Ислам в Германии – немецкий ислам

Как изменится облик Европы

В минувшее воскресенье в Кёльне более 20 тысяч турок вышли на улицы в поддержку президента Турции Реджепа Эрдогана. При этом молодые демонстранты скандировали: «Мы – Германия!»

Чем чаще случаи терроризма в ЕС, тем больше в российских СМИ говорят об «израилизации Европы». Под ней подразумевают подчинение устройства общества задачам обеспечения безопасности. Однако термин, как и ситуация, им характеризуемая, неприемлем для европейских государств и не используется тут в экспертной дискуссии. Ведь за этим термином – признание наличия у общества внутренней мотивации, готовности жить в напряжённых условиях ради существования государства.

«А во имя чего народам Европы терпеть фронтовые условия?» – спросит европейский избиратель. Ведь они у себя дома, жилось хорошо, теперь же страдают, и если политики, которые до этого довели, не могут исправить ошибки – значит, нужно их переизбрать.

ЕС не высказывает намерения взвалить на плечи избирателей жизнь в постоянном напряжении уже потому, что это приведёт к власти антиевропейские, праворадикальные силы и ознаменует конец европейского проекта. А он европейским элитам дорог.

Поэтому наряду с усилением мер общеевропейской внутренней безопасности еврогосударства наверняка попытаются улучшить контакты с умеренными частями мусульманских диаспор. Долгие годы ислам, став частью Европы, существовал помимо неё. Германия, например, сама того не желая, вырастившая не только самую большую мусульманскую, но и самую большую турецкую диаспору Европы (2015 г.: более четырёх миллионов мусульман, из них более трёх миллионов – турки), признав крах мультикультурализма, в то же время признала и то, что ислам стал частью Германии. И лишь признав это, она решила им заняться.

В 2007 году под эгидой МВД был создан постоянно действующий институт «Исламская конференция Германии»: сотрудничая с лояльными мусульманскими организациями, идя им навстречу в таких вопросах, как, например, преподавание ислама в школах, государство приобретает союзников. Например, «Ахмадийский джамаат» получил такой же выгодный статус «корпорации общественного права», как и церковные организации. На пути к получению подобного статуса находился до недавних пор и мощный союз турецких суннитов «ДИТИБ». Исламские союзы, не участвующие в «Исламской конференции», становятся внутриполитически «нерукопожатными», попадают под наблюдение спецслужб.

Немцы в большинстве своём не связывают недавние нападения на их граждан с деятельностью исламских террористов. У Германии давняя традиция успешных взаимоотношений с мусульманским миром. Скорее всего, немцы попытаются использовать заинтересованность экономически успешной, оседлой части мусульманской диаспоры в сохранении стабильности. Сотрудничая с лояльными мусульманскими союзами, они попытаются «изнутри» нейтрализовать и уменьшить нестабильный радикальный слой, который усилился в 2015 году с наплывом неорганизованных мигрантов. Вероятно, и другие страны ЕС, используя свой, для каждой страны особый опыт взаимоотношения с мусульманами, попытаются подключить к решению проблемы террора сами мусульманские диаспоры.

ФРАНКФУРТ-НА-МАЙНЕ