Вся история говорит об этом. Можно вспомнить, что в конце XVI века после Брестской унии территория современной Белоруссии оказалась под властью поляков и те начали силой переводить белорусов в унию. Но всё же не смогли изменить религиозную идентичность людей. В 1839 году благодаря деятельности митрополита Иосифа (Семашко) белорусы вернулись в православие.
За последние как минимум двадцать лет в Белоруссии вновь усилилось католическое влияние. Открылось множество костёлов – не только на западе, где живёт немало поляков по национальности, но и в восточных областях, где католичество не широко распространено. Религиозный компонент идеологии ряда белорусских оппозиционеров также связан с католичеством – с латинским и униатским. Религиозно-политическая ситуация в обществе обострилась, когда некоторые представители властного истеблишмента Белоруссии пошли на контакты не только с Ватиканом, но и с Фанаром. И вот всплыли идеи автокефалии, т.е. создания параллельной православной организации – под патронатом Константинопольского патриархата. Видимо, кто-то во власти рассчитывал создать механизм управления белорусским национализмом, противопоставляя националистов-католиков и националистов-православных. Первые настроены антироссийски, вторые – антипольски и антироссийски одновременно. Однако из этого пока ничего не получилось.
Видимо, религиозный фактор был недооценён властями Белоруссии и священнослужителями. Нередко элиты наивно полагают, что могут управлять религиозным процессом – обострять его или глушить, направляя в нужное им русло. Однако природа религиозности вне рациональной политической плоскости. Её истоки – в глубинных пластах истории и традиций народа, а их изменить чрезвычайно сложно. Видимо, всё это нужно будет глубоко осмыслить новому экзарху Белоруссии Вениамину, который на минувшей неделе сменил на этом посту митрополита Павла согласно его прошению.
За последние как минимум двадцать лет в Белоруссии вновь усилилось католическое влияние. Открылось множество костёлов – не только на западе, где живёт немало поляков по национальности, но и в восточных областях, где католичество не широко распространено. Религиозный компонент идеологии ряда белорусских оппозиционеров также связан с католичеством – с латинским и униатским. Религиозно-политическая ситуация в обществе обострилась, когда некоторые представители властного истеблишмента Белоруссии пошли на контакты не только с Ватиканом, но и с Фанаром. И вот всплыли идеи автокефалии, т.е. создания параллельной православной организации – под патронатом Константинопольского патриархата. Видимо, кто-то во власти рассчитывал создать механизм управления белорусским национализмом, противопоставляя националистов-католиков и националистов-православных. Первые настроены антироссийски, вторые – антипольски и антироссийски одновременно. Однако из этого пока ничего не получилось.
Видимо, религиозный фактор был недооценён властями Белоруссии и священнослужителями. Нередко элиты наивно полагают, что могут управлять религиозным процессом – обострять его или глушить, направляя в нужное им русло. Однако природа религиозности вне рациональной политической плоскости. Её истоки – в глубинных пластах истории и традиций народа, а их изменить чрезвычайно сложно. Видимо, всё это нужно будет глубоко осмыслить новому экзарху Белоруссии Вениамину, который на минувшей неделе сменил на этом посту митрополита Павла согласно его прошению.
Место работы/Должность: член бюро президиума Всемирного русского народного собора
Александр Владимирович Щипков (род. 3 августа 1957 года, Ленинград, СССР) — российский социолог религии, политолог, специалист в области государственно-конфессиональных отношений, журналист, кандидат философ... Подробнее об авторе