Наталья Моловцева пишет для простых людей, в центре её произведений – обыкновенная жизнь. Известная воронежская писательница размышляет о том, что лежит в основе творчества и на чём держится мир.
– Наталья Николаевна, где вы черпаете материал для ваших книг? Какие люди интересны вам как писателю?
– Скажу откровенно: у меня плохо обстоят дела с фантазией. Может быть, поэтому мне дороги и понятны слова Константина Паустовского, заметившего, что жизнь богаче и ярче всякой фантазии. Для меня Паустовский – большой авторитет в литературе. И почему бы мне не согласиться с ним, если и сама много раз убеждалась: жизнь – самая обыкновенная, та, что за окном, – способна преподносить сюжеты, которых не изобрести самой изощрённой фантазии?
Отсюда и ответ на вопрос – где вы черпаете материал для ваших книг? Да прямо из жизни. Из сегодняшнего дня. Происходит это ещё и потому, что я много работала в газетах. Здесь кроется своя опасность: публицистика может «задавить» художественную форму, сделать бедным, безликим язык. Но мне газета в этом смысле не повредила. Может быть, потому что везло на редакторов: «Советским Сахалином» руководил Фёдор Хрусталёв, новохопёрскими «Вестями» – Галина Алистратова. Они позволяли мне выходить за рамки газетных жанров и публиковали мои писания, зачастую непохожие на привычные газетные статьи. Иногда – совсем непохожие. Редакторов не смущала лексика, выходящая за рамки газетных материалов. Вот такие люди и интересны – те, кто позволяет себе быть внутренне свободным.
– Читая «Берега вечности», я то и дело ловила себя на мыслях о судьбе и предопределении. Отчего так?
– «Наверное, нет тайны во Вселенной страшнее и загадочней судьбы…» Это строчки из стихотворения новохопёрской поэтессы Светланы Руденченко, до обидного рано ушедшей из жизни. Мы предполагаем одно, а в жизни выстраивается другое. Значит, не только от нас самих зависит рисунок нашей судьбы. Кто здесь является «соавтором»? Самого главного соавтора и называть не надо – это Тот, без чьей воли не упадёт и волосок с нашей головы. Но сколько других претендентов на соавторство! В первую очередь это наше государство. Я люблю своё Отечество и страну с певучим именем Россия. Но и не откажусь от убеждения, что тем, кто ею правит, следовало бы быть бережливее по отношению к её гражданам.
Горько и больно читать сейчас о том (и своими глазами видеть!), как пустеют российские сёла. Не хотят молодые, сильные, крепкие люди, вкусившие «сладкой» городской жизни, жить в селе. А ведь наши прадеды здесь не просто жили – они считали эту жизнь счастьем! Несмотря на сопровождающий каждый её день изнурительный труд. Зачем было лишать их и этого труда, и этого счастья? Зачем было рубить сук, на котором держится могущество любого государства?! Вы понимаете, о чём я говорю – о годах репрессий, «выкосивших» едва ли не лучшую часть сельского (и не только сельского) населения России.
– Ваши книги, несмотря на присутствие в них тяжёлых тем, очень светлые. Это отражает ваше мироощущение?
– Наверное. Снова вспоминаются строки Светланы Руденченко: «О Господи, наполни душу светом – или возьми назад…» Не жалей своей души для других. Умей находить радость даже в пустяке (пустяком он кажется только на первый взгляд). Научись терпеть и прощать… Постигать эту непростую науку надо самостоятельно. Но – учитывая опыт тех, у кого это получается. Или получалось.
– Чем вы руководствуетесь, выбирая произведения, которые войдут в прозаический сборник? Важна ли хронология написания рассказов и повестей или же их объединяет единая смысловая линия?
– Всё очень просто: в очередную книгу входят рассказы и повести, написанные недавно. Я пишу медленно, тщательно подбирая слова, добиваясь единственно верной интонации и комбинации слов. Хронология меня не заботит, книга выстраивается естественным, кажется, даже не зависящим от меня образом.
– В одном из интервью вы говорили, что вам дороги живые отклики читателей – простых людей. Для чего писателю обратная связь?
– Дороги потому, что для этих простых людей я и пишу. Каждого хочется обогреть и утешить… Как-то в храме ко мне подошла женщина: «Вы Наталья Моловцева?» – «Да». – «Я хочу вам сказать, что очень люблю ваши книги». Нет, не хвастаюсь. Просто знаю, как свирепо умею критиковать сама себя. Вот почему услышанные слова пролились на душу целебным бальзамом.
– Вам довелось много ездить по России. Что лежит в основе литературного творчества жителей разных её уголков? Чем определяется колорит местных литератур?
– О, да… Я родилась в Мордовии, в селе с лучшим на свете названием – Константиновка. После окончания Московского университета уехала по распределению в Магаданскую область. Потом были Якутия, Сахалин, пока судьба (опять судьба!) не определила на постоянное место жительства в Воронежскую область.
