Родился в 1977 году в Махачкале. Окончил Литературный институт им. Горького. Печатался в журнале «Нева». Живёт в Москве.
* * *
Эти закатные отблески света,
Искры последнего в мире трамвая,
И фонарей длинная эта
Линия огневая,
Дерево, тень и скамья для обнимок,
Воздух ночной от земли до вселенной –
Есть лишь момент, что схватил фотоснимок
Вспышкой мгновенной.
Сила в гвардейце стальном и треножном,
Правда в бумажной альтернативе.
Птица застыла в крике тревожном:
Жизнь в объективе.
ДЕВОЧКА НА ВЕЛОСИПЕДЕ
Вечерами следил внимательно
За девочкой на велосипеде.
Она, должно быть, взрослая, учится в педе,
Муж, если есть, – предприниматель.
Дело не в этом, а в том, что не спится
Ей, как и мне в эту ночь, и ветер:
Строка за строкой, спица за спицей –
Одни на всём белом свете.
…Время, скажу я вам, было славное: 
Я много писал, как говорится,
Рука устала – это не главное.
Главное бы – не спиться
Теперь, когда её не стало…
МАЛЁК
В людской реке общественного дня
Плыви, малёк, не достигая дна,
Плыви и помни, что бы ни стряслось:
Где оборвалось, там же и срослось,
Пускай тебе совсем не дорога
Такая жизнь, такие берега.
* * *
Деревья шепчутся о чём-то о своём.
Для тех, кому ночами нездоровится,
Аллея разольётся соловьём,
Прохожий остановится.
И высоко приветствует луна.
И клён, мой конь, ласкаясь, наклоняется.
И жизнь, казалось бы, допитая до дна,
До края наполняется.
СВЕЧА
В школьные годы писал я про
Муху, что молится на стекло,
Иву, разломленную в стволе…
Терпела бумага, скребло перо,
Время счастливое текло
Свечкою на столе.
Ночью минувшей моя свеча
Унижалась и плакала сгоряча,
Фитилёк предавал и гас.
И всё верилось, будто придёт оно,
Если долго так, долго глядеть в окно,
Пусть другое и не о нас.
* * *
Временные циклы нарушая,
Хорошеет в рост не по сезону
Тонкий стебель будущего мая,
Красота, противная закону.
Ветром не согнуть его, и снегом
Не укрыть, и не разграбить птице, –
Он взойдёт весною человеком,
А не колокольчиком в петлице.
* * *
Я сын листвы опавшей и пророк
Дождя над пашней захудалых строк,
Кладоискатель в сумрачном покрове.
И целый город – еженощный храм –
Мне завещал молиться фонарям
И ветер сторожить на полуслове.
На горизонте плавились ножи:
Сдавала ночь святые рубежи,
И возвращалось время безголосиц.
Густела пешеходная струя,
И втихомолку одиночил я,
Живой звезды простой орденоносец.
* * *
День настоящий – чистая вода –
Из ниоткуда льётся в никуда.
На глубине особого значенья
Спят понедельник, вторник и среда
Определённым сроком истеченья.
Тончайшей жилой славен человек,
И не увидеть в плёночном просвете
Ни кадры прошлого и ни грядущий век –
Лишь блики эти.
