Равная величайшим

Плановая система спасла военную промышленность в 1941-м

Телеканал «Культура» показал замечательный документальный сериал «Равная величайшим битвам», снятый екатеринбургской кинокомпанией «Снега». Один из участников этой великой битвы вспоминал, что от слов диктора Левитана, объявлявшего имя маршала Сталина, у него волосы вставали дыбом и по телу бежали мурашки. Что-то подобное испытываешь во время просмотра фильма.

Речь идёт о беспримерном перебазировании советской промышленности в годы вой­ны с запада на восток и налаживании её работы на новом месте. Именно слово «перебазирование» лучше всего определяет суть процесса эвакуации. Эту операцию в условиях жесточайшей войны маршал Жуков охарактеризовал, как величайшую битву, выиграв которую, Советский Союз победил сильного и беспощадного противника, задумавшего силой оружия всей Европы поработить наш народ.

Много интереснейших фактов узнаёшь за четыре часа. Фильм построен на воспоминаниях участников и тех, кто в настоящее время собирает по крупицам вещественные доказательства этой эпопеи и формирует экспозиции заводских и городских музеев Большого Урала. Формирует основу памяти будущих поколений.

Ещё в конце 20-х годов для руководства Советского Союза стала предельно ясной диспропорция размещения производительных сил страны, сосредоточенных в основном на юго-западе (Украина), а также в Москве и Ленинграде. Потому-то в годы первых пятилеток стали строить заводы на Волге и восточнее её: Горьковский автозавод, тракторные заводы в Сталинграде и Челябинске, металлургические заводы в Кузбассе и Магнитогорске, завод авиамоторов в Перми, химические заводы в Ярославле и Дзержинске. Тем не менее к началу войны основная и самая технически совершенная часть оборудования и квалифицированных кадров находилась в западных областях.

Из фильма мы узнаём, что уже 24 июня правительство СССР издало Постановление «О создании Совета по эвакуации», и в тот же день руководство НКПС (Наркомат путей сообщения) довело приказом меры по эвакуации людей и всего ценного, чтобы оно не досталось врагу. ГКО (Государственный Комитет Обороны) 3 июля 1941 года издаёт постановление «О программе выпуска артиллерийского и стрелкового вооружения, плане эвакуации заводов Наркомата вооружений и создании баз в Поволжье, на Урале и в Сибири». Академик Георгий Куманёв вспоминает: «Вот где сказалось преимущество плановой экономики. За несколько месяцев промышленность успешно перемещена на новое место и приступила к выпуску продукции. Я видел вот такую «простыню», в которой расписано по пунктам: какое оборудование куда и для каких целей должно быть перевезено, расписаны люди, отвечающие за конкретное задание. Это меня просто восхитило».

Плановые преимущества дополнялись мужеством, жизнестойкостью и выносливостью советских людей. Эвакуированный из Харькова Розенфельд отмечал в фильме, что «ни одного визга, ни одного писка не было». Он же говорит, что погибших во время бомбёжки эшелонов хоронить не разрешалось, чтобы не задерживать движение составов. Составы часто шли друг за другом на расстоянии 500 метров. С сегодняшней точки зрения – это фантастика. Эвакуированным объяснили, что за ними идут похоронные команды. Другие очевидцы вспоминают чёткость проводимых антиинфекционных работ. Ни одной эпидемии не было, несмотря на недоедание, дистрофию, отсутствие бытовых удобств. Один из железнодорожников вспомнил машиниста Пашкова, который вёл состав в течение 40 часов. Примеров мужества трудового народа в фильме великое множество.

Фашисты мало бомбили передовые заводы, надеясь, что они их скоро возьмут и станут эксплуатировать, ведь на разгром СССР по плану «Барбаросса» предусматривалось пять месяцев, а первые успехи на фронтах вскружили головы захватчикам. Жалели они бомб и на эшелоны, думая, что вывозимое оборудование – это груды металлолома и они не смогут работать на русских. Но «металлолом» заработал через три-четыре месяца. Когда Гитлеру доложили в декабре, что русские производят по 1000 танков в месяц, тот не поверил. И правильно сделал, отмечают авторы фильма, потому что мы уже делали по 2000 танков.

К станкам встали женщины, дети, старики и работали по 12 часов. Часто без выходных. Описан такой эпизод. Завод «Уралтяжмаш» находился в 10 километрах от Свердловска, и рабочим, и служащим приходилось после смены ходить домой и обратно по 20 километров ежедневно. План не выполнялся, и директор Курганов понимал, что он и не будет выполняться из-за предельной усталости людей. Тогда он поставил вопрос перед ГКО о постройке троллейбусной линии от города до заводской проходной. Дорогу проложили и смонтировали линию за четыре месяца. Троллейбусный маршрут № 1 действует до сих пор.

Директорами заводов были в основном молодые ещё люди 30–40 лет, более старые просто бы физически не справились. И дневали, и спали они, не покидая заводских корпусов. Например, директор «Уралмаша» Богданчиков не спал два месяца, говоря, что нужно «всё успеть сделать». Он умер в 35 лет. Вспомнили и Григория Ивановича Носова – директора Магнитогорского металлургического завода, впервые предложившего и осуществившего прокатку броневого листа на обычном блюминге. Рискованное и мудрое решение. Носов говорил, что, если прокат не пойдёт, то он застрелится. В 1951 году он, не бывавший в отпуске 10 лет, поехал в Кисловодск, где и скончался. Сердце не выдержало покоя. Было ему 45 лет.

На промышленность работали все известные в те годы светила советской науки. Академик Патон изобрёл, например, сварочный автомат для броневого листа, что позволило производить ответственную сварку даже бывшим домохозяйкам, так он был прост в работе…

Всего, что мы узнаём в фильме, не пересказать. Его можно смотреть в Сети и задаваться вопросом: «А могли бы мы выдержать такое?» Не совсем серьёзный вопрос, учитывая изменившуюся жизнь. Но вот спросить себя: «Насколько мы в сегодняшней жизни, не менее сложной, можем опереться на их опыт?» – обязаны.

Нижний Новгород