КНИЖНЫЙ 
РЯД
Олег Басилашвили. Неужели это я?! Господи… – М.: Эксмо, 2012. – 384 с.: ил. – 3100 экз.
Известие о том, что вслед за своими многочисленными коллегами мемуары выпустил и Олег Басилашвили, особой новостью не стало. Он в отличие от большинства представителей актёрского «цеха» умеет чётко формулировать свои мысли и излагать их ясно, не косноязычно. Недаром в течение нескольких лет он имел на Санкт-Петербургском телевидении, а потом и на канале «Культура» авторскую программу «С потолка». Среди актёров подобный факт – редкость. Удивил Басилашвили и накануне своего семидесятилетия, в 2004-м, не ограничившись традиционными интервью, а приняв участие в многосерийном автобиографическом фильме «Странствия по минувшим годам», благодаря которому о ряде ключевых моментов биографии артиста к моменту выхода его книги мы были хорошо осведомлены. Известно было и о некоторых важных событиях, произошедших в жизни артиста со дня премьеры «Странствий…». Например, о том, что с помощью создателей телевизионного цикла «Моя родословная» Олегом Валериановичем была найдена могила, в которой наряду с останками других погибших воинов Великой Отечественной покоится прах его старшего брата Георгия. Или – о рождении внучки Мариники, которой «с любовью» Басилашвили и посвящает свой дебютный литературный опыт.
Посвящение это позволяет предположить, что в судьбе Олега Валериановича при всей его безоговорочной преданности профессии основным жизненным приоритетом является семья. Подтверждением тому служат и самые сильные в эмоциональном отношении главы книги артиста, в которых он рассказывает о своих родных. Об отце, директоре Политехникума связи Валериане Басилашвили и маме, известном пушкинисте Ирине Ильинской, дедушке, Сергее Ильинском, который должен был, согласно семейной традиции, пойти по духовной стезе, но стал архитектором, реставрировал церкви и проектировал жилые дома и даже был удостоен звания «Потомственный почётный гражданин Москвы», и бабушке Ольге Ильинской.
Знакомясь с «семейными» фрагментами книги, ни секунды не сомневаешься, что Басилашвили заставило взяться за перо не стремление снискать лавры на писательском поприще. Но прежде всего желание мысленно перенестись в то время, когда все дорогие ему люди были живы и здоровы. Пусть и «вдогонку», но всё же сказать им добрые слова в надежде, что, может быть, где-то там, в ином мире, они его услышат…
Говоря о своей персоне, Басилашвили неизменно критичен (иногда – даже слишком) на протяжении всего повествования, иронизируя и по поводу вдруг нагрянувшей старости с её болезнями и прочими неприятностями, а также в связи со своими актёрскими способностями (не от этой ли постоянной неуверенности в себе и возникло странное название книги). А для характеристики режиссёров театра и кино, у которых сыграл свои лучшие роли, преподавателей и однокурсников по Школе-студии МХАТ, корифеев Художественного театра и партнёров по БДТ, режиссёра-педагога Розы Сироты и, конечно, творческого лидера Большого драматического Георгия Товстоногова, Басилашвили приберегает нежные, зачастую и восторженные эпитеты. Вспоминая же о своих неприглядных детских поступках, об эвакуации в Тбилиси, о возвращении с фронта отца, ставшим за годы вынужденного отсутствия практически чужим человеком, которого пришлось узнавать заново, автор переходит на суровые, порой жестокие тона… А стоит Басилашвили коснуться печальных итогов первых российских демократических реформ, читатель не может не почувствовать, что это до сих пор причиняет ему боль….
Ещё много откровений, небанальных рассуждений о специфике актёрского ремесла и юмористических «зарисовок» по поводу зарубежных гастролей БДТ в эпоху «застоя» дарит нам настоящая книга, которая читается с большим интересом. Разочаровывает лишь наличие выражений, относящихся к так называемой ненормативной лексике, периодически появляющиеся в тексте. Зачем это понадобилось такому интеллигентному артисту, как Олег Басилашвили? Загадка. Ведь, думается, что ему, любимцу публики, чтобы быть понятым не одними лишь театралами и киноманами, наверное, не надо опускаться до такой вот сомнительной «простоты».
