. Правда, в 2012 году баню закрывали, она год не работала. Потом, в 2013 году, губернатором Московской области стал Андрей Юрьевич Воробьёв. Его избрали, помню, 8 сентября, а через три дня, 11 сентября, он приехал в Сергиев Посад на открытие парка нашего, он называется «Скитские пруды», и я при всём народе прямо к нему обратился, сказал, что у нас в городке 18 тысяч населения, а бани нет, будем ходить грязными. Все засмеялись. Воробьёв сказал: «Хорошо, через три месяца я буду мыться с вами в вашей бане». Спросил, как меня зовут, пожал руку.

На меня потом «мафия» местная налетела, как ты посмел к губернатору обратиться? А я что, о чём-то плохом спрашивал? Для людей старался. Я был всю жизнь с людьми связан и знаю, что такое за людей отвечать…

– Баня заработала через три месяца?

– За три месяца отремонтировали баню, работа тут кипела, и внешнюю сторону сделали, и внутреннюю отделку. Губернатор оказался на высоте. Молодец! Спасибо ему.

– Приехал, как и обещал, помыться вместе?

– Нет, не приехал, но губернатор тут не виноват. Министерство обороны отказалось выделять средства на содержание, и волокита с передачей бани на баланс города длилась три года.

– Это у нас не отнять. Думаю, что многие с вас могут брать пример.

Всегда в строю

В свои 68 лет Вячеслав Семёнович Назаренко не сидит без дела. Пенсионер, но покой не для него. Два раза в неделю ходит в спортзал – карате он увлечён давно. Всю жизнь занимается и общественной работой.

– Первый раз про карате я узнал, когда посмотрел фильм: «Гений дзюдо». Мне тогда было 16 лет. А заниматься начал в 1976 году, в городе Волжском Волгоградской области.

– Вы сами из Волжского?

– Нет, я родился в Грозном и там жил с родителями до 1961 года. В то время Грозный был русским городом, чеченцев было не больше десяти процентов. Потом отца перевели в Волжский, там строился большой завод, и отца направили туда парторгом.

В Волжском окончил среднюю школу, по направлению судоремонтного завода поступил в Институт инженеров водного транспорта в Горьком. Это был уже 1969 год. Все пять лет учёбы занимался самбо. Вернулся после института на завод, участвовал в общественной работе, был комиссаром комсомольского оперативного отряда. Однажды к нам в отряд пришёл Евгений Анохин, он был врачом-реаниматологом по образованию и раньше занимался карате. Тренировался у польского спортсмена, который учился карате в Японии у самого Мацуи Шокей.

– Это чемпион мира и Японии?

–Да, он был дважды чемпионом мира и Японии, и он является президентом Международной организации карате киокушинкай. Этот вид единоборства был создан после Второй мировой войны на основе разных стилей карате.

– В СССР, как помню, запрещали карате.

– Евгений Анохин занимался с нами больше года, но однажды к нам пришли товарищи, как потом выяснилось, из КГБ. Стали вызывать на беседы, спрашивали, кто организовал, кто ходит на занятия. У нас секретов не было, но я считался старшим группы, и на меня наложили штраф.

– Делать им, наверно, больше было нечего….

– После этого Евгений Анохин уехал, а мы продолжали заниматься общей физической подготовкой, без специфики карате.

Потом, во второй половине 80-х годов, я переехал в Московскую область, в деревню Федорцово, там был огромный совхоз, и я заведовал гаражом.

Это уже были годы перестройки, и в Москве легально существовала российская организация карате киокушинкай, которую возглавлял Александр Ипатов. Я с ним встретился, и он мне предложил заниматься с Григорием Рось, который вёл несколько групп в Подмосковье. Я стал к нему ездить, совершенствоваться, а у себя в деревне тренировал детей. Сам в клубе оборудовал спортзал. За карате уже не гоняли никого. Дочка занималась у меня, участвовала в соревнованиях, выиграла чемпионат Московской области среди детей… Сегодня занимаюсь с внуком, он учится в четвёртом классе, готовится сдавать на 7-й КЮ. Начинают все с 11-го КЮ и когда доходят до 1-го, то имеют право сдавать на чёрный пояс.

– Какой у вас спортивный стаж?

– До карате я занимался самбо, и получается, что общий стаж составляет 50 лет.

– Что это вам дало?

– Самое главное, что дети, с которыми я занимался, не пошли по кривой дорожке. Они не стали профессиональными спортсменами, но спорт им дал направление по жизни. Киокушинкай воспитывает людей. Вот, к примеру, я присутствовал на соревнованиях в Москве, и запомнился мне очень показательный момент. Это были соревнования высокого ранга, все поединки судили японцы. Два парня бились, не щадя себя, победу присудили одному из них. Он тут же стал выкрикивать и ликовать. Тогда их опять поставили рядом и победу отдали его противнику. Такое может быть только в киокушинкай. Пожалуйста, ушёл с татами, можешь радоваться, праздновать успех, но здесь обязан вести себя скромно, уважать соперника. Это было на моих глазах. Упор делается в киокушинкай на морально-нравственное воспитание.

– Другой вид спорта, самбо, например, разве не даёт такого воспитания?

– Занимался я самбо. Нет, там просто спорт.

– Как вы себя чувствуете в свои годы?

– Не жалуюсь. Сто раз от пола отжимаюсь за один подход, гирю поднимаю левой рукой сорок раз, она пуд весит, но всё это чепуха. Самое главное, что за 50 лет работы я на больничном не был никогда.

– Дай нам Бог на ваш столетний юбилей встретиться в спортивном зале.