Перекати-поле

Тимофей Хмелёв. Кикер. – М.: Флюид ФриФлай, 2018. – 320 с. – 1000 экз.

Роман «Кикер» – книга, безусловно, интересная. Формально это роман в письмах (когда-то данный жанр был в моде), но так как все письма написаны одним человеком, это можно назвать и романом-монологом. Лирический герой – американец, непрерывно мотающийся по миру (главным образом в Париж и Петербург), пишущий на трёх языках, не знающий, где он родился, кто его мать (отец, видимо, неродной – американский дипломат-еврей с русско-польской фамилией), нигде не чувствующий себя укоренённым. Словом, космополит. Зарабатывает на жизнь торговлей картинами и игрой в кикер (настольный футбол), но об этом говорится очень скупо. Подавляющее большинство страниц – бесконечные описания баров, ресторанов, напитков и блюд. Видимо, не все адресаты героя существуют в реальности (все имена – вымышлены, кроме… имени великого немецкого композитора XIX века Франца Шуберта). Почти все они – геи или бисексуалы, наркоманы, выпивохи и – как бы это покорректнее выразиться – сексуально несдержанные дамы и господа, неизвестно зачем бесконечно перемещающиеся из города в город, из страны в страну. В письмах иногда мелькают имена писателей, художников, композиторов, но – только мелькают. Видимо, проблемы искусства торговца живописью Алека Лозовски (так зовут главного героя романа), в отличие от нюансов рецептуры коктейлей и соусов, мало волнуют. Впрочем, один раз он оговаривается: «…точнее сказать, я делаю вид, что продаю картины… а вместо этого продаю наркотики».

И тем не менее книга затягивает. Постепенно проникаешься сочувствием к этому человеку, не вылезающему из нью-йоркских, парижских и прочих ресторанов. К этому неприкаянному человеку. Одна из виртуальных любовниц героя попросила его: опиши мне свою идеальную женщину. «Это я», – ответил он. Разве не надо пожалеть такого человека? Или такое его суждение: «Сегодня мы все – перекати-поле… у нас счастливо нет корней, мы перекатываемся от лёгкого дуновения. И ураганы нам не страшны… они не меняют дух ландшафта: отныне мир – пустыня». И ещё признание Алека Лозовски: «Я оглядываюсь на свою прожитую жизнь… я всегда хотел сбежать из ада своего счастья, чтобы спрятаться в раю страдания».