Названия могли быть другими

Прочитал статью «Где проспект Ивана Калиты», решил поделиться с вами своими воспоминаниями.

Дело в том, что я был вхож в дом одного из крупных деятелей партии и правительства: моя жена и жена его младшего сына троюродные сёстры.

Вот уже во взрослом состоянии я увидел у него в доме две книги: «Проект реконструкции Москвы» начала 30-х годов с пометками, как выяснилось, самого Сталина и «Высотное строительство и продолжение реконструкции Москвы» от 46-го года тоже с пометками Сталина. До сих пор жалею, что не выпросил эти книги. Тираж этих книг был несколько экземпляров.

Первое, что меня поразило, это заметка на проекте Дворца Советов, о котором говорят, что это детище Сталина, «не слишком ли крупная стройка в центре города, не затмит ли она собой памятники истории? Посоветоваться с Барановским!» Из первой книги я узнал, что у Казанского собора на Красной площади сгнил в то время фундамент, и на градостроительном совете было решено разобрать здание, предварительно сняв все украшения и размеры. После замены и укрепления фундамента в 41-м году начать восстановление храма. Что поразило и что запомнилось – это история с Иверской часовней и Иверскими воротами: их не сносили вообще, а должны были перенести после окончания строительства метро в переулок. Видимо, в Богоявленский, к стоящему там и действующему храму. Перенос памятника Пушкина был сделан для того, чтобы он стоял лицом к Тверскому бульвару, на котором предполагалось установление скульптуры русских писателей. Не помню сейчас точно – шесть или семь. На Суворовском бульваре у Никитских Ворот должны были стоять два памятника: на самом бульваре – памятник Герцену с Огарёвым, а у Мерзляковского переулка, где старинная церквушка, памятник Суворову.

Ведь по московской легенде, Суворов был то ли прихожанином этого храма, то ли воздвиг его на свои деньги. На Арбатской площади кроме памятника Гоголю должны были стоять памятники Тургеневу (ближе к суворовскому) и Белинскому в центре площади, где сейчас часовня.
Но вот то, что перекликается со статьёй, это название улиц в центре Москвы между Китай-городом и Бульварным, а потом и Садовым кольцами. По радиусам в основном улицы должны были носить имена писателей. Например, Мясницкая должна была называться в проекте улицей Салтыкова-Щедрина, а набережная от Бульварного кольца до Садового кольца от храма Христа Спасителя должна была быть набережной Тургенева. Улица Петровка должна была стать улицей Островского.
Садовое кольцо должно было стать Композиторским, а переулки и маленькие улицы в центре должны были носить имена поэтов и артистов. Так, например, Чистый переулок должен был носить имя Дениса Давыдова.

Во второй книге ставился вопрос об увековечивании на карте Москвы имён москвичей – героев Великой Отечественной войны и деятелей культуры, погибших во время войны.
В новых районах Москвы за Садовым кольцом улицы должны были носить имена учёных, изобретателей и конструкторов. Конечно, не были забыты и имена революционеров и бунтарей и древних полководцев. Так, в Москве должны были быть улица Евпатия Коловрата, Александра Невского, Дмитрия Донского, Боброка-Волынского, Ермака, Степана Разина, декабристов, Кропоткина, Дзержинского, но должна была быть и улица Костюшко и Домбровского.

В Замоскворечье, видимо, из-за Третьяковской галереи, улицы и переулки должны были носить имена художников и скульпторов. Например, Полянку по плану должны были переименовать в улицу Верещагина. Сейчас уже не помню: то ли Якиманку, то ли Ордынку хотели назвать улицей Репина.

Дмитрий ХАНДАМИРОВ