Как писатели манипулируют выборами

К выборам в США в этом году было приковано внимание сотен миллионов людей по всему миру. Принято считать, что от их исхода зависит будущее многих конфликтов – от Ближнего Востока до Украины. Внутренняя повестка на дебатах двух кандидатов практически не звучала. Трамп говорил об угрозе со стороны мигрантов, о торговой войне с Китаем и Европой, о том, как решит конфликт на Украине «за три дня». Или даже меньше. А Харрис обещала всем раздать денег. Просто и понятно. Странно, что во время кампании не раздавала деньги буквально – как Рокфеллер или Жириновский. Ну, или Павел Дуров. Ещё эти выборы показали, что эффект знаменитостей переоценён – Харрис не помогла поддержка Ди Каприо, Агилеры, Тейлор Свифт (про которую на Fox News говорят, что она сотрудничает с подразделением психологических операций Пентагона) и остальных.

О выборах написано немало книг. Современные выборы, считавшиеся после краха последних диктатур наиболее релевантной формой ротации элит, принимают всё более сомнительный и гротескный вид. Президент Молдавии Санду и озлобленные фанаты Камалы Харрис, не стесняясь, говорят: если мы проиграем – значит, это не демократия.

А было ли всё в порядке с выборами с самого начала? В романе американского писателя Роберта Пенна Уоррена «Вся королевская рать», получившем в 1947 году Пулитцеровскую премию, впервые в мировой литературе анализируются механизмы чёрного пиара и способы дискредитации конкурентов. В основу книги легла биография губернатора Луизианы Хьюи Лонга, который был одним из двух сенаторов США (по крайней мере, пока), убитых в должности (второй – Роберт Кеннеди). Лонг также стал прототипом героя романа Синклера Льюиса «У нас это невозможно» (1935 год) Берзелиуса Уиндрипа. В романе Сакса Ромера 1936 года «Президент Фу Манчу» доктор Фу Манчу тайно финансирует антимигрантского демагога и политикана-изоляциониста Харви Брэгга, а его движение Share Our Wealth выведено как «Лига хороших американцев».

Лонг на самом деле сделал много полезного для своего штата и страны в целом, но благодаря писателям заимел репутацию «политического животного». В книге Уоррена он выведен в образе политика Вилли Старка. Поднявшийся из низов общества, прирождённый лидер искренне верил, что может сделать мир лучше. Однако открывшаяся перед ним правда жизни превращает его в жестокого беспринципного политического дельца. Старк не гнушается пользоваться против своих врагов их же средствами – шантажом, подкупом, угрозами. Его «королевская рать» состоит из отъявленных негодяев, коррупционеров, казнокрадов и послушных ничтожеств. Сколько-нибудь честные и благородные люди покидают Старка один за другим, но он находит оправдание в собственной формуле: «Добро можно делать только из зла, потому что его больше просто не из чего делать». Ещё один принцип Старка – на человека «всегда что-то есть, ибо человек зачат в грехе и рождён в мерзости, и путь его – от пелёнки зловонной до смердящего савана».

Лонг в чём-то похож на Трампа. Только вот Трамп не решается заикнуться о прогрессивном налоге, потому что шарахается от всего «левого». Лонг, как и Трамп, был ярым изоляционистом и политическим националистом, который выступал против американского вмешательства за рубежом и был решительным сторонником тарифов. Он выступал за то, чтобы американское правительство отмежевалось от европейских усилий по урегулированию военных долгов и предоставлению независимости Филиппинам. Неолиберальное издание National Review отметило растущий интерес правых популистов к идеям Хьюи Лонга. Помимо правых популистов часть Alt-Right («альтернативные правые») движения тоже интересуются его идеями. Только вот Лонг считал главной угрозой для Соединённых Штатов концентрацию чрезвычайно большого количества капитала в руках узкого круга лиц, а Трамп – плоть от плоти американской олигархии.

Американская драма 1949 года по книге Уоррена получила три премии «Оскар». Сюжет о насквозь прогнившем американском политическом классе понравился в СССР, поэтому в 1971 году роман был экранизирован белорусским телевидением и вскоре получил приз – «за художественно-реалистичный показ буржуазного образа жизни». Эта экранизация тоже напрямую связана с политическими интригами. Заявку на экранизацию почти одновременно подали Станислав Ростоцкий на «Мосфильме» и Александр Гуткович в Гостелерадио БССР. Вопрос решился в пользу белорусского варианта благодаря личному участию первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии П.М. Машерова. После того как съёмки были закончены, Гуткович в результате закулисных интриг был отстранён от монтажа, который поручили оператору фильма Науму Ардашникову. Таким образом он оказался в титрах первым (по алфавиту) постановщиком, а Гуткович – вторым. Георгий Жжёнов блестяще воплотил в жизнь образ провинциального американского политикана и демагога, эта роль стала его любимой. А потом Уоррен вдруг сказал, чтобы все его гонорары отдавали Солженицыну.

В 2006 году в немецко-американской экранизации романа главную роль исполнил Шон Пенн, который начинал свою общественно-политическую деятельность как антивоенный активист, а закончил как подсадная утка ЦРУ в мексиканских картелях и ярый сторонник вмешательства США в конфликт на Украине.

Избрание популиста Хьюи Лонга в 1928 году ознаменовало собой демократическую революцию в Луизиане, впервые в истории штата позволив простому человеку быть услышанным и реально влиять на правительство. Свергнув квазиаристократическую клику и отменив избирательный налог, Лонг предоставил более чем четверти миллиона граждан возможность проголосовать. Наряду с прожиточным минимумом Лонг предлагал ввести пенсионную систему с 60 лет, сократить продолжительность рабочего дня, тем самым избавив страну от перепроизводства, зато увеличив потребление (когда человек не работает – он потребляет). Лонг ликвидировал неграмотность взрослого населения, реализовал множество инфраструктурных проектов, создал десятки тысяч рабочих мест, улучшил систему образования и здравоохранения, но в историю вошёл как беспринципный подонок и «американский Муссолини» (хотя больше на фашистов были похожи его оппоненты, создавшие военизированную организацию The Square Deal Association, которая захватывала правительственные здания и угрожала губернатору убийством). По иронии судьбы роковой для Лонга стала пуля, выпущенная охранником в киллера, но отрикошетившая и попавшая в Лонга. В общей сложности двенадцать членов семейства Лонгов вошли в политику и пользовались общественным доверием в течение десятилетий без всяких скандалов. Политическая династия Лонгов насчитывает двух губернаторов, трёх сенаторов США, четырёх конгрессменов, трёх законодателей Штатов и других государственных и местных чиновников…

Но литература вынесла ему свой приговор. И уже никто не вспомнит слова самого Уоррена (учившегося в 1930 х в Италии): «В строгом, буквальном смысле слова я не знал, кем был покойный уже Хьюи П. Лонг. Знал я «Хьюи» из мифа, с этим и прибыл в муссолиниевскую Италию, где громилы ходили в чёрных рубашках и приветствовали друг друга чудным салютом».