Никогда не говори никогда

ЧИТАЮЩАЯ МОСКВА

Сергей Десницкий. Пётр и Павел. 1957 год: Роман.– М.: ПРОБЕЛ-2000, 2010. – 724 с. с портр.– 500 экз.

В начале лета 1958 или 1959 года в Школу-студию при Художественном театре пришёл на консультацию Сергей Десницкий, худенький молодой человек, чуть выше среднего роста, слегка сутулившийся и очень застенчивый. День выдался жаркий, абитуриентов, как всегда, было много. Поэтому Виктор Карлович Монюков, который вёл консультацию, не мог слишком подробно слушать каждого и позволял читать дольше других лишь тем, кому не советовал зря тратить время: шансов выдержать конкурс у них не было никакого.

Положение приёмной комиссии и без того трудное в тот год осложнялось ещё несколькими дополнительными моментами. По распоряжению свыше предпочтение следовало отдавать тем, кто уже успел где-то отработать несколько лет или отслужить в армии, но главное – происходить из семьи рабочих и крестьян, как в 20–30-е годы, – на последнее обстоятельство обращалось особое внимание!

К сожалению, С. Десницкий не вписывался в эти параметры ни по своим внешним данным, ни по анкете, ни по репертуару, излишне изысканному. И всё же Монюков порекомендовал его на конкурс, пояснив своё решение тем, что в конце концов кто-то же должен будет играть роли интеллигентных людей. Приёмная комиссия согласилась с этими доводами, и в результате Десницкий благополучно окончил актёрский факультет, сперва служил в «Современнике», потом во МХАТе, в Театре «У Никитских ворот», затем снова вернулся во МХАТ. Параллельно снимался в кино и на ТВ, занимался режиссурой, сочинял пьесы, некоторые из них даже были поставлены. За полвека Десницкий переиграл множество ролей, в том числе и главных. Особенно его притягивали герои Чехова и Булгакова, как прав оказался В. Монюков! Но он с почтением относился и к творчеству Гоголя, Мольера, Льва Толстого, Александра Островского, Горького, наших современников – Вампилова и Думбадзе. Часто встречи эти ознаменовывались радостными удачами.

Но вот сейчас вышел роман Сергея Десницкого «Пётр и Павел, 1957 год», 700 с лишним страниц! Никаких воспоминаний о прожитых годах, никаких разговоров о театре и кинематографе. Автор помещает своих героев в 1957 год, но с помощью отступлений и воспоминаний или позволяет себе и им совершать экскурсы в прошлое, отчего роман по широте охвата событий обретает черты вселенские: здесь и войны, и раскулачивание, и непримиримая борьба с религией, и противостояние ей верующих, и репрессии, и реабилитация – всё, что пришлось пережить нашему многострадальному народу!

В конце книги – дата: «3 октября 2009 года, Москва». Вероятно, речь идёт о дате завершения работы над романом и месте, где это произошло. Но о том, сколько времени ушло на его написание, автор не сообщает. Равно как и не повествует о том, каким образом он, появившийся на свет в 40-е годы, с такими подробностями, словно очевидец, рассказывает о временах давно прошедших.

В романе вызывает восторг и удивление всё: и композиция, и образы, и авторские размышления о смысле жизни, и владение словом, будто строчки эти принадлежат не актёру, от нечего делать взявшемуся за перо, а серьёзному профессиональному писателю. Никогда не говори никогда – так и хочется повторить это выражение, применив его в данном случае к актёру, на какое-то время сменившему профессию и обратившемуся в финале к читателям с такими словами: «Много ли человеку надо для того, чтобы быть счастливым?..

Смотря какому и смотря при каких обстоятельствах. Но, если серьёзно, всего ничего.

Во-первых, чтобы родные были здоровы, чтобы дети не голодали и защищала всех от непогоды надёжная крыша над головой. Но главное, чтобы душа человеческая жила в согласии с Богом и, конечно же, с самим собой. И чтобы по ночам не мучили угрызения совести, а зависть, обида и ненависть не сводили с ума.

Так уж повелось на этом свете: даже после самого жестокого ненастья непременно наступят ясные, погожие дни. Тяжёлые мрачные тучи уйдут куда-то прочь, и яркое тёплое солнце, повинуясь воле Создателя, пробьётся сквозь их мутную пелену, отогреет озябших, обнадёжит отчаявшихся, успокоит мятущихся, просветит ослеплённых. Слёзы высохнут, и на истерзанную человеческую душу снизойдут мир и покой.

Вот и всё».

Согласитесь, эти слова могут принадлежать только глубоко верующему человеку, исповедующему любовь, добро, мир и согласие, независимо от того, какому Богу он поклоняется.

Борис ПОЮРОВСКИЙ