Президент и дар милосердия

КНИЖНЫЙ    РЯД

А.И. Уткин. Рузвельт. – М.: Культурная революция, 2012. – 672 с. – 1000 экз.

Анатолий Иванович Уткин – выдающийся российский историк, родился в семье офицера и учительницы, вместе прошедших Сталинград, и шутливо называл себя «младшим защитником Сталинграда», хотя родился через год после окончания битвы. Он описал в своих книгах все войны России ХХ века. Но одновременно был специалистом по истории США, прекрасно знал эту страну. Помимо научных книг по истории, культуре и политике США им написано несколько биографий американских президентов. Биография Томаса Джефферсона – отца американской демократии, опубликованная в 1976 году в издательстве «Мысль» (в соавторстве с Г.А. Севостьяновым), была признана через двадцать лет в США лучшей иностранной биографией Джефферсона. Уткин написал биографии Теодора Рузвельта, Вудро Вильсона, а также Уинстона Черчилля. В этих работах он предстаёт не только как историк, но и как талантливый исторический писатель.

Биография президента Франклина Делано Рузвельта, автора «Нового курса», выглядит в сегодняшних российских обстоятельствах особенно актуально.

Идея «Нового курса» пришла к Рузвельту в период национальной катастрофы, из которой многим американцам не виделось выхода.

Хотя экономика США в 1929 году в шесть раз превышала объёмы производства начала века, ведущие бизнесмены и банкиры виделись надёжными капитанами экономики и ничто не предвещало ужасного будущего, именно этот год стал годом катастрофы. Предшествующий кризис эпохи индустриализации остался позади – он случился в 1893 году. Президент Гувер был в высшей степени удовлетворён индустриальными успехами и, когда в октябре 1929 года появились серьёзные признаки финансового неблагополучия, попытался поддержкой частного капитала предотвратить угрозы. Свободная игра рынка рассматривалась им как выход из ситуации. Но 29 октября 1929 года разразился «чёрный вторник», американская финансовая система обвалилась. Кризис распространился на промышленность и сельское хозяйство. Заколебалась вся капиталистическая система. Ни одно из многочисленных объяснений причин развала не вело к путям его преодоления. Депрессия набирала обороты и в марте 1933 года довела США до низшей точки, проникнув во все сферы жизни. Большинство людей лишалось работы и жилья, медицинской помощи, веры в будущее.

Страна была деморализована. Нарастал социальный протест. Начались массовые забастовки. Явно назрел кризис власти, не способной найти ответ на происходящее в обществе несчастье и находящейся в плену прежнего мировоззрения. Отовсюду звучали требования перемен. Но власти и бизнесмены считали кризис временным явлением. К тому же президент Гувер не слишком сочувствовал народу, попавшему в беду. Наделала шума его фраза, что в Америке никто пока не умер с голоду. Это было неправдой. Гувер не видел социальных и моральных проблем капиталистической экономики, он не мог справиться с ситуацией, следуя догмам старого курса. Когда Рузвельт был избран новым президентом Америки, Гувер умолял его быть патриотом и следовать старым подходам. Рузвельт был патриотом, но патриотизм его состоял в поиске иных путей спасения страны.

Рузвельт цитировал Библию: «...если не владею даром милосердия и любви, то я – ничто».

Он пообещал дать людям работу. Именно победа над безработицей виделась им как победа над Великой депрессией. Он сказал о необходимости поставить социальные ценности выше доходов. Он представил проект «Сто дней», включавший набор мер и программ, которых никогда не знала Америка.

Победа богатства над обществом виделась ему смертельно опасной болезнью. Кстати, она вновь вспыхнула в США уже в наше время.

Разработанные Рузвельтом особые меры для выхода из экономической депрессии должны были «цивилизовать» капитализм. За это Рузвельта обвиняли в большевизме, разрушении капитализма, многие его методы критиковались как недопустимые для США. Но итогом его деятельности стали преодоление кризиса, выход США из изоляционизма, их возвышение на мировой арене. Рузвельт привил дикому капитализму социальные и моральные начала, государству – социальный характер.

Именно реформы, основанные на сострадании, на моральных и социальных идеях, затем успешно проходили и в других странах. Премьер-министр Сингапура Ли Куан Ю свою маленькую страну, раздираемую этническими противоречиями между китайцами, индусами и малайцами, окружённую враждебными исламскими государствами, вывел из третьего мира в первый. Это было подлинное чудо. Премьер-министр Малайзии Мухамад Махатхир совершил нечто подобное. В основе его нового курса лежали не экономические догмы свободного рынка, а любовь к своему этносу – малайцам. Не отнимая ничего у более расположенных к коммерции китайцев и индусов, он упорно тянул малайцев к знаниям, экономическим успехам, обучал их и коммерции, и самоуважению одновременно. Результат – мирная процветающая Малайзия. Китай в условиях, когда глобализация была победой западного капитала над национальными интересами незападных стран, нашёл способы активного использования глобализации в национальных интересах своей страны. И именно глобализация вывела Китай в чемпионы мирового развития.

Пора бы задуматься об этом и нашим элитам, пока погрязшим в дурно понятом экономизме.

Русский патриот Анатолий Уткин писал именно о демократах-патриотах, этих, увы, редких для России фигурах. Он писал о людях, которые страстно защищали свою страну, её обычаи, ценности и культуру, демократию как политическую систему честной конкуренции, правопорядка и баланса властей. Он надеялся, что конфронтация российских элит завершится согласием именно на этой основе. Демократы не должны идти устаревшим курсом модернизации, лишь догоняющей Запад. Патриоты не должны поддерживать только традиционные и архаические начала. Нам нужен свой новый курс.

Валентина ФЕДОТОВА, доктор философских наук, академик РАЕН, зав. сектором социальной философии Института философии РАН