Одержимый творчеством

В декабре, как известно, празднуется Международный день художника. В нынешнем году он особенный: творческий мир отмечал не только день, но и Год художника: 100-летие неповторимого Ильи Богдеско.

«Бог книжной графики» – так называли его мои преподаватели в Академии им. А.Л. Штиглица. И я про себя гордилась, что знакома с небожителем. Точнее, он был другом нашей семьи.

Помню, как мы долго едем «к дяде Илюше в гости». Петербургская зима, белый холод. Входим в дом-мастерскую, а там – тепло жёлтых ламп и много-много графических набросков на рабочем столе...

Все говорили, что Илья Трофимович творчески одержим. И это было правдой.

– Я безнадёжно болен своим ремеслом, работаю как вол, с утра и до ночи – так он сам отзывался о себе.

Думаю, что название болезни Ильи Трофимовича – гениальность. Именно она не давала ему покоя, именно благодаря ей произведения Богдеско – настоящие шедевры классика книжной графики – знает весь художественный мир.

Слава редко приходит вовремя, чаще всего она или опаздывает, или ошибается дверью, но моему герою в этом смысле повезло: он лауреат многих отечественных и зарубежных премий, среди которых и золотая медаль Академии художеств России, и золотая медаль на Международной выставке книги в Лейпциге за иллюстрации к роману Достоевского «Преступление и наказание».

В одной из гравюр Илья Богдеско изобразил только спину своего героя. Просто спину – и всё! Но ты смотришь на эту спину и сразу понимаешь, что это Раскольников… Я долго смотрела на эту работу и незаметно мысленно соскочила на воспоминание о студентке, однажды опоздавшей на занятие по живописи. Все места в аудитории оказались заняты, модель уже позировала. И тогда студентка поставила свой мольберт у двери и с вызовом спросила: «А можно я нарисую человека со спины?» Парируя подобную претензию на оригинальность, мастер по живописи Станислав Мосевич совершенно спокойно ответил: «А что, человека со спины не существует?»

И вот я смотрю на Раскольникова и думаю: да, существует. Вот он, человек, который спрашивает себя: «Тварь ли я дрожащая или право имею...»

Но вершиной творчества Ильи Богдеско, его шедевром по праву является его графика к роману Сервантеса «Дон Кихот». Говорят, что он с детства мечтал проиллюстрировать именно эту книгу. А уже упомянутый Достоевский словно благословил художника на этот труд словами: «Во всём мире нет глубже и сильнее этого сочинения. Это пока последнее и величайшее слово человеческой мысли, это самая горькая ирония, которую только мог выразить человек…»

Как известно, «Дон Кихот» по общемировому тиражу занимает второе место после Библии. Но меня лично, как и многих, наверное, потрясает не этот факт, а то, что Илья Богдеско трудился над иллюстрациями к роману Сервантеса почти двадцать лет!

«Если бы я раньше знал, сколько эта книга даёт художнику, который работает над такой космической темой, то я бы, наверное, посвятил ей гораздо больше лет» – эти слова Богдеско звучат в книге «Круг за кругом» (рукописи-воспоминания мастера для неё бережно собрала Наталья Багрова).

Мастер создал около четырёх тысяч подготовительных рисунков и пробных оттисков. Тринадцать лет потребовалось, чтобы создать уникальный авторский фолиант, в котором каждую из тридцати шести резцовых гравюр сопровождал каллиграфически написанный текст. Один из разработанных мастером шрифтов официально назван «Гарнитура Богдеско». Он создал учебник-пособие «Каллиграфия» – настольную книгу для профессионалов. А резцовая гравюра на металле, как утверждают эксперты, – это самая изысканная, аристократическая и трудоёмкая техника в графическом искусстве, она не прощает ошибки.

Илья Богдеско не допускал ошибок. Недаром его окрестили Рыцарем гравюры.

Два города – Кишинёв и Петербург – считают художника своим. И это справедливо. Илья Трофимович родился в Приднестровье, в селе Ботушаны. А в юности окончил Ленинградскую академию художеств имени своего тёзки – Ильи Репина. Академик, заслуженный деятель искусств Молдавской ССР, народный художник СССР оформил и проиллюстрировал более ста книг русской, молдавской и мировой литературы. Его работы живут и в Третьяковской галерее, и в Государственном музее А.С. Пушкина, и во многих других музеях и частных коллекциях. Вообще, для художника помимо таланта, вдохновения и наград очень важно иметь настоящих друзей – коллег, галеристов, коллекционеров – тех драгоценных людей, что сохраняют его наследие. Например, недавно в Санкт-Петербурге, в галерее на Невском проспекте, открылась выставка под названием «Дон Кихот с обложки. Илья Богдеско». На ней представлены работы мастера из собраний Кирилла Авелева, Виталия Третьякова, Ольги Кошкиной. И, конечно, имя Ильи Богдеско связано со знаковыми для Петербурга издательствами: «Редкая книга из Санкт-Петербурга» и «Вита Нова» – их удивительной красоты издания всегда выставляются на различных экспозициях.

Своё, как он сам говорил, «искусство красивой буквы» Илья Трофимович с успехом передал сыну: Валентин Ильич ныне преподаёт в школе каллиграфию. А Михаил Орлов – архитектор и исследователь творчества И.Т. Богдеско – собрал необыкновенную коллекцию: 60 портретов Ильи Богдеско кисти других художников.

Дома у меня висят портреты бабушки и дедушки пера Ильи Трофимовича. Друзья-художники, они все друг друга рисовали. И я всю жизнь смотрю на гениальные иллюстрации мастера, на подаренные им книги ручной работы... Конечно, по юности я не осознавала масштаб его личности, просто приходила «в гости к дяде Илюше». Сегодня нет уже на свете ни бабушки Вильгельмины Зазерской, ни дедушки Владислава Обуха, ни дяди Илюши. Но думаю, что на небе художники тоже продолжают творить. Иначе откуда в Петербурге такие необыкновенные закаты?..

Из книги И.Т. Богдеско «Круг за кругом»:

«В конце книги повествуется о том, как Дон Кихот заболел, о составленном им завещании и о его смерти. Друзья прощаются с ним. У меня же он прощается с читателем, как бы поручая ему борьбу со злом в этом мире. Дон Кихот страшится за будущее человечества. В глазах нестерпимая боль, сожаление о том, что он не успел совершить всех своих благородных подвигов. Он очень надеется на то, что читатель подхватит и разовьёт его великое начинание. В этом его главное завещание».