Среди кутерьмы

Виктор Николаев. Или. М.: Время, 2017. 192 с. (Поэтическая библиотека), 1000 экз.

В новую книгу поэта, журналиста и рок-музыканта Виктора Николаева «Или» вошли лучшие стихи прошлых лет и новые поэтические произведения.

Открывая эту книгу, читатель сразу же чувствует присутствие лирического героя, несмотря на то что в большинстве стихотворений он остаётся «за кадром» – местоимение «я» появляется в стихах лишь изредка. Тем не менее с первых строк отчётливо вырисовывается образ романтика-обличителя, от лица которого поэт говорит с читателем. Одна из основных черт, присущих лирическому герою Виктора Николаева, – это мрачно-философский взгляд на мир:

Мир в агонии, словно в кольце.

Вечный снайпер взял всех под прицел.

Не спастись нам среди кутерьмы.

Минус ты. Минус я. Минус мы.

Мир предстаёт в виде спектакля, в закулисье которого непременно прячется Кукловод, дёргающий за ниточки, заставляющий людей принимать иллюзию за реальность.

Множится алчность, глупость и шутовство,

множатся сказки про всеблагой успех.

Чтобы в те сказки верило большинство,

вновь кукловоды ставят спектакль для всех.

В этом спектакле – реплики на ура

и на подмостках каждый рассчитан шаг.

На авансцене – лучшие мастера.

Зритель им верит, в зале всегда аншлаг.

Вообще мотивы карнавала, маскарада, игры настойчиво звучат в поэзии Николаева: окружающая действительность видится ему наполненной фантомами, тенями, притворством. Все прячут лица за масками, и увидеть мир таким, какой он есть на самом деле, кажется почти невоз­можным.

Мотив игры проявляется и на языковом уровне: в некоторых стихотворениях – это почти хулиганское соседство книжной лексики и сленга, в некоторых – намеренная избыточность аллитераций и ассонансов:

А там мании атамании

у щекастой касты хватающих.

Там автографы графомании

раздают толпе отдыхающих.

Также в сборнике есть целый раздел с характерным названием «Азбука абсурда, или Ярмарка языка», состоящий исключительно из тавтограмм на каждую букву алфавита.

Основной посыл книги – отторжение. Мир притворства и фантасмагорий, воссозданный в стихах, лирический герой поэта не принимает, не желает быть его частью, противопоставляя себя ему и нападая на его основы. В этом обличении социального устройства угадывается принадлежность к рок-культуре и её влияние, как отметил в предисловии к сборнику доктор филологических наук Юрий Орлицкий: «От рока идёт неприятие мира, протест против него, романтические идеалы и пристрастия».

Несмотря на множество альтернатив, которое предлагает карнавальная действительность, выбор лирического героя очевиден: бороться за своё «я», не поддаваясь очарованию Кукловода.