Симфония предощущений

Если в начале было Слово, то где была музыка? Трудно представить себе Большой взрыв при гробовом молчании. И всё-таки первенство Божьего промысла неоспоримо хотя бы потому, что, выношенное в виде сгустка мысли и не явленное до поры до времени, оно уже заключало в себе симфонию космоса.

Словом и сопутствующей ему восприимчивостью к звуку свыше наделены все здравомыслящие люди. Не в равной степени, однако, и не по нашему разумению. Ярче всего это проявляется в искусстве и литературе. В молодой поэзии XXI века наглядно прослеживается процесс отрицания прежних форм, жанров и стилей в пользу новых направлений ритмического строя стиха. В этой динамике появились и продолжают выходить на сцену свои лидеры и свои изобретатели велосипедов. Проблесками подлинной поэзии отличаются среди молодых те, которых жизнь научила честности в откровениях. При этом поэт, при всей новизне речевых оборотов, призван легко и свободно выражать свою мысль на чистом русском языке.

Марианна Мартыненкова – удивительно цельный автор. Её объёмистая книга «Лёгкое стихопатство» посвящена одному-единственному лирическому герою, которого стоит ждать и любить. Это не биографическое описание с констатацией взросления – это талант любить самозабвенно и счастливо:

Женщина знает –
Так мог называться роман.
Но будет повесть.
Мог вырасти и чистокровный щенок –
Но помесь.
Ты положи кольцо
В ту прорезь,
Что в моём сердце прожёг.

Марианна искренне и точно характеризует суть своего письма о том, «о чём можно рассказать, только срифмовав», при этом не стремится поразить воображение современников, у неё своя цель и свой стиль. Да и песни, которые вызревают и поются на её стихи, сочинены не с намерением взбудоражить публику – в природе творчества Марианны Мартыненковой звучит симфония предощущений, пусть не столь большого, но всё-таки неизбежного взрыва. Ударит волна перемен, позовёт в дорогу. И пронесутся чередой: Дублин, Париж, Венеция и далее – Канада, Туманный Альбион, Израиль, Япония… И читатель может заметить, что молодёжь уже не плачет в дальних дорогах по родине и Марианна не клянётся в верности, не сравнивает столицы и не делает выводы в пользу одной из них, а просто говорит в стихотворении «Москва»:

Город, живущий на сто, город – родной, любимый,
выдержан, как вино,
с праздником, пусть строптивый,
но возлюбленный всё равно.

Внутреннее состояние куда важнее для человека.

Хотелось бы пожелать Марианне Мартыненковой не расставаться со своими спутниками – музыкой любви и противоречивым, но единственно любимым лирическим героем.