Поэзия

Анатолий КАРНАВИН, АРХАНГЕЛЬСК

ХУДОЖНИКУ                                                                                                                                  
Напиши эту белую ночь,
Отрази тишину и бескрайность,
Передай звуки красок точь-в-точь
И небес безграничную ясность.
Передай беспредельную высь
Голубого бездонного неба
И вложи в свою нежную кисть
Ароматы цветущего хлеба.
Нарисуй шелестенье листов,
Говорливость берёз на опушке,
Виртуозную трель соловьёв,
Предсказанья вешалки-кукушки.
Разбросай по холсту шум дождей,
Многоцветье весеннего хора
И бескрайним разливом разлей
Необъятность морского простора.
В рамки лета картину одень –
Эта прелесть её не остудит –
И теперь у меня каждый день
Белой ночью волшебною будет.

ЖЁЛТЫЙ ЛИСТ
Жёлтый лист на оконном стекле –
Непременный предвестник ненастья,
Словно память о летнем тепле,
Словно знак уходящего счастья.

Он – частичка родной стороны
И ровесник короткого лета,
Изумрудный росточек весны,
Жёлтый лучик осеннего цвета.

А вокруг увядальный шатёр,
Освещённый небесным сияньем,
Украшает бескрайний простор
Разноцветным своим одеяньем.

Снова осень на нашей земле
Провожает уставшее лето,
Только маленький лист на стекле
Не желает участвовать в этом.

СИНИЦА В РУКАХ
День на запад стал клониться,
Солнце за море упало,
И в руках моих синица
Что-то тихо просвистала.

В этом тихом пересвисте
И река, и лес, и поле,
И чуть слышный шелест листьев,
И тоска по вольной воле.

Словно хочется синице
В небо синее подняться,
На просторе порезвиться,
С журавлями повстречаться.

Допишу-ка я страницу,
Посмотрю на птичью стаю...
Всё равно же я синицу
На свободу выпускаю.

Чем держать в руках синицу,
Чем томить её в темнице,
Пусть журавль в высоком небе
Мне когда-нибудь приснится.

***
Я тихо уйду, без болезней,
Лишь только прикрою глаза,
И, словно непролитой песней,
Скатится с ресницы слеза.

Я высказать всё не успею
И выстрадать всё не смогу,
Лишь рядом останется с нею
Мой след на приталом снегу.

Но скоро и он растворится,
Лишь солнце растопит снега,
И, как улетевшая птица,
Следа не оставит нога.

И годы бесследно уносят
Тот образ, что некогда был.
Лишь внуки когда-нибудь
                                 спросят:
Здесь дедушка тоже ходил?