Ему аплодировали.
Никому другому, только ему. Настолько артистично, не сбиваясь с ритма, не теряя нить повествования, он проводил свои лекции. Именно как артист, а уж потом как литературовед.
Великолепно и вдохновенно читали лекции и Аза Алибековна Тахо-Годи, и Евгений Николаевич Лебедев, и Михаил Павлович Ерёмин, и Станислав Бемович Джимбинов, и Елена Алимовна Кешокова, и Зоя Михайловна Кочеткова, и многие другие.
Но когда раздавался звонок, а они тогда ещё звенели в институте, только Владимир Павлович Смирнов удостаивался дружных аплодисментов.
Тогда я был студентом, и не знаю, аплодировали ли ему следующие поколения. Возможно, с началом новых лет России, студенческое пылкое восприятие лекций охладело. Не знаю.
Но тогда… Нечто солнечное, что входило в аудиторию вместе со Смирновым, навсегда останется в сердце. И когда начинал звучать его умный голос, никто не перешёптывался, молчали даже задние парты, все, затаив дыхание, слушали.
По инициалам его все всегда звали Вэпэ.
Он читал лекции о Бунине, Куприне, о представителях русского зарубежья, открывая нам новые и новые имена, каждого писателя вылепливал, вынимал из забвения и дарил нам. Декламировал стихи так, что они входили в душу, и их хотелось тоже выучить наизусть.
После девяностых он продолжал читать лекции о Маяковском и советском литературном авангарде, не переставая любить ни Гумилёва, ни Бунина, ни Набокова, ни других эмигрантов.
Но грешно ограничиваться лишь его преподавательской деятельностью. Он постоянно писал статьи, и количество прозаиков и поэтов, о которых он рассказывал письменно, переваливает за три десятка. И те, кому посчастливилось слушать его лекции, теперь, читая статьи, непременно слышит неповторимый голос общего любимца Литинститута, видит дивный, немного хищный блеск его глаз.
Царствие Небесное, дорогой Владимир Павлович!
Александр Сегень, выпускник Литературного института, руководитель творческого семинара прозы
Фото: Арина Депланьи