Марш за «Свободу»

Макару Макаровичу предстоит активность. Он увидит единомышленников. Рукопожатных музыкантов. Больших писателей. Маленьких политиков. Дорогостоящих журналистов. Самое главное – он увидит людей, а не быдло. Быдла в Москве много. Слишком много для того, чтобы людям было хорошо и комфортно жить. «Этот народ не спасти», – думает Макар, глядя в окно. Макар не собирается спасать народ, он лишь надеется, что на его век народа хватит. Народ годится для того, чтобы на нём зарабатывать, сам же Макар старается иметь дело только с порядочными людьми.

Надев тёмные очки, он выходит на бульвар. «Сало уронили!» – несётся откуда-то. Макар недоумевает. Но его уже встречает друг, политик Борис. «Героям – сало!» – почему-то кричит Борис, вскидывая руку. Макар снова недоумевает, но на всякий случай повторяет жест. Собирается большая толпа. Порядочных людей в Москве много. У них у всех хорошие лица. Здесь и сейчас они все ужасно любят друг друга. Они делают памятные фоточки, чтобы потом смотреть и вспоминать это прекрасное время единения и солидарности порядочных людей. Над толпой реют чёрно-красные флаги. Макар таких раньше не видывал. А Борис – да. Борис думает, что это очень практичные флаги, которые можно носить и на засвободных, и на антивоенных митингах.

«За что сегодня? – спрашивает Макар. – Против кровожадных русских фашистов или за свободолюбивых украинских патриотов?» Борис отвечает, что марш справится с обеими задачами. Они улыбаются друг другу. Они рукопожатны. Им пожимают руки писательница Людмила и сестра-благодетельница Ирина. Они все любят друг друга. Где-то рядом раздаются крики: «Бандера придёт – порядок наведёт!» Порядочные люди уверены, что для порядка Москве, как и Украине, не хватает Бандеры.

Колонна торжественно трогается. Все радуются. Сегодня никто здесь не предал идеалов. Сегодня вражеская столица, по которой они идут, расстилает перед ними свои деспотические бульвары. А завтра, кто знает, возможно, они окажутся в родном и свободном Берлине. Там хорошо и чисто, и гораздо комфортнее, чем на несуразной и бедной, но оттого ещё более милой сердцу Украине. Бедных, далёких и несуразных любить приятно: с ними всё равно не жить. А бедных, близких и грубых – неприятно: с ними приходится пересекаться. Порядочные люди одобрительно щурятся на сине-жёлтые флаги. Сегодня они вышли гулять за свою свободу. И за украинскую «Свободу» тоже (как это практично: можно даже не менять формулировки!). В общем, свободу для всех, кроме русских Украины. Ну и тех, кто имеет глупость выражать солидарность с ними. Это нерукопожатно. Это даже как-то неприлично. Пусть они захлебнутся криком в своём Донбассе. Порядочным людям не нужен Донбасс. У них уже есть Кузбасс. И норильский никель.

Колонна движется. Все очень храбрые и стойкие. И только одно тревожит Макара: ему смутно кажется, что он уже это где-то видел. Колонна цивилизованных людей, идущая по вражеской Москве. «Может быть, здесь пройдёт палач, терзавший где-нибудь на Украине твоих родных…» – всплывает в памяти голос советского диктора. Макар дёргает за рукав Бориса: «Послушай, не этим ли маршрутом водили пленных немцев?» Борис отмахивается, он политик с большим стажем, он привык. «Нет, тех водили по Садовому кольцу, а мы идём по Бульварному. Большая разница». Макар кивает. Он успокаивается. Он верит, что это большая разница. Тёмные очки окрашивают имперский город в надлежащие тёмные тона. Где-то за МКАД возится, копошится непонятная, архаичная и враждебная страна. В тысяче километров к западу, в городе Донецке, глупые архаичные люди с криками: «Россия! Россия!» штурмуют нормальную олигархическую администрацию. В двух тысячах километров к западу, над славным городом Берлином, стоит в зените солнце.