Более 70% российских педагогических вузов признаны Минобрнаукой неэффективными. В их числе и наш петрозаводский, на котором держится всё учительство Карелии. Столь же больно мне и за коллег из Сыктывкарского педагогического института, обеспечивающего кадрами весь Север России. Этот вуз я хорошо знаю, так как 14 лет была проректором по научной работе (1986–2000 гг.), и мы эффективно сотрудничали по разным направлениям научной и педагогической деятельности.
Сегодняшняя «охота на ведьм» всего лишь продолжение давно начавшегося процесса. Десять лет назад по этому поводу высказали глубокую тревогу ведущие учёные России, издав книгу «Образование, которое мы можем потерять» под редакцией ректора МГУ академика В.А. Садовничего. Я подозреваю, что наши чиновники не удосужились её прочитать и проанализировать. Иначе не было бы такой дикой ломки школьного образования. Проработав 50 лет на педагогическом поприще (из них 43 года в педагогическом вузе), я вижу, насколько упал уровень подготовки выпускников, как ухудшилось их логическое мышление. Школы ориентированы только на ЕГЭ, где уж тут думать о межпредметных связях, глубине познания мира. Мы ориентируемся на Запад, но кто сказал, что их образование лучше? Зачем нам понадобились бакалавры и магистры? Чтобы стать «как все»? А чем были хуже наши специалисты и аспирантуры?!
Почему надо делать «как у всех», а не так, как нужно нам? Почему надо ориентироваться на то, примут нашего выпускника за рубежом или нет, а не на то, нужен ли он производству, сельскому хозяйству, экономике, образованию, медицине России? Пора уже обустраивать свою многострадальную страну.
Вузам ставят в вину то, что высок средний возраст преподавателей, плохо идёт омоложение кадров. А представьте: зарплата молодого специалиста не более 8–9 тыс. руб. (а с них ещё снимут 13% подоходного налога!). Как можно жить на эти деньги? Наши шустрые чиновники говорят – надо зарабатывать! Как? Работа преподавателя – это сложный творческий процесс. К каждому занятию нужно качественно готовиться. Лекция, занятие – это театр одного актёра, и уровень поверхностной подготовки обречён на провал. Такой педагог в вузе долго не задержится.
Молодому специалисту надо не только учить, но и постоянно учиться самому. Надо расти в научном плане, защитить диссертацию. А это огромный кропотливый труд. Только наши депутаты и чиновники могут в промежутках между думами о народе мимоходом защитить кандидатские и даже докторские диссертации.
Могут сказать, что в вузах стало больше демократии, они даже сами теперь распоряжаются фондом заработной платы. Но из этого ничего хорошего не получилось. В советские времена ректор вуза получал чуть больше заведующего кафедрой или профессора (на 15–20%), теперь же эта разница – в разы! Где на Западе возможно такое?! В большинстве вузов резко увеличилась явно непедагогическая часть штата с оплатой труда повыше, чем у преподавателя. А чтобы восполнить пробелы, как никогда выросла учебная нагрузка. В какие времена нормой для ставки профессора были 700 аудиторных часов?! При этом наш профессор получает много ниже, чем аспирант в Финляндии. А мы хотим, чтобы всё было, как у них…
Образование – это будущее страны, это фактор её экономического и духовного роста. Оно определяет место России в мире. Шли столетия, менялись способы управления, но неизменным в России был принцип ответственности государства за образование. Сегодня же речь идёт о том, что образовательное сообщество само должно о себе заботиться, «зарабатывать на жизнь», а не надоедать просьбами о материальной поддержке. Но ведь образование – не доходное место. А если оно вдруг и на деле станет таким, то уж тогда Россия точно потеряет себя. Решить проблему материального обеспечения вузов за счёт сокращения их числа или так называемого преобразования – мероприятие, явно непродуманное, если не сказать, преступное.
Сегодняшняя «охота на ведьм» всего лишь продолжение давно начавшегося процесса. Десять лет назад по этому поводу высказали глубокую тревогу ведущие учёные России, издав книгу «Образование, которое мы можем потерять» под редакцией ректора МГУ академика В.А. Садовничего. Я подозреваю, что наши чиновники не удосужились её прочитать и проанализировать. Иначе не было бы такой дикой ломки школьного образования. Проработав 50 лет на педагогическом поприще (из них 43 года в педагогическом вузе), я вижу, насколько упал уровень подготовки выпускников, как ухудшилось их логическое мышление. Школы ориентированы только на ЕГЭ, где уж тут думать о межпредметных связях, глубине познания мира. Мы ориентируемся на Запад, но кто сказал, что их образование лучше? Зачем нам понадобились бакалавры и магистры? Чтобы стать «как все»? А чем были хуже наши специалисты и аспирантуры?!
Почему надо делать «как у всех», а не так, как нужно нам? Почему надо ориентироваться на то, примут нашего выпускника за рубежом или нет, а не на то, нужен ли он производству, сельскому хозяйству, экономике, образованию, медицине России? Пора уже обустраивать свою многострадальную страну.
Вузам ставят в вину то, что высок средний возраст преподавателей, плохо идёт омоложение кадров. А представьте: зарплата молодого специалиста не более 8–9 тыс. руб. (а с них ещё снимут 13% подоходного налога!). Как можно жить на эти деньги? Наши шустрые чиновники говорят – надо зарабатывать! Как? Работа преподавателя – это сложный творческий процесс. К каждому занятию нужно качественно готовиться. Лекция, занятие – это театр одного актёра, и уровень поверхностной подготовки обречён на провал. Такой педагог в вузе долго не задержится.
Молодому специалисту надо не только учить, но и постоянно учиться самому. Надо расти в научном плане, защитить диссертацию. А это огромный кропотливый труд. Только наши депутаты и чиновники могут в промежутках между думами о народе мимоходом защитить кандидатские и даже докторские диссертации.
Могут сказать, что в вузах стало больше демократии, они даже сами теперь распоряжаются фондом заработной платы. Но из этого ничего хорошего не получилось. В советские времена ректор вуза получал чуть больше заведующего кафедрой или профессора (на 15–20%), теперь же эта разница – в разы! Где на Западе возможно такое?! В большинстве вузов резко увеличилась явно непедагогическая часть штата с оплатой труда повыше, чем у преподавателя. А чтобы восполнить пробелы, как никогда выросла учебная нагрузка. В какие времена нормой для ставки профессора были 700 аудиторных часов?! При этом наш профессор получает много ниже, чем аспирант в Финляндии. А мы хотим, чтобы всё было, как у них…
Образование – это будущее страны, это фактор её экономического и духовного роста. Оно определяет место России в мире. Шли столетия, менялись способы управления, но неизменным в России был принцип ответственности государства за образование. Сегодня же речь идёт о том, что образовательное сообщество само должно о себе заботиться, «зарабатывать на жизнь», а не надоедать просьбами о материальной поддержке. Но ведь образование – не доходное место. А если оно вдруг и на деле станет таким, то уж тогда Россия точно потеряет себя. Решить проблему материального обеспечения вузов за счёт сокращения их числа или так называемого преобразования – мероприятие, явно непродуманное, если не сказать, преступное.
