Молчанием я голос сорвала…

Сторона Табынская

И земля ордынская, и Святая Русь…

Сторона Табынская, я тебе дивлюсь

С детства босоногого. Здесь, на берегу,

Наглядеться пробую – только не могу.

Алой лентой тонкою тянется закат

Над седой Усолкою – там, где уток ряд;

Над землёй былинною, где острог стоял,

Где с особой силою чувствуешь Урал.

Нет, не обесточила веру тьма времён:

Кто в твои источники, в лес твой не влюблён?

Так веками водится: под напев реки –

Церковь Богородицы, бии, казаки.

У креста поклонного – мудрые дубы…

Словно вечность помню я – и нельзя забыть,

Нет, не солнце крымское или Петергоф –

А тебя, Табынская,

Сторона Табынская –

Дней яицких зов.

* * *

Мы говорим на русском языке,

Как солнце отражается в реке

И сердце разрывается от боли,

Когда за правду принимают ложь,

Когда вдали от родины живёшь,

Когда идут на бал не те герои.

Мы говорим на русском о любви,

Терпении – и, что ни говори, –

О лебединой вере, что с авосем

Веками рядом ходит по судьбе

И от рожденья греет колыбель

Большой страны, не изменив, не бросив.

В нас русскость проступает даже в том,

Что говорим на языке ином

С акцентом, узнаваемым повсюду.

А там, где и словами не сказать,

Как хорошо на русском помолчать…

Молчать на русском, воспевая чудо.

Реки и солнца воспевая чудо.

* * *

Орбита твоя ментальна,

                      незрима в быту усталом.

И пусть для иных ты – тайна,

                      магический блеск кристалла,

Я знаю: ты – звон межзвёздный

                      отеческих колоколен,

Который Началом создан

                      и этим навеки волен;

Планета святая сердца,

                      вселенского Древа голос,

В тебя мне не наглядеться,

                      огонь мой, вода и Хронос;

И, даже теряя почву,

                      ломая, что копья, свечи,

Я помню, что мир бессрочен,

                      пусть чопорен и беспечен,

Твоей безотчётной верой

                       спасая мечту и душу…

Ты – Слово, что было первым, –

                        нет проще его и лучше.

Сама ты – и до, и после,

                        и вечности голограмма…

Вдыхаю открытый космос

И вижу, и слышу: Мама.

***

Молчанием я голос сорвала.

Молчанием о том, что беспощадно,

Несправедливо, выжжено дотла

В столичном граде пафоса площадного.

Когда и подхалиму, и рвачу

Дают добро под звуки артобстрела

Истории славянской – я молчу –

Зачем, скажи! – неужто постарела

И перестала – с шашкой наголо?

Молчание

Империи кромсало.

Возьми, о Слово, под своё крыло

И честности вдохни в мечты кресало;

И пусть огонь молитвенных речей

Немых-бездымных через боль восстанет…

Молчанье слышат церковь и мечеть.

Оно, как бумеранг, страшнее стали.

Южнорусские хроники

Отрывки цикла

Ночное

Когда славяне бьются со славянами,

Дни кажутся безумными и пьяными –

Ведь англосакс в открытую не борется,

Гнедых троянских посылая конницу.

5–6 апреля 2022

Credo

Я как считаю: ты рождён в стране –

В своей стране –

И зной здесь или вьюга, –

Ответственны внутри вы и вовне

Друг перед другом.

Она – твоя, и ты – её

На сто –

Что в парке тихом,

Что на Рубиконе…

Вот так

Под полумесяцем-крестом

Стоять стеной –

И в радости, и в горе.

3 мая 2022

***

Когда она касается тебя,

Ты понимаешь кое-что иначе,

И по-другому смотришь на ребят,

И недежурно говоришь «удачи».

Стоишь, не зная, кто, куда, когда;

Глядишь в себя на ладоге-байкале

Меж робким «может быть» и громким «да»,

Судьбу Руси как будто выбирая –

Без выбора, как в давние лета, –

Всё принимая, веруя по чести…

Когда она касается листа,

Перо стальное ангел свыше крестит.

21 сентября 2022