Николай Ильин. Если окно
открыто…
Стихи.
– Ташкент:
«Oltin nur», 2017.
– 144 с. – 500 экз.
Цветение гранатовых садов, растущая за домом джугара, «сорокаградусный наш терпкий суррогат и плов с бараниной и рисом», – стихи ташкентского поэта Николая Ильина переносят читателя в Среднюю Азию, где «в сердце знойной тишины таятся вензели распева». Ташкенту и воспоминаниям, связанным с ним, посвящён первый раздел сборника «Если окно открыто…». В нём Ильин предстаёт одновременно и как тончайший лирик, и как глубинный философ, и сочетание это будет сквозным для его творчества:
Мне не представить детства
без игрушки,
Как не постичь без детства сам Ташкент.
В чём детям смысл,
для взрослых – безделушки;
Сломать смогли, а снова сделать – нет.
Кроме стихотворений, в сборнике представлены выполненные Николаем Ильиным переводы народных поэтов Узбекистана Абдуллы Арипова и Эркина Вахидова. Под пером Ильина-переводчика принимает русскоязычный облик поэзия Фариды Афруз:
Над женщиной смеяться – это грех,
А спорить с ней – уже и грех и смех.
Нет, в споре женщину
ты одолеть не сможешь,
И лишь любовь к ней принесёт успех.
Поэт демонстрирует мастерское владение ритмикой и строфикой, которые органично комбинируются в пространстве одного произведения. Так, стихотворение «Храм русских в Азии» начинается двумя секстинами, продолжается классическим катреном и завершается строфой из семи строк:
Чему, мой храм, ты стал оплот
И свет твой стал ли просвещеньем?
И кто измерит и сочтёт
Слова, дела и прегрешенья
И возвестит – чему черёд:
Просить ли за приход прощения
Иль отпущенья за уход?
Зная несколько европейских языков, Николай Ильин читает мировую литературу в оригинале и нередко обращается к ней в своём творчестве. В стихотворениях Ильина читатель встретит цитаты из Конфуция и Фрейда, упоминание персонажей Сервантеса, отсылки к Шекспиру. Зарубежная литература приобретает новые смыслы и получает иное, абсолютно современное, а порой ироничное звучание. Так, заменяя Дездемону на Держиморду в известной реплике из пьесы английского драматурга, Ильин создаёт неожиданное и меткое:
– Молился ли ты на ночь,
Держиморда?
Нет? – так молись
и шею подставляй!
Широко представлен в поэзии Ильина и пласт отечественной литературы. В сборнике читатель обнаружит фольклорного Змея Горыныча и множество обращений к классикам. Нередки в книге эпиграфы. Николай Ильин предваряет свои стихи строками из Грибоедова, Пушкина, Лермонтова, Толстого, народными пословицами и фрагментами революционных песен.
Теме Родины и истории в сборнике уделено особое внимание. Поэт тяжело переживает изменения в мире, которым даёт горькую, и даже драматичную оценку:
Времён пульсация дотошно
Колеблет жизненный зенит,
Уже моё ломают прошлое
И сносят пласт моей земли.
«Мы создали цивилизацию, / Остался ли с нами Бог?» – такой вопрос «повисает» в финале стихотворения «Изломы цивилизации».
Но несмотря на трагичность мира и на то, что, как пишет Ильин, «удача, собственность и власть – они решают отношенья», поэту удаётся сохранить лёгкость, надежду, оптимизм, жажду жизни и творчества:
Можно закрыть окно,
Но не отвадить ветер.
В стихотворениях Николая Ильина каждый, безусловно, найдёт что-то ценное: мозаику детских воспоминаний, стихи на злобу дня, философскую лирику с восточным акцентом, иронию, проникновение в историю и ощущение присутствия Бога.
Юлия Скрылёва