Для нас, поколения романтиков, основание «за туманом и за запахом тайги» было достаточным, чтобы поехать за тысячу километров. Это сейчас деньги стали едва ли не главным приоритетом, а нам наше время давало возможность жить другим. Из ряда этого «другого» и писательство.
Однажды у меня состоялся такой разговор с мамой: «Сколько же ты получила за свою книжку?» – «Да нисколько». – «Это как же так? А если писатель – мужик и ему надо семью кормить… Эдак писатели на Руси скоро переведутся». – «Не переведутся, мам. Нас хлебом не корми – дай только посидеть над листом бумаги».
Вот это, наверное, и есть основа литературного творчества: желание разглядеть, понять и осмыслить мир. А что касается местного колорита… Языковая среда, в которой ты выросла, обычаи твоей местности, характеры людей – всё это любо и дорого каждому, кто берётся за перо, и каждый по мере отпущенных ему сил и возможностей старается это перенести на бумагу.
– Как формировались ваши литературные вкусы? Творчество каких классиков оказало на вас влияние? Какие произведения современных авторов рекомендуете к прочтению?
– На встрече с московской писательницей Лидией Сычёвой (рекомендую к прочтению!) услышала её рассказ о впечатлении, которое на неё произвели книги Виктора Лихоносова. И вспомнила о том, что и со мной было подобное. Я как раз размышляла, можно ли жизнь – самую обыкновенную, без героев и героических поступков – сделать предметом литературы. Лихоносов дал исчерпывающий ответ.
Когда спустя годы в предисловии к одной из своих книг я прочитала: «…никаких особенных коллизий, все повороты сюжета, кажется, знакомы, однако за предметами и фигурами угадывается космос человеческого переживания…» – то была несказанно рада: правильный выбрала путь! Космос человеческого переживания – не это ли и есть главный предмет литературы? И как замечательно, что моё сокровенное угадал и назвал именитый воронежский критик и писатель Вячеслав Лютый.
Мне близко творчество Василия Белова, Валентина Распутина, Виктора Астафьева… «Последний поклон» перечитываю, когда кажется, что нечем больше жить, нечем укрепить душу. Любовь всей жизни – Иван Бунин…
Про день сегодняшний. Один из последних номеров нашего регионального журнала «Подъём» был посвящён 85-летию Воронежской областной писательской организации. Какие имена украшают его! Андрей Платонов, Гавриил Троепольский, Юрий Гончаров, Иван Евсеенко, Егор Исаев, Алексей Прасолов… Продолжают их традиции – но как неповторимо по-своему! – Евгений Новичихин, Виктор Будаков, Сергей Пылёв, Пётр Чалый.
Мне радостно, что мой скромный рассказишко оказался по соседству с рассказом Пылёва: Сергей Прокофьевич, как всегда, удивил новизной – и темы, и слога, и стиля… А поэзия Александра Нестругина? Это какая-то невероятная трепетная нота, которая берёт в полон и уже не отпускает. А стихи Ивана Щёлокова? Помню, мои коллеги по газете разучивали их наизусть – не потому, что Иван Александрович был нашим начальником, а потому, что – поэт. А лирические строки Зои Колесниковой? Легки, прозрачны, но остаются в сердце навсегда…
Я люблю российские провинциальные журналы: и «Подъём», и «Сибирские огни», и саратовскую «Волгу – ХХI век», и самарское «Русское эхо», и издаваемый на моей малой родине «Странник». Провинция свято помнит: главная задача литературы – не занимательность, а воспитание души. А кому-то удаётся возвыситься и до духа.
Кстати, именно «Странник» помог мне в архивных поисках при написании повести «Берега вечности».
Берега у вечности, на мой ненаучный взгляд, всё-таки есть. А вот у любви их нет и быть не может. И разве не на ней держится мир?..
«ЛГ»-досье
Наталья Николаевна Моловцева – прозаик, журналист. Родилась в cеле Константиновка Ромодановского района Мордовской АССР. Окончила факультет журналистики МГУ. Работала в районных газетах Магаданской области и Якутской АССР, областной газете на Сахалине. Произведения публиковались в «Литературной России», «Литературной газете», журналах «Молодая гвардия», «Подъём», «Кольцовский сквер», «Странник», «Ковчег», «Север», «Сибирские огни», «Русское эхо», «Волга – ХХI век», сборниках прозы «Женская логика» и «Чистенькая жизнь». Автор книг «Меня окликни», «Тонкий серпик Луны», «Берега вечности», «Пять синих слив». Член Союза писателей России. Лауреат премии «Кольцовский край». Участница областных, зонального (в Липецке) и 9-го Всесоюзного совещаний молодых литераторов. Живёт в городе Новохопёрске Воронежской области.
Скрылёва Юлия