Сентябрь стал тяжёлым месяцем для немецких евроатлантических элит: на прошедших в трёх землях Восточной Германии региональных выборах существенно укрепилась оппозиция.
Правая «Альтернатива для Германии» с большим отрывом победила в Тюрингии (32,8% голосов; у ближайшего конкурента, Христианско-демократического союза, – лишь 23,6%) и усилила свои позиции в Саксонии (30,6%) и Бранденбурге (29,2%).
Левый, зарегистрированный лишь в январе текущего года «Союз Сары Вагенкнехт» смог добиться на выборах двузначных результатов и сформировать третью по величине фракцию во всех трёх ландтагах.
Крупный успех оппозиционеров объясняется тремя обстоятельствами: кризисом в экономике, недовольством миграционной политикой правительства ФРГ и – не в последнюю очередь – недовольством многомиллиардной поддержкой Украины.
Экономический прогноз неутешителен: согласно экспертным институтам, ВВП Германии сократится в 2024 году на 0,1% – в прошлом году экономика страны просела на 0,3 процентных пункта. Рецессия второй год подряд. Союз машиностроителей Германии исходит из восьмипроцентного (!) снижения объёма производства по сравнению с 2023 годом. Под угрозой оказались тысячи рабочих мест в реальном секторе экономики – сокращения анонсировали в том числе такие гиганты немецкой промышленности, как ThyssenKrupp, BASF и Bayer.
Неуверенность в наступлении завтрашнего рабочего дня усугубляется кризисом социальной инфраструктуры: в стране нехватка около 430 тысяч мест в детских садах, от 800 тысяч до 930 тысяч квартир (расчёты сильно разнятся). В Германии образца 2024 го люди ищут съёмное жильё в среднем более года. Российский читатель может счесть такую ситуацию на рынке недвижимости неправдоподобной, но это вовсе не преувеличение: весной крупнейший в ФРГ интернет-портал по поиску жилья проводил опрос – 54,4% респондентов ответили, что не могут арендовать квартиру или дом на протяжении двенадцати месяцев и более.
Кризис инфраструктуры тесно связан с кризисом миграционным, одна проблема порождает другую: в Германии зарегистрировано почти 3,5 миллиона беженцев, из них 1,1 миллиона – украинцы. По действующему закону все они должны быть обеспечены крышей над головой, но из-за недостаточного количества общежитий местные власти часто размещают беженцев в квартирах. Дефицит жилья растёт, что же до строительной отрасли… то и она находится в кризисе, количество приобретённых девелоперами участков под застройку сократилось в сравнении с 2021 годом на целых 54%. Строить в Германии становится невыгодно в том числе из-за возросших цен на стройматериалы и электроэнергию. Их удорожание, в свою очередь, напрямую связано с военными действиями на Украине и антироссийскими санкциями. Подорожание энергии является одной из главных причин текущего экономического кризиса в ФРГ в целом.
Гордиев узел проблем уже не распутать отдельными мерами без принципиального пересмотра нынешнего экономико-геополитического курса правительства Германии. Для значимого улучшения ситуации в стране необходимо решиться на радикальные с точки зрения немецкого политикума меры: отказ от односторонней зависимости от США, возможность выстраивать собственные, суверенные торгово-экономические отношения с крупными государствами мира; выстраивание сбалансированной системы распределения беженцев внутри Евросоюза; отказ от губительной для экономики Германии политики разжигания войны на Украине.
Значительная часть немецких избирателей осознала всю серьёзность ситуации и теперь готова голосовать за «несистемную» (используя российский политический жаргон) оппозицию. То есть за партии, предлагающие кардинальный пересмотр как внутренней, так и внешней политики.
Стороннему наблюдателю может показаться, что по крайней мере решение внутренней проблемы миграционного кризиса Германии под силу даже в текущей политической конфигурации. На деле же и в этом вопросе суверенитет страны ограничен Брюсселем, договорённостями в рамках ЕС. Точнее, договорённостями, которые на деле не действуют. Один красноречивый пример: в прошлом году Берлин собирался выслать обратно в Италию 15 тысяч нелегалов, первично зарегистрированных в этой стране – союзнице по ЕС, НАТО и всем прочим мыслимым международным альянсам. Мигранты не могли претендовать на официальный статус в ФРГ, так как уже подали прошение об убежище в Италии, но Рим согласился принять лишь 11 человек.
