Сердце и разум

В конце мая депутат Госдумы А. Журавлёв внёс на рассмотрение коллег два законопроекта: «О признании недействующим на территории РФ Постановления Съезда народных депутатов СССР от 24 декабря 1989 года «О политической и правовой оценке советско-германского договора о ненападении от 1939 года» и изменения и дополнения в статью 354 УК РФ «Фальсификация исторических фактов о причинах и итогах Второй мировой войны», предполагающую уголовную ответственность за «возложение на СССР ответственности за развязывание Второй мировой войны либо отрицание основной роли СССР в победе над странами оси во Второй мировой войне, а равно распространение сведений о тождественности официальной политической идеологии СССР и нацизма». Инициатива вызвала широкую дискуссию, продолжаем её на страницах «ЛГ».

В декабре 1989 года, будучи студентом 4-го курса легендарного истфака МГПИ, я, как и многие сограждане, мутным водоворотом перестроечных событий был вовлечён в кампанию безудержной клеветы на всю советскую историю. Многие тогда ещё не понимали, кто виртуозно дирижировал процессом и зачем он вообще был запущен. Сейчас мы знаем, что дирижёром выступал Александр Яковлев. Тот самый «архитектор перестройки», который под флагом очищения истории от «белых пятен» и фальсификаций делал всё в точности наоборот. Теперь многие называют его иудой – и, как мне представляется, небезосновательно.

Понятно, что сама история была Яковлеву безразлична. Он лишь использовал её как инструмент реализации политики. Политики ликвидации СССР и социализма. И в данной парадигме советско-германский договор «О ненападении» (который именно с его подачи на западный манер стали называть пактом Молотова – Риббентропа) подходил как нельзя лучше, ибо сразу убивал двух зайцев. С одной стороны, шельмование договора давало шикарный козырь всем сепаратистам от Прибалтики до Украины: «порабощённые народы» вооружились аргументом о «сталинской оккупации». С другой стороны, ставя на одну доску Сталина и Гитлера, «два тоталитарных режима», они наносили смертельный удар по советскому общественному строю. Именно с этой целью не где-нибудь, а на съезде высшего (по тогдашней редакции Конституции СССР 1977 года) государственного органа страны – Съезда народных депутатов СССР – и надо было пригвоздить к позорному столбу договор от 23 августа 1939 года.

Потребовалось немало усилий со стороны авторитетных историков, в том числе Олега Ржешевского, Юрия Жукова, Юрия Никифорова, чтобы наконец правда об этом договоре, о предыстории его подписания, его целях и задачах вновь, как и в советский период, вернулась на страницы школьных и вузовских учебников, в широкое общественное сознание. Хотя, конечно, были, есть и будут всякого рода политиканы от истории, которые не перестанут «брызгать ядовитой слюной» на всё, что связано с советским прошлым. За примером далеко ходить не надо…

И здесь мы сразу переходим ко второй немаловажной и очень щепетильной проблеме: а надо ли в статью УК вносить уголовную ответственность за «возложение на СССР ответственности за развязывание Второй мировой войны либо отрицание основной роли СССР в победе над странами оси во Второй мировой войне, а равно распространение сведений о тождественности официальной политической идеологии СССР и нацизма»?

Сердце, безусловно, за, но холодный разум против. И вот почему. Если завтра другой депутат потребует внести нечто подобное, например, про Первую мировую войну, то уже нельзя будет сказать «дурного слова» в адрес Николая II, бездарного министра иностранных дел Сергея Сазонова или барыг из Центрального военно-промышленного комитета типа Александра Гучкова? А если послезавтра ещё один депутат предложит нечто то же самое закрепить и про Ливонскую войну?.. Конечно, я утрирую. Но смысл посыла ясен: нельзя исторические трактовки регулировать УК. Это точно будет смертью для истории как науки, чего ни в ком случае нельзя допустить.

Естественно, вы спросите: а как бороться с валом гнусных фальсификаций и сознательного очернения истории? Ответ здесь может быть только один: правдой и работой, каждодневной, честной и открытой. Настоящие историки должны выйти на передний край борьбы и не только сидеть в архивах и писать свои диссертации, но прежде всего сражаться за историческую правду на страницах газет и журналов, на ТВ и в социальных сетях. Надо сделать так, чтобы от авторитетного мнения историка-профессионала у любого прохвоста, даже с липовым академическим званием, «земля горела под ногами». А если что-то и вносить в нынешний УК – то я бы внёс законопроект о наказании за реабилитацию власовщины, пропаганду её идей как по отношению к Великой Отечественной войне, так и ко всей советской истории.