Их представляли героями, их боялись, демонизировали, возлагая вину за репрессии 30-х, а потом за развал страны 91-го. В истории этой спецслужбы были разные страницы – трагические и величественные, но во все времена чекисты обладали статусом людей особенных. Дело даже не в военной выправке – она-то как раз не является обязательной приметой профессии. Важно другое – особая доверительная манера, непоказное хладнокровие, ненавязчивая открытость. Чекистов учат быть притягательными. Яркий пример – президент страны, наблюдая за которым каждый раз отмечаешь школу спецслужб. Однако образцовый чекист – не только следствие выучки, но ещё и «плод культуры». Например, когда Путину было шестнадцать – в СССР вышли фильмы «Щит и меч» и «Мёртвый сезон», в двадцать один – «Семнадцать мгновений весны». Герои Станислава Любшина, Донатаса Баниониса, Вячеслава Тихонова стали эталоном чекистской породы. Эти образы вовсе не были неким абстрактным киношным допущением. Создатели фильмов о чекистах вдохновлялись самими чекистами, основывались на истории, на опыте общения с реальными советскими разведчиками. В этих фильмах, кроме воспитания мужественности, всегда содержались мощное гуманистическое начало и представления о миссии – всё то, что было заложено 100 лет назад, в 1917 году. И когда президент на недавней пресс-конференции рассказывал об «оборотнях» в системе ФСБ, возникала мысль: эти учились на каких-то других фильмах.
Продолжение темы на стр. 3, 4-5, 15