Словно перед матушкой ответствую

Валерий Черкесов. Вопреки… Стихотворения. Белгород: Из-во Сангалова К.Ю., 2022. – 132 с.

Известно: поэзия существует не благодаря чему-то, тем же жизненным обстоятельствам, а зачастую наоборот – вопреки им. Поэт Валерий Черкесов в своём юбилейном сборнике это выразил так:

Сквозь тьму ночную огоньки

костров далёких – вопреки.

Навстречь течению реки

кета на нерест – вопреки.

Зов поэтической строки

услышать сердцем – вопреки.

О, Боже правый, помоги

не знать уныния – вопреки.

Конечно, автору можно попенять на то, что он зарифмовал давно известные истины. Но, во-первых, напоминать и повторять истины совсем не зазорно – они всегда актуальны. А во-вторых, далеко не все читатели, особенно молодые, их знают, в частности, ту, которая гласит, что уныние – самый тяжкий грех, и чтобы преодолеть эту пагубу, и ко Всевышнему можно обратиться, особенно сегодня, когда в мире напряжённо и тревожно.

В творчестве белгородца «гул времени» не барабанит по слуху и умам читателей, он пропущен через главный поэтический орган – душу. В стихотворении с эпиграфом из Георгия Иванова «Мы жили тогда на планете другой…» есть такие строки:

Наивными мы были, вероятно,

не сомневаясь, что когда-то станет

мир справедливым. Впрочем, и сегодня

мне эта вера силы придаёт.

И не даёт отчаяться. Эпохи

сменяются, а люди остаются

такими же – добро преобладает

над злом, как ни ярится нанодьявол.

А заканчивается этот текст так:

…На старой вишне вновь небесный цвет.

Да, оптимизма в процитированных выше строках, как и в других стихотворениях, немного, но и печаль в них не безысходна, а по-пушкински светла. Поэтому в ненастном январе для автора рябина светит «огоньками надежды», а родная земля «хотя не больно-то ласкова, намоленная зато».

В книге у ряда стихов, скажем так, дальневосточная прописка. Это и понятно: поэт родился в городе Благовещенске Амурской области, где жил до 1982 года, как журналист побывал на строительстве Байкало-Амурской магистрали, Зейской и Бурейской ГЭС, писал в газеты очерки, репортажи, статьи. Он часто приезжает на малую родину, радуется и огорчается, видя, какие перемены происходят в родных местах. Его дальневосточные поэтические строки – не пейзажные зарисовки или идиллические картинки. Вот стихотворение «Около Углегорска. 2014» (это посёлок вблизи космодрома Восточный, сейчас г. Циолковский):

Голубицы нет – засохли мари.

Нет грибов – сгорели сосняки.

Птиц не видно, будто не летали

никогда. И стали далеки

звёзды в небе потемневшем, словно

не хотят на землю любоваться

и на то, что иностранным словом

кто-то окрестил – «цивилизация».

Слишком жёстко сказано? Может быть. Но честно. Кстати, слово «честно» поэт повторяет в стихах не раз. Ещё в юности он определил своё творческое кредо: «Я вам об этом, быть может, негромко, но честно, искренне расскажу». И не отступает от своей заповеди. Поэтому сочинительство для Валерия Черкесова не игра в слова и не игра словами, а «словно перед матушкой ответствую, слёз, обжёгших веки, не стыдясь».

Стоит сказать особо о разделе «Вольные строки». Поэт признаётся: он начал сочинять верлибры, ещё не зная, что они так называются. Но свободный стих для него не самоцель, при помощи этой формы он стремится из прозы добыть поэзию.

Развалины старой церкви

рядом с многоэтажками из стекла и бетона

напоминают, что трагическое прошлое

может повториться.

(«В Мценске»)

Идеально верлибр подходит и для передачи иронии:

Кандидат философских наук,

с почестями отправленная
на заслуженный отдых,

штопая единственные колготки,

с грустью понимает,
что «Капитал» Карла Маркса

нынче актуален, как никогда.

Процитирую ещё один верлибр:

Три завета исполнил:

дом построил,

посадил деревья,

вырастил сыновей.

– Чем теперь заниматься? –

у Бога спросил.

– В душе приберись…

(«Философское»)

А вы прибрались в своей душе?

Владимир Шемшученко