Солженицын – человек великой судьбы, избранник. Этот масштаб (и то, что он ему соответствовал), отличает его от многих. Это не сумма, а цельный исторический кусок: человек равен эпохе. Что гениально было в поведении Солженицына, так это то, что во время хрущёвской оттепели и публикации «Одного дня Ивана Денисовича» он воспользовался своей временной славой, чтобы глубоко залезть в архивы, а не для того, чтобы стричь купоны. Получается, что он ограбил чекистов, что замечательно было видно по тому почти персональному гневу, который прозвучал при его высылке. В каждом случае он становился по абсолютной величине – в математическом значении – равен той теме, за которую брался. Если Сталин – то он Антисталин. Он умел отражать в другом знаке то зло, которому явился свидетелем и страдальцем.
Андрей Битов
Александр Исаевич, конечно, был образцом человека чести и цели. Никакой праздности. Дело, дело, дело. Даже когда в дружеской компании встречались, всегда сразу говорил: «Вот есть у меня полчасика, потолкуем, и надо бежать работу заканчивать».
Без сомнения, Солженицын – продолжатель традиций русской классической литературы. Как и у Фёдора Михайловича, его тема – надо начинать с себя. К этому призывал и сам так жил. Всегда оставался верен своим нравственным понятиям...
Человек верующий, Солженицын явно готовился к тому путешествию, которое теперь ему предстоит...
Юрий Любимов