Александр Торопцев. Домодедовские истории. – М.: Вече, 2019. – 256 с. – (Русская проза).– 500 экз.
В книгу Александра Торопцева «Домодедовские истории» вошли повести «Свет в окне», «Год ГУМа» и циклы миниатюр «Квадратик неба синего» и «Дагестан-71». Написанные на автобиографическом материале, искренние, глубоко прочувствованные, эти произведения с отчасти повторяющимися сюжетами сливаются в одну цельную книгу – книгу о жизни Славы Торбова.
Открывающая сборник повесть «Свет в окне» рассказывает о детстве героя – послевоенные годы, великие стройки, люди, поднимающие разрушенную войной страну из руин, мать-одиночка, растящая своего сына. Образ матери, любящей, заботливой, ласковой – и одновременно непутёвой, прибегающей к помощи «зелёного змия», выписан автором с щемящей нежностью и печалью.
На фоне этой трагедии (а для любящего сына пьющая мать – это подлинная трагедия) главный герой рано взрослеет. Ещё будучи совсем ребёнком и не понимая до конца происходящего, он инстинктивно берёт мать под свою опеку, неумело стараясь утешить, развеселить («Угрюмыми словами он ласкал маму…»). Но при этом, как ни парадоксально, герою удаётся надолго сохранить детское, чистое ощущение мира.
Это отчётливо видно в повести «Год ГУМа», где перед нами уже взрослый герой, работающий грузчиком. Слепленный из другого теста, он не вписывается в гумовский мир спекуляций и наживы, мечтая заработать немного денег и вернуться в университет.
Таким же целеустремлённым и честным тружеником Слава Торбов предстаёт перед читателем в последнем цикле, «Дагестан-71», рассказывающем о жизни в стройотряде (примечательно, что книга начинается и заканчивается стройкой; композиция замыкается в кольцо. Строя дома, герой словно заново выстраивает и собственную жизнь…). Эти миниатюры интересны и тем, что в них герой выступает одновременно и повествователем. Отличает этот цикл и язык: в сравнении с повестями он более образный, более щедрый на средства выразительности, благодаря чему с новой, неожиданной стороны раскрывается внутренний мир главного героя – читатель узнаёт в нём художника…
Всестороннее раскрытие образа главного героя – одна из больших удач книги: Слава Торбов встаёт перед читателем как живой, становится на время нашим хорошим знакомым...
Ещё одна изюминка книги – это портретные зарисовки, которые удаются Александру Торопцеву, пожалуй, лучше всего. Например, так автор рисует одного из эпизодических перонажей: «Петя не всегда посещал танцы. Часто мальчишки бегали за ним, любителем бродить по вечернему посёлку. Крепкий он был человек, с медвежьим шагом и глазами голубыми, замутнёнными какой-то бедой, из-за которой, болтали старухи у подъездов, ему даже пришлось месяц в психушке провести. Лет Пете было за тридцать…»
Внимание к людям, подлинная человечность составляют основу авторского мировоззрения, через призму которого Александр Торопцев показывает нам мир. И мир в таком преломлении становится чуточку лучше и добрее.
Людмила Тарасова