Не ждать потерь и не бояться встреч

Два окна

Одно окно выходит на рассвет,

другое – на задумчивый закат.

В одном жасмина белоснежный цвет,

в другом поблекший предосенний сад.

Всё восхищает в утреннем окне:

полёты птиц, лучей игривый танец.

В вечернем жизнь как будто в полусне,

печален клёнов выцветший багрянец.

Открою быстро первое окно:

станцую с солнцем самбу и ламбаду.

А грустное вечернее кино

зашторю: ни о чём жалеть не надо.

Пусть солнце разливается в тиши,

пускай поплачут капельки в фонтане.

Мы окна открываем для души,

а день всегда и светел, и печален...

Рубиновым вином

Рубиновым вином стекает в сердце грусть,

в тумане поседело морское молоко.

Не страшно ничего, и слёз не стыдно – пусть.

Твой номер недоступен, ты снова далеко.

На море корабли скучают и молчат,

на суше у людей – капризы и печаль.

А чайки над волной отчаянно кричат

о том, что мы друг другу чужими стали – жаль.

Придуманная грусть растает поутру.

По камушкам спускаться и больно, и легко.

Меня ты не поймёшь, скорее я умру,

над бездной голубой взлетая высоко.

Фламинговый восход и у причала тишь.

Накину белый плед, как будто бы в кино.

Рубин стучит в груди, я знаю – ты не спишь

на том краю земли, где выпито вино.

Потеряла сердце

Потеряла сердце – где оно пропало?

На земле далёкой от меня сбежало.

Или обронила по дороге к храму?

Не теряй поклажу, говорила мама.

Нет теперь надежды – где страдает сердце?

Осенью колючей грустно, не согреться.

Поезд мой умчался, печь давно остыла.

Как я потеряла? Где его забыла?

Задала вопрос я в быстром интернете –

не видали сердца вы на белом свете?

Очень быстро бьётся, глупое такое.

Плачет, не смеётся, и не молодое...

Через день приходит мне ответ короткий:

уезжай подальше, уплывай на лодке

в край, где нет обмана, в рай, где очень тихо.

Ждёт тебя твой поезд, и не будь трусихой.

Там твоя пропажа, там живёт надежда.

Сердце обогреет, будет всё, как прежде.

Вдаль лети, не бойся, жар в груди вернётся.

И назло печали солнце улыбнётся.

Нет в мире

Нет в мире ничего святого,

однако свято всё вокруг:

берёза, листья у порога

и теплота любимых рук.

Осенний вальс неспешных мыслей

о бренности земных чудес,

компот из сливы сладко-кислый

и за дорогой тихий лес.

Застыл пейзаж и ждёт спасенья

от налетевших холодов.

Зачем-то хочется прощенья

у дальних дремлющих богов,

как будто бы давно потерян,

забыт весенний райский сад.

Неумолимо старит время,

и нет, и нет пути назад.

Быть может, стужа не напрасна,

а осень в шапке золотой

опять трагически прекрасна –

сама становится святой.

Я научилась мудро жить, спокойно

Я научилась мудро жить, спокойно,

людей и отношения беречь.

Нести свой крест без паники, достойно.

Не ждать потерь и не бояться встреч.

Прощать ошибки, страх и чью-то глупость.

Смеяться солнцу, радоваться в дождь.

Идти тропой сквозь вихри или скупость,

как ходит краснолицый ловкий вождь.

Скупые сердцем бродят по планете,

боятся чувств и радостей земных.

Они ещё не выросли – как дети

беспомощны, и глядя на таких,

Совсем не хочется спускаться до обиды,

до дрязг пустых, в непониманья тьму...

Я мудрая – ловлю добра флюиды.

Живу на свете, радуясь всему.

Путь

Странный и хлопотный путь мудреца:

быть несчастливым, но жить без конца.

Жить в отражении множества глаз,

в листьях на дереве, в облаке фраз.

В чьих-то беседах, всегда на виду.

Радость дарить, отгоняя беду.

Думать о многих, забыв о себе,

стать маяком, не сдаваясь судьбе.

Плакать ночами, а утром сиять,

звёзды кому-то с небес доставать.

Каждый один, но мудрец одинок

словно в пустыне забытый пророк.

Нет у него ни дворца, ни венца.

Только молитва в душе мудреца.