Что же касается внешней политики, то на этом поле немецким государственным деятелям, решись они хотя бы на дискуссию о целесообразности поставок оружия Украине или о временном нерасширении антироссийских экономических санкций, пришлось бы столкнуться уже не с отдельными недоговороспособными партнёрами, а со сплочённым фронтом западных союзников. Нельзя сказать, что такая дискуссия в принципе невозможна, что в Германии категорически немыслимо решение о прекращении военной поддержки Киева. Всё-таки прецеденты уже есть, Венгрия и Словакия – государства – члены НАТО – от поставок оружия отказались. Но правящие круги в Берлине прекрасно понимают: последствия будут, и будет колоссальное давление. Вплоть до необходимости усиливать личную охрану, памятуя мартовское покушение на премьер-министра Словакии Роберта Фицо (также и два покушения на Дональда Трампа; по странному стечению обстоятельств, террористы-одиночки теперь регулярно появляются возле политиков, в той или иной степени оппонирующих глобалистской повестке).
Смельчаков среди немецких системных политиков нет. Руководство всех трёх правящих партий – социал-демократов канцлера Олафа Шольца, «Зелёных» и либералов из СвДП – продолжает при любом удобном случае подчёркивать свою приверженность политике военной поддержки Украины. Той же линии придерживаются и христианские демократы, которые с высокой долей вероятности смогут победить на выборах в бундестаг в следующем году и вернуть себе кресло канцлера. Качественных изменений в лучшую сторону от грядущей перестановки в правительстве ФРГ не последует ни для России, ни для экономики самой Германии.
В этой связи недовольным положением дел в стране немцам уже не остаётся ничего иного, кроме как голосовать за новые оппозиционные партии, хотя бы на словах, а также на уровне символических жестов представляющих иную программу действий. Ведь «старые» партии ФРГ об изменениях даже не говорят.
Лидер «Альтернативы для Германии» в Тюрингии Бьорн Хёке, например, приехал на свой избирательный участок на «ладе-ниве», он же называет подрыв «Северных потоков» военным нападением на Германию и экономической войной США против ФРГ. Антироссийскую политику Хёке приравнивает к политике антигерманской, называет выступлением против своих собственных коренных интересов; русских и немцев, по его словам, объединяет «схожий духовный настрой».
Сара Вагенкнехт фактически построила всю свою сентябрьскую избирательную кампанию на требовании о мире. Вагенкнехт регулярно выступает соорганизатором масштабных антивоенных демонстраций, участники которых настаивают на прекращении военной поддержки Киева, на мирных переговорах с Россией.
За эти две партии, «Альтернативу для Германии» и «Союз Сары Вагенкнехт», и проголосовали на сентябрьских выборах от 42% (Саксония и Бранденбург) до 48% (Тюрингия) восточных немцев. Вместе АдГ и ССВ набрали во всех трёх землях больше голосов, чем три правящие в Берлине партии в сумме.
Такой результат обнадёживает, но всерьёз рассуждать о смене курса на общегерманском уровне по-прежнему не приходится. Во-первых, на западе страны поддержка у обеих партий слабее, на выборах в бундестаг они набрали бы сейчас, согласно различным опросам, в совокупности от 24% до 29%. Во-вторых, правые из АдГ и левые из «Союза Сары Вагенкнехт» относятся друг к другу с большим скепсисом – в частности, Вагенкнехт и её соратники отвергают формирование правительственной коалиции с «Альтернативой…» даже на земельном уровне.
В-третьих, и это, пожалуй, главное: сегодняшняя Германия настолько тесно вплетена в глобалистскую сеть, в структуры ЕС и НАТО, в западную транснациональную экономику, что даже частичный пересмотр этих отношений – для решения стоящих перед ФРГ экономических и общественных вызовов, как того требуют оппозиционеры, – представляется задачей если не безнадёжной, то, во всяком случае, требующей титанических усилий.
Сергей Симонов