Литературный тупик

И вот тут никакого консенсуса не существует. Зачастую одни и те же люди высказывают прямо противоположные точки зрения: программу изменять нельзя, любой образованный человек должен прочесть русскую классику, но менять надо, поскольку она не понятна и не интересна детям. На одном из форумов активно обсуждался пост одной из мам о хрестоматийном отрывке из «Евгения Онегина» «Зима!.. Крестьянин, торжествуя…», из которого выяснилось, что современный ребёнок не знаком с большинством слов из этого текста, а потому это не изучение, а мучение. Многие другие произведения русской классики, включённые в программу начальной школы, определяются как архаичные, сложные, скучные, не соответствующие реалиям современности. При этом высказываются предложения заменить традиционные тексты более актуальными, понятными и увлекательными, поскольку «старая» литература вырабатывает у детей стойкое отвращение к чтению. Такой же позиции придерживаются родители старшеклассников, уверенные, что подросткам недоступно чтение крупных произведений литературы XIX века из-за их чрезмерного размера и сложности, требующей более высокого уровня зрелости личности. Даже многие из высокообразованных родителей заявляют, что классика устарела и они сами не стали бы читать «Войну и мир» и «Преступление и наказание»! Все сторонники такой точки зрения убеждены, что чтение произведений, не нужных и не интересных детям, формирует ненависть не только к урокам литературы, но и к чтению вообще, которое всё-таки ещё считается обязательным атрибутом культурного человека. Другое дело, что никаких предложений, на что можно заменить эти произведения, не делается.

Но на тех же интернет-форумах зачастую те же самые участники (когда пишут не о собственных детях, а о ситуации со школьным образованием вообще) категорически возражают против того, чтобы из школьной программы изымались классические произведения. Такие обсуждения выражают не просто возмущение, а носят панический характер: «Вы слышали, что эти уроды убрали из программы «Анну Каренину?!», «А вы знаете, что теперь «Тихий Дон» не проходят в школе? Хотят окончательно сделать детей дебилами!!!» и прочее.

Казалось бы, ситуация парадоксальная: программа плохая, её надо менять, но менять ничего нельзя, поскольку любое изъятие из неё произведений русской классики воспринимается как попытка ограничить доступ молодёжи к великой русской культуре. Это делает ситуацию патовой – неудовлетворённость уровнем образования растёт, но любые изменения заведомо отвергаются. Парадокс связан с двумя параллельно идущими процессами: с активной десакрализацией классики, когда произведения, традиционно воспринимавшиеся как знаки величия русской культуры, начинают оцениваться более прагматически: подходят они или не подходят моему ребёнку. И зачастую ответ оказывается не в пользу произведений.

За последние два десятилетия значительно снизился статус интеллигенции – группы, прежде задававшей социокультурные нормы, а вместе с её авторитетом стала снижаться ценность поддерживаемых ею литературных образцов. С другой стороны, этот процесс далеко не завершён, а потому любые поползновения на школьную программу оцениваются как недопустимые для общества в целом, как попытки разрушить всю русскую культуру. Если для моего ребёнка «торжествующий крестьянин» скучен, непонятен и его лучше чем-то заменить, то для страны в целом Пушкин пока ещё «наше всё» и ни одно из его произведений не может уйти из школьной программы, поскольку это разрушит культурные устои, национальную идентичность и мировое величие русской культуры. «Казнить нельзя помиловать», где ставить запятую? Ответ на этот вопрос общество дать не готово.